дыша от бега. – Мы тут немного заблудились.
Она с надеждой уставилась на старичка в ожидании ответа. Однако он скользнул по девочке безучастным взглядом и отвернулся, выпустив вверх кольцо дыма.
– Он тебя, наверное, не понимает, – предположил Воробей. – Поговори с ним на том языке, на котором ты болтала со своей теткой. Ну, смешной такой клекот.
– Извините, вы не знаете дорогу из леса? – повысила голос Лиза, подумав, что, возможно, старичок глуховат и не расслышал ее вопроса.
– Два языка знаешь, а толку от тебя никакого, – презрительно хмыкнул Воробей и сам принялся за установление контакта:
– Эй, старичок-лесовичок, покажи, как нам отсюда выйти, – попробовал разговорить молчуна Воробей. – Выход, где вы-ход, – по слогам повторял он, размахивая руками и жестами пытаясь донести до старика свой вопрос.
Но старичок либо не понимал, либо не хотел понимать ребят. Вздохнув, он поднялся с пенька и не глядя на Лизу и Воробья направился прямиком в чащу леса.
– Э! Погодите, куда вы? – закричал Воробей и кинулся следом за ним. – Чего встала? Погнали за ним! Этот старик наша единственная надежда выбраться отсюда, мы не должны его упустить, – рявкнул он, махнув Лизе рукой.
Стараясь не отставать от дедка, который, несмотря на солидный возраст, довольно быстро продирался сквозь заросли деревьев, ребята вскоре вышли на небольшую поляну. На ней, облепленная со всех сторон мхом стояла древняя, дышащая на ладан избушка. Очевидно, когда-то она знавала и лучшие времена, но сейчас бревна сруба обветшали и потемнели от времени. Доски, из которых было сделано крыльцо, превратились в труху, а вместо трубы на крыше зияла черная, с неровными краями, дыра. Не оглядываясь на ребят, старик поднялся по шаткой лесенке и войдя в дом решительно захлопнул за собой дверь.
Растеряно переглядываясь, ребята остановились рядом с избушкой.
– Я туда за ним не пойду! – категорично отказалась Лиза. – Какой-то подозрительный дом. Мне родители вообще запрещают с незнакомцами куда-либо ходить.
– Не пойму, зачем тебе бояться незнакомцев, – насмешливо заметил Воробей. – Тебя родная тетка завела на край Галактики, да еще и под пули подставила. Куда уж до нее незнакомцам!
Лиза возмущенно фыркнула и поежилась. В чем-то Воробей был прав. Но полуразваленный дом совершенно не вызывал доверия, как и скрывшийся в нем старичок. Мало того, девочке казалось, что пока они с Воробьем перепираются, из маленького грязного окошка за ними кто-то наблюдает.
– Если бы мы спокойно дождались женщины, которая нас спасла, ничего бы этого не было, – раздраженно сказала она. – Зачем, ну скажи, зачем мы оттуда убежали? Удрать от единственного человека, предложившего нам помощь – это была очень глупая идея! Благодаря тебе мы оказались в этой дурацкой ситуации! – заключила она, скрестив на груди руки.
– Сама дура! – фыркнул Воробей, мрачно нахмурившись.
– Ах так! – взвилась Лиза. – Тогда я на тебя обиделась и с тобой не разговариваю!
– Подумаешь, напугала, – буркнул Воробей. – Детский сад, честное слово! Нашла время обижаться! Сама же виновата!
– Ах, я же еще и виновата! – тоненьким голосом возмущенно воскликнула Лиза. – Да? Это я виновата, что ты влез в тетину машину? Я виновата, что нас обстреляли? И, конечно же, это я увела нас от единственного нормального человека в этой глуши, который, к тому же, нас еще и спас!
– Ладно, ладно, извини! – немного помолчав, выдавил из себя Воробей. – Я, правда, не хотел тебя обидеть! Ну, погорячился. Прости.
Было очевидно, что эти слова дались ему нелегко и тем ценнее они были для Лизы. Смахнув набежавшие было на глаза слезы, девочка кивнула головой:
– Хорошо. Так и быть – забыли! – великодушно предложила она. – Но что мы теперь делать будем?
Не успел Воробей ответить, как дверь избушки скрипнула и широко распахнулась, словно приглашая ребят войти.
– Похоже, дедок не против с нами пообщаться. Ну что, войдем? – неуверенно предложил Воробей.
– Эта открытая дверь выглядит еще более устрашающе, чем закрытая, – вздохнула Лиза. – Но ты прав, этот старичок наш единственный шанс на спасение. Надо во что бы то ни стало узнать, как нам выбраться из этого леса.
И ребята, держась за руки, чтобы не свалиться с шаткой лестницы, поднялись и вошли в дом.
Наблюдатели
В избушке было еще более сумеречно, чем на улице. Лиза и Воробей остановились у порога ожидая, пока их глаза приспособятся к окружающему сумраку. Наконец они разглядели две узкие кровати, стоявшие вдоль изъеденных древесными жучками стен, деревянный стол и покосившийся буфет, основным богатством которого были две треснутые чашки.
На стуле у стола сидела древняя старуха и с недоверием разглядывала ребят. Ее седые волосы неряшливо выглядывали из-под серого платка, а тонкие узловатые пальцы нервно комкали длинную бахрому цветастой шали. Внимательная Лиза заметила, что у нее, как и у старика, тоже имелась бородавка. Только обосновалась она не на носу, а на морщинистой щеке старушки.
– Зачем ты их к нам притащил? – сварливо спросила старушка, и Лиза и Воробей одновременно вздрогнули, поскольку говорила она на чистом русском языке. Ребята инстинктивно отпрянули назад и уперлись спинами в закрытую дверь.
– Я их не тащил. Сами пришли, – откликнулся старичок. Он стоял у окна, и Лиза подумала, что не зря ей казалось, что кто-то за ними наблюдает.
– Вот пусть сами и уходят, – недовольно буркнула старуха.
– Да мы бы рады, – первым пришел в себя Воробей. – Может, подскажете, в какую сторону нам идти, чтобы выбраться из этого леса. Вы классно говорите по-русски, значит, вы тоже с Земли. А своим надо помогать, – постарался подольститься к негостеприимной старухе Воробей.
– С Земли? Вот еще! – фыркнула она, раздраженно поводя плечами. – Делать мне нечего, помогать всяким непрошенным гостям!
Ребята растерянно топтались у порога, не понимая, что же им делать дальше. Старуха явно не была настроена продолжать беседу. Буравя Лизу и Воробья недружелюбным взглядом, она поднялась с явным намерением выпроводить их вон.
Но тут неожиданно путь ей преградил старик. Ласково погладив ее по руке, он произнес скрипучим низким голосом:
– Мы с тобой вместе уже столько лет, что я стал забывать о самых элементарных вещах. Например, что надо просить прощения, если ты сделал что-то дурное, или извиняться, если ты обидел дорогого тебе человека. Извини, любимая! Я был не прав! Надеюсь, что ты меня простишь!
– Я думала, ты этого уже никогда не скажешь, – тихо прошептала старушка, и ее бородавка тут же стала мокрой от скатившейся по щеке слезы.
– Смотри, смотри, – вытаращив глаза, толкнул Лизу в бок Воробей.
Но девочка и сама уже заметила чудесную метаморфозу, происходящую со стариками. Морщины, словно сдунутые порывом внезапного ветра, улетели прочь с
