в эту комнату, и уже навсегда, — последнее слово он выделил особым тоном, и посмотрел на ведьму очень холодно, чтобы девушка прониклась, но опять еле сдержался, чтобы не улыбнуться, слишком уж вид замотанной в покрывало ведьмы веселил его. — Понятно? — спросил он, и мысленно чертыхнулся, потому что голос его подвел.
Но Янария ничего не заметила, слишком уж была поглощена собственным стеснением, а также маленькой победе. Если демон её выпустит из этой комнаты, она уж точно придумает способ сбежать из Инферно. Как? Она пока не знает, но будет думать. Хотя бы сможет весточку сестре отправить, а это уже девяносто процентов победы. Мирака найдет способ вытащить её из этого мира.
— Понятно, — выдохнула она, и мысленно добавила себе в план пункт о том, что, если сможет отправить весточку сестре, то демон не должен об этом узнать. Потому что выколупать её из этого подземелья Мирака возможно не сможет, даже если доберется до инкуба…
— И третье, — вырвал демон Янарию из размышлений, — ты согласишься стать моей женой по законам обоих миров Инферно и Блато!
Только лишь когда Дервиль сказал это вслух, демон понял, что это не его условие. Это сказал не он. Это были слова древнего. Как? Он понятия не имел. Но судя по ошалевшему взгляду ведьмы, до инкуба дошло, что сказал он эту фразу вслух.
И пока Янария хватала ртом воздух, он сообразил, что подсказка была очень своевременной. Потому что напрочь забыл о законах Инферно. Ведьмам запрещено находиться в их мире, и больше того, это преступление карается немедленной смертью. Но если она станет его официальной женой по древнему обычаю, то никто не сможет Янарию и пальцем тронуть.
— Только так, — добавил он, и сразу же пояснил: — иначе, кто угодно из стражей может тебя убить на месте. Таков закон Инферно. Или ты об этом не знала? Эти законы утвердили после Великой Битвы.
О том, что его дядя, как-то притащил ведьму в Инферно, и позволял ей спокойно расхаживать и фактически быть хозяйкой в его замке, демон не стал упоминать. Все же Герцог Цинз родной брат властелина Инферно, и ему дозволено то, что запрещено многим другим демонам.
Янария закрыла рот, и наконец-то убрала покрывало с макушки, оставляя голову открытой, но продолжая удерживать его у своего горла.
— В нашем мире такого закона нет. Если демон и умудрится войти на территорию Блато, хотя я и представить не могу, как он туда попадет, — Янария демонстративно фыркнула. — Но все же, если это и произойдет, то его просто вышвырнут в любой рандомный мир, но уж точно убивать никто не будет. Конечно, если демон не совершит какое-нибудь тяжкое преступление. И то, будут разбираться.
— У нас законы другие, — качнул головой демон.
— Откуда мне знать ваши законы? Вдруг ты меня вообще обманываешь? — она нахмурилась, и вытащив руку из-под одеяла, начала задумчиво грызть ноготь.
Демон присмотрелся и понял, что ногти у девушки короткие и все обгрызенные. Похоже, что у кого-то есть очень плохая привычка.
Дервиль приподнял бровь от удивления. Обгрызенные ногти и уверенная в себе древняя ведьма? Что-то не сходится. Инкуб попытался припомнить, какие ногти были у Янарии во время их встречи, но кроме её большой груди, и сносящей голову силы, к сожалению, ничего так и не вспомнил. То есть она могла обгрызть их уже здесь, чтобы войти в образ молодой и наивной. Чтобы… чтобы что? Обмануть его? Усыпить доверие? Не слишком ли…
Демон ощутил мысленный пинок, и еле удержался, чтобы не покачнуться. Кажется, кто-то не доволен его размышлениями, и хочет, чтобы он решил побыстрее вопрос с женитьбой. Дервиль согласился со своим подселенцем и решил чуть поднажать на ведьму, и опять выпалил то, чего сам от себя не ожидал:
— Ну так что? Сделка? Мои три условия — твоя лояльность, не пытаешься сбежать, и наша с тобой свадьба по законам Блато и Инферно, — он выставил руку вперед и почувствовав, как сила заклубилась вокруг него, демон сглотнул несколько раз, но продолжил: — Твои условия — становишься моей женой со всеми вытекающими привилегиями и обязанностями. Сможешь жить в свое удовольствие, и пользоваться всем, что есть у меня. Тратить мои деньги. И спокойно гуляешь в пределах моего поместья, или того места, на которое я укажу.
Дервиль засмотрелся на потоки силы, что скапливались в его ладони, шокированный тем, что видит. Демон был знаком с этой силой, и она есть, только у одного демона в их мире. Этот демон — его отец, властелин Инферно — Хэти-Ану Первый. Самый сильный и самый древний демон из всех некогда живущих демонов. Все знают, что когда-то, несколько тысячелетий назад, именно он убил своего обезумевшего отца Неферкамина-Ану Третьего, предыдущего властелина Инферно, деда Дервиля, вызвав его на поединок чести, и остановил тем самым кровопролитную бойню, между самыми опасными расами, живущими в десяти мирах.
По позвоночнику демона поползла холодная струйка пота. Появление подобной силы у наследника, всегда ознаменовалось серьезными переменами — сменой властителя Инферно, а порой и сменой целой династии. Если бы сила оказалась в руках другого демона. Конечно, не всегда такими кровавыми методами. К примеру, отца Неферкамина-Ану Третьего (деда Дервиля) отравила собственная наложница, и пыталась убить самого Неферкамина-Ану, когда тот был в возрасте четырех лет, но в тот день у будущего кровавого императора открылась особая сила, и он смог защититься от убийцы, хотя сам еще говорить толком не умел. А прадед Неферкамина-Ану, умер от магической лихорадки, и несколько сотен лет Инферно правил совет, потому что не один из его сыновей не смог обратиться, пока не появился на свет внук и не показал свою силу.
А ведьма тем временем продолжала грызть ногти и не спешила подавать руку, для заключения сделки. Но в её взгляде, инкуб не заметил понимания. Конечно, откуда ей знать о такой особенности у простого демона? Даже если она и знакома с магией властелина Инферно, в нем её точно не может быть. Потому что это… что-то невероятное.
Сила продолжала клубиться вокруг руки демона, ожидая, когда ведьма согласится на сделку.
— Так нечестно, — пробурчала ведьма. — Я не сама пришла в твой мир, это ты меня сюда затащил, и я не должна отвечать за твой поступок.
Демон не стал опускать руку.
— Это мои условия, — произнес он. — Или соглашайся, или оставайся здесь.
Янария задумалась. Возможно, то, что придумал Дервиль — это выход. О замужестве она почему-то не хотела думать. Ведьма вспоминала своего отца… и
