В такси ехали тоже молча. Вернее, Аня молчала, а Рокотов почти всё время разговаривал по телефону, решая рабочие вопросы. Понедельник — день тяжелый, а когда ты начальник не на месте, то тяжелее вдвойне.
Во время полета Аня почти сразу сделала вид, что уснула. Она боялась говорить с шефом, предчувствуя, что он захочет обсудить. Выйдя из аэропорта, Аня чуть не бегом кинулась к такси. Но Рокотов, ловко поймал её за локоть, потом посмотрел на в глаза и строго сказал:
— Анна Валерьевна, не могли бы вы перестать бегать от меня! Нам нужно поговорить. Садитесь в машину, я отвезу вас домой.
Ане ничего не оставалось, как кивнув принять предложение, от которого невозможно было отказаться.
Они сели в машину на заднее сиденье. Рокотов повернулся к Ане и только раскрыл рот, чтобы начать разговор, как Аня его опередила и выпалила:
— Сергей Александрович, я прошу прощения за вчерашнее поведение, — надежда на то, что он просто скажет «хорошо, извинения приняты» и не будет продолжать этот разговор, улетучились, когда он спокойно спросил:
— За что именно вы просите прощения?
Аня не ожидала такого вопроса. Что тут ответишь? Она растерянно посмотрела на шефа. Тот продолжал сверлить её взглядом.
— Я не должна была… — Аня замялась, не зная, как правильно подобрать слова.
— Целовать меня? — закончил за неё Сергей. На его лице начала проявляться лукавая улыбка.
— Я не должна была столько пить, чтобы не помнить и не отдавать себе отчета в том, что делаю, — Ане казалось, что она выкрутилась, но Рокотов не так прост.
— Так всё-таки «не помнить» или «не отдавать отчета»? Это разные вещи, Анна Валерьевна, вы не можете не понимать разницу, — он провоцировал. Вызывал на эмоции.
— Конечно, я понимаю, — Аня решила обороняться.
— И? Вы не помните, что случилось вчера, или не можете себя контролировать рядом со мной? — Рокотов наступал, сознательно пытался запутать. И у него получилось.
— Я не могу… Я не помню, — Аня поняла, что попала в ловушку, но не сдавалась.
— Что, совсем не помните? — ехидничал шеф.
— Ничего не помню! — зачем-то выкрикнула девушка.
Это была полная победа в споре. Рокотов добился своего — Аня не смогла найти слов, чтобы ему противостоять, и она перешла на крик. Ему этого и надо было.
— Ну тогда я напомню вам.
С этими словами он быстро, пока она не успела опомниться, обхватил её за плечи и, притянув к себе, впился губами в открытый от удивления рот. Аня пыталась его оттолкнуть, но он держал её крепко. Когда она перестала сопротивляться, он провел рукой по шее, потом по волосам, продолжая целовать уже нежно. Девушка обмякла в сильных руках. Инициативы она не проявляла, но принимала его ласку.
Рокотов сам прервал поцелуй, но не отстранился, а прижал голову Ани к себе. Вдохнул запах её волос и тихо произнес:
— Ваш подъезд, Анна Валерьевна. Не опаздывайте завтра на работу.
Аня вышла из машины, не прощаясь, и зашагала в сторону дома. Всю дорогу чувствовала прожигающий спину взгляд. Но не повернулась. А войдя в пустую квартиру, закрыла дверь и прижавшись к ней спиной бессильно опустилась на пол. По её щекам текли слезы.
23.
Аня сидела на кухне. Напротив неё стояла чашка с остывшим чаем. Она налила его с полчаса назад, но даже не притронулась. Девушка пыталась собрать мысли, и прийти хоть к какому-то разумному умозаключению.
Когда вчера она целовалась с Рокотовым, то не было ни стыда, ни страха. Всё это атрофировалось под действием алкоголя. Шампанское, как анестезия, взяло на себя все болезненные ощущения. Аня получала удовольствие и не думала о последствиях. Ей было хорошо в том моменте, в объятиях того мужчины. Приятно вдыхать его аромат, чувствовать его прикосновения, вздрагивать от горячего дыхания.
Сегодня в такси всё было иначе. Она была в здравом уме. Она не хотела с ним целоваться. Не потому что ей этого действительно не хотелось. Потому что это нельзя. У них рабочие отношения. Он — её начальник. Это неправильно. Но все доводы мозга полетели в тартарары, когда он прикоснулся к её губам. А когда он начал гладить её волосы и, прижавшись макушке, вдохнул её запах, Аню накрыло такой волной нежности, что она готова была расплакаться прямо там, в машине.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Мама так гладила её, прижимала к себе и вдыхала запах волос.
Три года она не испытывала этого чувства. Заботы, теплоты и настоящего родства душ. Ане не хотелось прекращать тот волшебный миг, но того требовали обстоятельства. да и сам Рокотов об этом сказал. Ей пора уходить. Она освободилась от теплых рук, и словно оставила в его объятиях частичку себя. Ане хотелось вернуться за ней, когда она шла к подъезду. Но чем дальше она отдалялась от автомобиля, где сидел её начальник и смотрел на отдаляющийся девичий силуэт, тем сильнее накатывала жестокая реальность.
Только в сказках принц целует Золушку, и у них «долго и счастливо». В жизни всё не так. В жизни принц встречается с королевой, а золушка — лишь мелкая интрижка. Даже не интрижка, просто развлечение выходного дня…
Он погуляет, погуляет, а когда надоест — просто уволит, чтобы глаза не мозолила. А что будет делать и чувствовать глупая доверчивая Анюта, никому и дела нет.
«Только вот я не глупая! И не доверчивая! Я не позволю играть с моими чувствами», — Аня решительно взяла кружку с чаем и выпила её залпом. Потом встала и решила, что пора бы заняться уборкой.
Хватит думать. Решение принято. И шеф завтра же о нем узнает…
24.
— О! Анька, ты уже дома?! — на кухню влетела, как всегда взъерошенная, Светка, за ней показался Лёшка. По ним было понятно, что в квартиру они поднимались не на лифте, а опять скакали по ступенькам наперегонки.
«Как дети, честное слово», — улыбнулась своим мыслям Аня и приобняла подругу и друга по очереди.
— Привет, Мышка! А у нас для тебя новость! — Лёшка сиял, как новый рубль. — Мы с Липкой встречаемся! — На этих словах он взял руку Светки и переплел пальцы, словно доказывая Ане правдивость своих слов.
— Ого! — искренне удивилась девушка. Аня, конечно, давно подозревала, что у ребят взаимная симпатия, но столько лет они отнекивались, а тут за два дня, пока её не было дома, всё решилось. Прав был Рокотов — их любовь началась с дружбы. И снова Аня вернулась к тому, от мыслей о котором она так усердно пыталась избавиться. — Рада за вас! И как же вы дошли до такой жизни? — Аня решила немного пошутить.
— Да мы посидели, поговорили и признались друг другу, что давно уже влюблены. Еще со школы, — быстро, не задумываясь ответил за двоих Синица. Светка почему-то как-то подозрительно молчала. Неужели стесняется?
— Свет, ну а ты чего молчишь? Вернее, чего молчала, партизанка? Могла хоть лучшей подруге намекнуть, что Лёшка тебе нравится, — Аня говорила смеясь, и Светка в ответ тоже попыталась улыбнуться. Получилось как-то натянуто.
— Так я сама не понимала, что влюблена. Вот только вчера осознала.
Она посмотрела на Синицына, а тот вдруг притянул её к себе и поцеловал в щеку.
«Какие же они классные! — думала Аня. — Как здорово, что всё-таки признались в своих чувствах. Теперь будут всё время вместе», — Аня опять вспомнила поцелуй в такси. Вот так же, как Синица сейчас нежно поцеловал Светку в щеку, другой мужчина несколько часов назад целовал её в макушку. И с неимоверной силой сейчас хотелось, чтобы это повторилось…
__________________________
Утром, придя в офис, Аня была полна решимости поговорить с Рокотовым и высказать ему всё, что она думает о нем, о его поцелуях, и в целом о неуставных отношениях. Он должен был явиться с минуты на минуту, и девушка постоянно косилась в сторону входа, ожидая своего начальника.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Рокотов действительно появился вовремя. Но не успела Аня и шага к нему сделать, как он пронесся мимо неё, словно ветер.
«Ладно, подожду удобный момент, и обязательно поговорим. Сегодня. Ни к чему откладывать этот разговор», — Аня взяла блокнот и поспешила в кабинет шефа.
