Когда поезд с багажом и охотниками прибыл в Хиклиброу, то старший возчик доложил Редвуду, что дальше они не повезут. К этому заявлению присоединились и все остальные возчики. Они даже отказались отпустить хотя бы одних лошадей.
— Эти проклятые крысы особенно падки до лошадей, — повторил старший погонщик.
Коссар с минутку слушал эти заявления, а потом, обращаясь к одному из своих приятелей, высокому, беловолосому, очень грязному инженеру, скомандовал:
— Дай мне ружье из фургона!
Взяв в руки ружье, он подошел к возчикам и сказал:
— Мы вовсе не требуем, чтобы вы сами везли нас, но лошадей мы возьмем, хотя бы силою.
Возчики подняли ропот, но Коссар прервал его категорическим заявлением:
— Первому, кто попробует мне помешать, я стреляю по ногам. Лошади идут с нами.
Признав таким образом инцидент исчерпанным, Коссар начал распоряжаться.
— Флэк, — сказал он коренастому маленькому человечку из своей свиты, — берите фургон, а вы, Бук, садитесь на фуру.
Возчики стали жаловаться Редвуду.
— Вы, друзья мои, свободны от всякой ответственности перед вашим хозяином, — отвечал им ученый, — потому что мы берем лошадей силою. Но беспокоиться вам все-таки нечего: мы вовсе не какие-нибудь грабители, а поступаем так потому, что нас вынуждают обстоятельства. Оставайтесь здесь до нашего возвращения, и я обязуюсь уплатить за лошадей, если с ними что-нибудь случится.
— Отлично, — одобрил Коссар, сам никогда ничего и никому не обещавший.
Импровизированные возчики расселись по козлам, а остальная компания пошла пешком, неся на плечах ружья. Удивительная это была экспедиция, совершенно не подходящая к мирной обстановке современной Англии и более соответствующая Дальнему Западу Америки в доброе старое время индейских нашествий.
Дойдя до поворота, с которого уже видна была ферма, экспедиция встретила маленькую группу людей с ружьями. В состав этой группы входили, между прочим, оба Фульчера и один обыватель из Мейдстона. Последний стоял впереди всех и смотрел в бинокль на ферму.
— Есть что-нибудь новое? — спросил Коссар.
— Да вон осы все летают туда и сюда, — отвечал старший Фульчер, — а не видать, таскают они что-нибудь или нет.
— Все очень быстро зарастает хмелем, — сказал человек, смотревший в бинокль. — Между соснами сегодня утром его еще не было. Растет на глазах.
Он вынул платок и старательно протер стекла бинокля.
— Вы, кажется, туда изволите идти? — спросил Скельмерсдэль.
— Да. Хотите с нами? — спросил Коссар. Скельмерсдэль, видимо, колебался.
— Мы там останемся на всю ночь. Скельмерсдэль решил, что не пойдет.
— Видали крыс? — спросил Коссар.
— Одну видели в лесу. Охотилась за кроликами, должно быть.
Коссар, отставший от своей партии, поспешил догнать ее.
Увидав теперь свою ферму, Бенсингтон мог воочию убедиться в достоинствах изобретенной им пищи. Домик показался ему теперь меньше, чем прежде, а растительность вокруг страшно разрослась. Крыша колодца едва виднелась из-за травы футов в восемь высотою, а хмель взобрался на крышу дома, обвил дымовую трубу и простирал свои побеги к небу. Цветы его были величиной с блюдечко, так что виднелись издали, а ветви казались толстыми канатами. Крапива, заполнившая почти весь двор, походила на коноплю, а местами чуть не равнялась с хмелем. Чем ближе подходила партия охотников к ферме, тем более напоминала собою процессию сказочных гномов, бредущих к кукольному домику, затерявшемуся в исполинском дремучем лесу.
Осы летали над своим гнездом и казались издали стаей больших птиц. По временам некоторые из них весьма быстро отлетали куда-то в сторону, — вероятно, за добычей. Шум они производили страшный, слышный, по крайней мере, за полмили. Раз одно из этих черно-желтых чудовищ подлетело довольно близко к партии и преследовало ее некоторое время, пристально всех разглядывая своими выпученными глазами, но выстрел Коссара, хотя и неудачный, заставил осу улететь.
В одном из углов двора, справа от дома, несколько ос ползало по каким-то костям, — вероятно, бренным останкам ягненка, которого крысы утащили с фермы Гекстера. При приближении к ферме лошади стали очень беспокоиться, а так как никто из импровизированных кучеров не умел править, то все сошли с козел и повели лошадей под уздцы, стараясь их успокоить.
Крыс нигде еще не было видно, и вообще вокруг домика все было спокойно и тихо, если бы в воздухе не стояло постоянное, утомлявшее слух, то высокое, то низкое гудение ос.
Лошадей ввели во двор, и один из приспешников Коссара, увидав, что дверь домика открыта, — средняя часть ее оказалась выгрызенной, — смело вошел туда. Сначала никто этого не заметил, потому что вся компания была занята выгрузкой серы и парафина, как вдруг — бац, бац! — грянули два выстрела в домике, и одна из пуль, просвистев над ухом Редвуда, ударилась в мешок с серой, пробила его и подняла столб желтой пыли. Редвуд схватил свое ружье и выпалил из обоих стволов во что-то серое, быстро промчавшееся мимо него. Он успел заметить только широкую спину, длинный голый хвост и розовые лапы, характерные для крыс. В то же время он увидел, что Бенсингтон, стоявший на пути крысы, падает.
Собственно говоря, в момент появления крысы не один Редвуд схватился за ружье. Это сделали все присутствующие, так что минуты три на ферме шла безумная пальба, и жизнь каждого из участвовавших в ней, висела на волоске.
В пылу охотничьего возбуждения Редвуд, не заботясь о судьбе Бенсингтона, бросился было преследовать крысу, но тотчас же был сбит с ног черепицами и штукатуркой, посыпавшейся со стен домика от чьего-то неудачного выстрела. Очнулся он, сидя на земле, с окровавленным лицом и руками, среди всеобщего жуткого молчания.
Спустя несколько секунд из домика послышался глухой возглас:
— Эй! Кто там?
— Я, — ответил Редвуд.
— Убили, что ль, этого черта?
К чести Редвуда следует отметить, что чувство дружбы заговорило в нем.
— А что, мистер Бенсингтон цел? — спросил он.
— Ну, что делать, в другой раз будем счастливее, — отвечал человек, находившийся внутри домика, не расслышав вопроса.
Тревога Редвуда усилилась. Позабыв о царапинах на своем лице и руках, он бросился искать своего друга, которого вскоре нашел спокойно сидящим на земле и заряжающим свое ружье.
— А ведь мы все-таки ей всыпали! — воскликнул Бенсингтон, смотря на Редвуда через очки. — Она перескочила через меня и сбила с ног, но я все-таки попотчевал ее из обоих стволов.
В эту минуту из дверей домика вышел инициатор всей тревоги.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
