меня и ушла на дно. Но я успел заметить, как в волнах мелькнул её блестящий рыбий хвост.
Она сдержала своё слово. С того дня я и начал видеть будущее. Стал моряком… Я люблю море, и оно всегда помогает мне. Как-то раз со мной плохо обошлись на одном корабле, я решил вернуться к ней. И прыгнул за борт. Я поверил ей – и оказался прав. Я не погиб, несмотря на то что стояла тёмная, туманная ночь. Море только придало мне сил. На рассвете меня подобрал другой корабль, но до этого я успел увидеться с ней – она ждала меня… А знаешь, почему я тебе всё это рассказал? – вдруг спросил он.
Мне стало не по себе. Я слушал как заворожённый, хотя и сам не понимал, с чего это вдруг он так разоткровенничался.
– Потому что нас с тобой ждёт одинаковая смерть.
– Какая? – спросил я спокойно, хотя у меня внутри всё похолодело. Умеет наш Роберто утешить.
Роберто посмотрел на меня. Я ожидал увидеть в его чёрных глазах мрачное предзнаменование, но не заметил ничего, кроме симпатии. Он похлопал меня по плечу.
– Это ни к чему знать заранее, братишка, уж поверь мне. Я знаю, а тебе не стоит. Всему своё время. Море никогда не причинит мне вреда… и тебе тоже.
«И что мне теперь, тоже бросаться за борт, если что пойдёт не так?» – подумал я и усмехнулся, чтобы отогнать тревогу. Посмотрел на тёмные волны и понял, что это совсем не для меня: у меня не хватило бы духу добровольно оставить судно. Хотя море и в самом деле никогда не вызывало у меня страха. Уж не знаю почему – так всегда было.
Мы без приключений добрались до Порт-Ройала и стали на якорь в заливе Кагуэй. На самом деле этот залив назывался Кагуэй раньше, а потом его переименовали в Порт-Ройал, но наш капитан по привычке всё ещё звал его Кагуэй… Стоять там надо было довольно долго – разгрузить суда, очистить их днища от ракушек, отремонтировать после длинного океанского перехода, загрузить новым товаром, запастись всем необходимым. Нам разрешили съехать на берег на целые сутки. Все обрадовались, принялись мыться и приводить себя в порядок, а потом отправились в город.
Когда мы ступили на землю Порт-Ройала, мне показалось странным, что она не качается – настолько я привык к качке за время плавания. Уже вечерело, солнце отливало золотом, но было ещё жарко, пыль и камни мостовых грели босые ноги. Правду говорят, что Порт-Ройал – весёлый город. Кого в нём только нет! И купцы, и военные моряки всевозможных национальностей, и всякий сброд, причём сброда больше всего. И пиратов тут, говорят, полно. В заливе столько кораблей – глаза разбегаются.
Ребята, бывавшие здесь раньше, разбрелись по своим любимым заведениям – кто к девочкам, кто играть в кости, кто выпить крепкого местного рому. Пока мы плыли в шлюпке на берег, Роберто глаз не спускал с Луиджи. Но Луиджи выскочил на берег первым и проворно скрылся в пёстрой толпе.
– Надо его догнать! – прошептал Франческо и подался вперёд, но Роберто положил руку ему на плечо:
– Не спеши. Я знаю, куда он пойдёт. Когда взойдёт луна, встретимся возле таверны «У старого моряка». Там с ним и потолкуем. Идёмте, покажу.
Роберто повёл нас из порта в глубь города. Дорога шла по извилистым улочкам, но я хорошо её запомнил. Заведение «У старого моряка» ничем особенным не отличалось – таких в Порт-Ройале, должно быть, не меньше сотни: старая облезлая вывеска, скрипучие двери, пьяные голоса изнутри.
– Луиджи что, бывает здесь?
– Придёт сюда. Вы пока погуляйте, а у меня ещё дело есть, – сказал Роберто и ушёл.
– Ну что, куда пойдём? – спросил Франческо. – Подумать только, как далеко отсюда до дома! Ты только представь! С ума сойти…
Мы отправились бродить по городу. Некоторое время шли молча, потом Франческо остановился, посмотрел на меня и сказал с тревогой, понизив голос:
– Послушай, а что мы сделаем с Луиджи?
Я пожал плечами:
– Не знаю. Посмотрю по обстановке. Я хотел просто дать ему по физиономии как следует, чтобы раз и навсегда забыл, как нас с тобой зовут. А что ещё с ним можно сделать?
– Ну это ещё терпимо. А я-то, признаться, испугался, что этот Роберто Марино собирается его убить. У Роберто взгляд такой – прямо не по себе становится. Не хотел бы я, чтоб он был моим врагом…
– Вот ещё, убивать Луиджи, руки пачкать! А потом самим попасть в петлю из-за этого подонка…
Из-за угла вывернули наши матросики, уже навеселе, и позвали нас выпить в одно местечко неподалёку. Франческо вдохновился, а я не захотел. Настроение было паршивое, по правде говоря. Так что Франческо ушёл с ними, а я отправился бродить по городу один. До темноты ещё оставалось время.
Весёлый Порт-Ройал в тот вечер меня не веселил, и вообще, мне всё разом осточертело. Будущее тоже радужным не казалось. Идея дать Луиджи сдачи теперь совсем не нравилась. Он же подлец, из тех, кто всегда найдёт способ выкрутиться и отомстить. А что я могу с ним сделать? Избить до полусмерти? Или убить, грех на душу взять? Может, просто плюнуть, забыть про него – и дело с концом? Но на попятную идти уже поздно – когда стемнеет, Франческо и Роберто будут ждать меня «У старого моряка», будь он неладен… Откажусь – подумают, что я трус, а если приду туда и натворю дел – от самого себя тошно станет… И Луиджи ведь ждёт от меня подвоха, я сегодня это понял по его физиономии. А может, просто пойти куда-нибудь и напиться, забыть про всё? Но где ребята, я не знаю, а напиваться одному в Порт-Ройале опасно, меня не раз предупреждали. Тут ограбят или убьют – и глазом не моргнут. Или силой завербуют на какое-нибудь судно, и жизнь на «Святом Христофоре» мёдом покажется…
На крыльце таверны «Гроздь винограда» стояла красотка из тех, что за словом в карман не полезут, в красно-чёрном платье. В её густых угольно-чёрных кудрях, спадавших волнами на плечи, алел крупный цветок.
– Ты что такой грустный? – спросила она меня по-итальянски хрипловатым, но приятным, даже мелодичным голосом. – Соскучился в море по женской ласке? Иди сюда.
Я хотел послать её подальше, но она подошла ко мне сама, нежно взяла меня за руку и посмотрела на ладонь, а потом заглянула мне в глаза. Её глаза были зелёными. Ведьма, ни дать
