Дверь низкая, пришлось наклоняться. В доме все просто. Комната с низким потолком, печь, стол, лавка. На дальней стене оружие: мечи, кинжалы, лук и колчан со стрелами. Оружием магарец гордился. Входящий в дом первым делом видел коллекцию хозяина.
Несмотря что помещение не большое, в нем не жарко. Огонь горел, но не в полную силу. Запас дровин мал.
− Располагайся. Гольрох подаст угощение. Мое имя Маржед.
Девочка быстро поставила тарелки с торшбой - щавелевыми щами, каллепаче - вареными бараньими ножками, блюдо с сыром и лепешками, гипу - бараний фаршированный желудок и кувшин с бузэ - просяным пивом.
Костас сел на лавку, хозяин напротив него. Снял колах, отложил на край. Вигдис только попыталась, но девочка не позволила.
− Там! Мадэги*, - указала она на другой стол, где поставила еду отдельно. Отварную баранину, мед, голадж - сладкий пирог. Нагрела молока почти до кипятка и подала в кружке.
− Я рад, что вы сочли мой дом гостеприимным, а мой хлеб свежим, − произнес Маржед, разливая пиво.
− Мое имя Костас, − представился Костас. − Я иду в Халангзар.
Говорил от своего имени. Магарец не поймет если он скажет ,,мы". Мужчина идет, женщина следует за ним.
− Отсюда такого пути нет, − предупредил Маржед.
− Нет вообще или его нет для тех, кто не родился в горах? - уточнил Костас.
− Ты прав, − согласился Маржед, бросив взгляд на Вигдис.
Девушка стала есть медленней, почувствовав его любопытство. Ей не слышно о чем говорили хозяин и Костас.
− Мне подойдет.
− Им мало кто ходит.
− Раз нет иного, подойдет и этот.
Маржед опять наполнил кружки. Твой выбор гость.
− Когда ты соберешься уходить, я расскажу тебе дорогу, − пообещал Маржед и снова против воли посмотрел в сторону гостьи.
Вигдис забеспокоилась. Кусок застревал у нее в горле. Страх оказаться проданной горцу, путал мысли. Ведь другой причины возиться с ней, у Костаса нет!
Девочка, думая, гостье не нравится угощение, жестом предлагала блюдо за блюдом. Сама девочка к еде не притронулась.
− В калате мало жителей, − произнес Костас. И не вопрос и не утверждение. Намек услышать рассказ.
− В горах трудно жить. У тех, у кого достаточно сил, уходят в Нижнюю долину, в Сарамат. Раньше было сто дворов. Мужчины составляли полный круг хашара* если присылали гонца. Сейчас остались в основном старики.
− Я не видел башню?
Маржед помрачнел.
− Сур ниспослал испытание нашему духу.
Башню сносили, если калат завоевывал неприятель. Соседи близкие или дальние, чужой род, пришлые, да мало ли кому взбредет в голову поживится или припомнить старую обиду. Но кем бы они небыли башню ломали. Проигравший недостоин возносить молитвы Суру. А возносить их можно только из рукотворной горы, сложенной руками поселян. Башню строили из дерева, а потом обкладывали камнем. Работа многих поколений. По её высоте судили, сколько веков существует калат. Не зря существовало присловье: Сколько камней в твоем роду? Если человек отвечал десять, он был уважаемым человеком. Двадцать, его могли пригласить на совет к соседям. Тридцать, к его слову прислушивались.
Маржед разлил остатки пива. Не допил, выплеснул последний глоток в огонь. Костас последовал примеру.
− Те, кто ушли, пусть знают, мы помним о них.
На дворе совсем темнело.
− Гольрох, гости устали, − напомнил Маржед дочери её обязанности.
Девочка тронула Вигдис за рукав.
− Сэтти, джиш*?
Вигдис покачала головой - не пойму о чем ты?
− Джиш? - повторила девчонка почти на ухо.
− Она приглашает тебя с собой, − подсказал Костас.
Девочка закивала головой. Она плохо знала язык степняков.
Вигдис неохотно последовала за Гольрох. Её тревожили разговоры за столом.
Когда Вигдис и девочка вышли, Маржед произнес.
− Твой путь труден. Женщина не осилит его.
Костас ждал продолжения.
− Ты нес свой мешок сам. Она не знает своего места в доме. Она пленница?
В наблюдательности горцу не откажешь.
− Да, − признался Костас.
− У меня нет фэраш. Продай мне её. Взамен возьми кама со стены, − предложил Маржед. В его понимание за пленницу это хорошая цена. - На равнине ему не будет равных. Хорошее оружие.
− У меня свое.
− Возьми, что посчитаешь равноценным, − настаивал Маржед. Магарец нервничал. Он встал подать выбранное оружие.
Чтобы продолжить путь, нужна прежде всего еда. Костас кивнул.
Горец подавил радостный вдох. Он не продешевил. Наоборот выгадал! Фэраш это помощь в хозяйстве. Будет кому объяснить дочери, то чего мужчина не объяснит. Не потому что не знает, потому что не должен. И ночи! Они не будут больше такими холодными, одинокими и полными греховных помыслов. А если фэраш родит ему сына, он признает его. Сур свидетель его словам! Поэтому он отдаст гостю любое оружие, какое попросит.
− Её, − указал Костас на вернувшуюся Гольрах.
Маржед закипел от возмущения, но быстро сообразил, сам позволил гостю выбирать! Видимо Сур отнял у него последние мозги! И все из-за пришлой бабы!
− Гольрах всего десять, − пропыхтел Маржед, пряча чувства.
Девочка непонимающе поглядела на отца. О чем он говорит? И чем взволнован?
Вигдис вошедшая следом, не скрывала испуга. Они сторговались! Он продал её магарцу! Продал! Её подозрения были верны! Она отступила, прижавшись спиной к двери. Надо бежать! Бежать!
− Твое слово, мой выбор, − настаивал Костас.
− Она не может быть твоей фэраш! Ей десять лет, - взмолился Маржед. - Она еще маленькая.
Костас подхватил колах со стола и кинул в девочку.
− Лови!
Если бы не обстоятельства, Маржед счел бы поступок оскорблением, но ему не до обид.
Гольрох поймала. Шатнулась, но не упала и не выпустила колах из рук. Маржед скрипнул зубами. Что же он наделал! Его дохи* все, что у него есть!
Вигдис вытаращила глаза. Она слышала об обычае горцев. Если девочка ловит брошенную в нее отцовский колах, значит достаточно взрослая, выйти замуж.
Костас поманил девочку к себе. Маржед зашептал молитву Суру. Рука потянулась к кама. Пусть Сур отвернется от него, пусть духи предков не примут его к себе в круг, пусть потомки плюнут на его могилу. Он не отдаст дочь!
Гольрох настороженно подошла. Без своего толстого платка, только в косынке, без капанака, она выглядела худышкой. Действительно маленькая девочка.
− У меня есть для тебя соугат*, − произнес Костас. Сунул руку в панарий, извлек оттуда соррэ добытый у хассадов. Окрик Вигдис пресек одним взглядом. Вытряхнул камни на стол. Семнадцать прекрасных изумрудов. - Они твои.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
