— Какого Малха! — закашлялся тот. — Огнецвет? Откуда?
— Я первый спросил. А еще меня волнует, кому, кроме меня, ты рассказывал о девчонке Снарк? И почему твои преподаватели не в состоянии держать ментальный барьер, так легко позволяя подчинить свое сознание? Что простительно обычному адепту, непозволительно магистру, Ангус!
— Ты считаешь, что Сиприана подчинили?
— По-моему, это очевидно. Полагаю, уважаемый старец не стал бы ходить по замку в исподнем даже затем, чтобы отвести от себя подозрения.
— Твоя, правда, — выдохнул ректор. — Тут может быть лишь одно оправдание: магистр слаб и немощен, иногда впадает в старческое забытье. В подобном состоянии любой может стать легкой добычей. Именно такой момент возможно и сумел подловить враг. Пойми, я не могу отказаться от услуг уважаемого профессора, он лучший специалист в своем деле. Лучшего преподавателя по истории стихийной магии академии просто не заполучить. Скажи, ты все же уверен, что это внушение, а не проявление деменции?
— Собственно, мои слова не сложно проверить. Каждый целитель обнаружит остатки ментальной магии, когда магистр придет в себя.
— Помоги нам всем, Малх!
— Кто рано встает, тот всех достает? — спросил до омерзения бодрый и выспавшийся эльф, а, увидев лежащего старика, продолжил: — О, да у вас тут танцы до упаду. Бал продолжается?
Эммерс молча, передал Салмелдиру пузырек, и улыбка Друлавана померкла.
— Ладно, с преподавателем решили, — нахмурился Сеттар и снова вопросительно взглянул на ректора: — А что с Валери?
— За помощью я обращался лишь к тебе, но тот факт, что в академии обучается адепт с минимальным огненным даром, ни для кого не секрет. Полагаешь, за ней наблюдали? — встревожился Одайл.
— Отчего вы говорите об этом в прошедшем времени, магистр? — вместо демона ответил ему эльф. — Убежден, что Валери Снарк была под пристальным наблюдением и контролем многих правящих домов, как носитель редкого дара. Вот только охота началась слишком рано, а это означает лишь одно…
— Что именно? — почти прошептал ректор.
— Соглядатаи находятся в стенах академии. Более того, имеют приказ и все полномочия к действию в случае активации дара. Что, собственно, и произошло. Иными словами, все вышло случайно, хотя именно так и планировалось, — усмехнулся Салмелдир.
— Что нам делать, Эммерс? — голос Одайла подрагивал, он с надеждой смотрел на демона.
— Не Малху же молиться. Девчонка под моей защитой, а значит, и с твоей академией ничего не случится, но вот такие неприятности происходить все же будут время от времени! — демон кивнул на Сиприана. — Прикажи доставить его к лекарям и не спускай с него глаз, пока не придет в себя. Для начала нужно выявить всех шпионов и только потом планировать, как мы будем защищать Снарк ближайшие две недели.
— Почему две недели? — уточнил ректор.
— Потому что именно столько времени необходимо для того, чтобы дар полностью перестал давать сбои. В этот период Валери особенно уязвима. А дальше она вполне сможет постоять за себя и сама. Разумеется, под моим личным присмотром, — ответил ему Сеттар.
— Если не возражаете, возьму на себя заботу о коллеге, — известил всех Салмелдир. Он спрятал в потайной карман кафтана зелье, потом подошел к старику и без видимых усилий взвалил его немощное тело себе на плечо. — Встретимся за завтраком, надеюсь.
Эльф, что-то насвистывая, скрылся за ближайшим поворотом.
— А мне что прикажешь делать? — совсем растерялся Одайл.
Да, вряд ли человек в состоянии до конца понять, что вообще тут происходит. Там, где намечается серьезная игра древних рас, нет места простым людям.
— Куда ты поместил адепток, напавших на Валери? — спросил Сеттар.
— Как всегда, в карцер до разбирательств дела, — пожал плечами Ангус.
— Твоя задача заключается в том, чтобы они дожили до этих самых разбирательств. А еще лучше, допроси их немедленно. Не мне учить лучшего ментального мага основам его мастерства. Вытряси из них все, даже самые нечеткие и неясные образы.
— Понял, — кивнул ректор и на нетвердых ногах двинулся прочь. Через пару шагов он все же обернулся. — Я не смогу причинить вред их здоровью.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Сеттар кивнул.
— Думаю, этого и не потребуется, дружище. Пока не потребуется.
Эммерс вернулся на свой пост. К великому сожалению, даже высшему демону не дано оказаться в двух, а то и в трех местах одновременно. Его же главная задача сейчас быть рядом с девчонкой Снарк.
Он посмотрел на кокон. Заслон не утратил силы, он искрился и переливался, сообщая о том, что с Валери все в порядке. Тогда почему же внутри зарождалось неприятное сосущее чувство тревоги? Ох, уж эти элементали! Все у них не как у демонов.
Вдруг магическая стена прямо перед ним замерцала, но сигнала взлома и чужого проникновения не последовало. Зато прямо перед демоном возникло странное существо, сильно напоминающее одну из низших форм фауны бездны.
Рогатый чудик презрительно смерил его взглядом и изрек:
— Чего вылупился? Храна не видел?
Чем, собственно, потряс Сеттара еще больше. Хранов ему видеть приходилось, а вот слышать… Всем известно, что хран — это безмолвный, неразумный организм, способный впитывать излишки энергии. Это же существо, хоть и выглядело крайне бестолковым, но зачатками разума определенно обладало.
Глава 7
— Как ты попал в комнату через магический заслон? — чеканя каждое слово, спросил Эммерс.
— Дуболом, как все демоны! — тут же сделал выводы хран. — Одни стандарты, ни капли фантазии, а интуиция задушена еще в колыбели. Или что там у вас? А она еще об тебя терлась! Дурочка!
Сеттар зарычал. Признаться, существо и бесило и интриговало. Но бесило больше.
— Говори! Или я…
— Или ты что? Привыкли, что храны — пыль под вашими ногами, и можно с нами вытворять что заблагорассудится! Что у нас нет мыслей, стремлений, желаний, в конце концов! — визгливо выкрикнул чудик. Эмоционально, конечно, но сейчас совершенно не к месту.
— Отвечай! — с нажимом повторил Эммерс. Он уже приготовился плести заклинание, призванное обездвиживать хранов. Обычных хранов. Подействует ли магия на это странное существо, Сеттар не знал наверняка.
— Что может сделать простой демон мне, порождению самой стихии, впитавшему в себя силу огненного элементаля? — ехидно поинтересовался рогатый, но потом дерзить передумал и как-то взгрустнул, тяжело и печально вздохнув. — Ладно, нет сейчас времени на тебя. Я прошел через ваш магический заслон, потому что я и есть магия! А сейчас снимай его и следуй за мной.
— Зачем? — опешил Эммерс. Демоны управляли энергетическими хранами всегда, но никогда хран не управлял демоном. Высшим! До недавнего времени.
— Опять об хозяйку потрешься и свободен! — безапелляционно заявило существо, направляясь назад к кокону. Оно совсем не сомневалось, что Сеттар, как послушный пес, последует за ним. Уже наполовину погрузившись в заслон, хран обернулся и прошипел: — Чего застыл, бестолочь?! Плохо ей, спешить надо!
— Валери? — зачем-то переспросил Сеттар, словно не знал, кто находился в коконе.
— Какая проницательность! — ехидно буркнул рогатый и скрылся, преодолев и магию, и закрытые двери.
Надо же! Хран у малышки все же был. Тем легче. По крайней мере, теперь демон знал, кто вчера вечером впитывал излишки выплеснутого пламени, пока он поглощал саму магию, такую родную и созвучную его собственной. Одно плохо, похоже, что и рогатик полностью не справлялся со своей задачей. Иначе, ни за что бы не пришел за Эммерсом.
Снять сплетенный двумя архимагами кокон не так-то просто. Дело усложнялось еще и тем, что стихия эльфа хоть и не диссонировала с огнем, но и родной Сеттару не была. Одно неосторожное движение, и звук, напоминающий пронзительный вой нескольких тысяч сиэклов в период гона, перебудит всю академию.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ну, где ты там застрял? — вынырнул почти под рукой разгневанный хран.
Фыркает еще! Совсем от своей значимости берега перепутал. Ничего, у демонов хорошая память. Придет время, когда позиции Эммерса укрепятся, и тогда заносчивый рогатик ответит за все оскорбления. Пока же самым важным было спасти девчонку, которая, похоже, снова умудрилась влипнуть в неприятности, не выходя из опечатанной и закрытой комнаты. Хотел бы он знать, что спровоцировало очередную вспышку ее дара. А в том, что речь идет именно о ней, Сеттар не сомневался.
