От увиденного пересохло в горле.
«Трахать не буду, не бойся», — как бы не так. Зверь хотел получить разрядку и он ее получит любым известным ему способом. Даже не трахая, изнасилует.
Почему-то захотелось поймать взгляд, посмотреть что он обо всем этом думает. Наслаждается ли своей силой? Будущей победой. Ликует ли, предвкушая?
Ведь ясно, что не мне бороться со Зверем. Он сделает так, как хочет. И возьмет мена так, как пожелает. В его доме я в его власти. Опять насилие.
Или есть другой вариант?
Наши глаза сошлись где-то в районе груди Зверя.
Думала, что увижу триумф? А увидела затаенную мольбу, приправленную решимостью. Зверь хотел, но тянул время, надеясь на встречные шаги. Мелькнула мысль, что и он от насилия не получает особого удовольствия.
И опять выбор.
Воспротивиться и вновь быть по сути изнасилованной, или поддаться воле? Если не получить удовольствие, то хотя бы не оказаться вконец сломленной.
Руки Зверя легли на голову. Прошлись по волосам, зарываясь.
— Подожди. Не надо так. Я сама, — не узнала собственный голос.
Неосознанно принялась отталкивать мужчину, положив ладони на бедра. Но только потому что боялась.
Зверь замер, ожидая моего шага. Руки с головы не убрал, но давить прекратил.
— Подсказывайте… я первый раз, — произнесла и смутилась, опустив взгляд на мужскую плоть. Почему-то перед ней не было стыдно, как перед Зверем.
«Ну, Ляля, вспоминай те пару фильмов для взрослых, что видела в гостях у подружки в восьмом классе».
Руки, скользнувшие по бедрам, чуть подрагивали. Не просто так решиться и дотронуться до того, чего раньше в руках не держала.
Да что там говорить, даже в глаза не видела. А теперь вон смотрю на одноглазого змея, надеясь обуздать.
Зверь едва заметно качнулся вперед, едва сдерживаясь, чтобы не перейти в наступление. Его пальцы ерошили волосы, но пока не принуждали. Очень надеялась что так будет и дальше.
Как я была рада заграничной моде, пришедшей и к нам. Плоть, лишенная растительности, радовала взгляд, не вызывая омерзения.
По ушам ударило шумное дыхание. Чье? Зверя или мое?
Я и сама дышала часто и не ровно. Чего во мне больше? Страха, возбуждения или любопытства?
Какой же он нежный. Не Зверь, а его часть. Молчаливая, но разумная.
Моя ладонь с трудом обхватила вздыбленную к пупку плоть. Судорога прошлась по телу Зверя.
— Возьми его, — услышала хриплое. — В рот.
Пояснять что именно нужно взять не было нужды.
Провела сомкнутыми пальцами по плоти чуть выше и отклонила к себе, наблюдая за сбегающей по стволу прозрачной каплей.
Внезапно захотелось поймать ее… языком.
Так и сделала. Пока не передумала.
Шумный выдох пояснил, что движусь в правильном направлении.
Так и не поняла привкуса, когда развезла каплю по языку.
— Бля, Ляля, ты сведешь меня с ума, — выдохнул Зверь, сминая волосы, собирая их в кулак.
И это его чуть ли не молитвенное «бля» придало решимости.
Губы накрыли нежную плоть. Языком провела вдоль уздечки.
Все же Зверь не выдержал. Толкнулся вперед. Заполняя рот до отказа. Едва сдержала рвотный позыв. Подалась назад, скользя языком по шелковистой коже.
Вновь вперед, помня желание Зверя проникнуть глубже. И опять назад, не разнимая губ.
Во рту собралась слюна. Чуть отстранилась, чтобы сглотнуть.
— Ляля, еще, — рык мужчины сдавленный и зависимый, придал сил. Чуточку осмелела. Не только ласкала языком и губами, но пальцами. Одной рукой скользила по древку, а другой трогала мошонку.
Зверь не торопил, но и не давал отстраниться. Его руки так и лежали у меня на голове, не помогая, но и не мешая делу.
Спустя несколько мгновений так осмелела, что постаралась вобрать в себя настолько глубоко, насколько могла себе позволить. И вдруг небом ощутила нарастающую с каждым мгновением пульсацию.
Следом за ней почувствовала как в горло изнутри ударяет струя семени. Не зная что делать в такой ситуации, продолжала ласкать губами и руками.
Протяжный стон, раздавший над головой подтвердил, что я все же смогла доставить удовольствие Зверю. Пусть не умеючи, не зная как правильно надо, но смогла.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Лишь когда пульсация прекратилась, позволила выпустить на волю все еще возбужденную плоть. Инстинктивно облизала губы.
Глаза сами собой поползли по телу, к лицу.
Все ли я сделала правильно?
Горящий взгляд Зверя окатил жидким огнем. Он провел пальцами по лицу, обрисовав линию скул, потянул за подбородок. Ноги затекли. Просто так встать с коленей не получилось. Когда Зверь это понял, то склонился надо мной.
Чтобы в следующий миг впиться в губы яростным поцелуем.
— Ляля, ты мое маленькое чудо! — произнес, прежде чем поднять на ноги, взяв подмышки.
Глава 17
Меня в детстве так бережно не вытирали, как вытирал Зверь. Медленно промокая воду махровым полотенцем.
Его взгляд жаркий, горящий, неистовый скользил по телу вслед за руками.
Замерла, следя за мужчиной у моих ног.
Полотенце резко отбросили куда-то в угол, а я оказалась в железных объятьях. И глазом не успела моргнуть, как мы стояли в комнате около кровати.
Еще взмах ресниц и я лежу на спине с широко разведенными ногами.
Прикосновение губ мужчины к нежной плоти стало подобно разряду тока. Его язык со снайперской точностью обнаружил местечко, от прикосновения к которому по телу понеслись сладостные волны.
«Мамочка! Что он делает?»- хотелось закричать, но лишь в немом крике открывала рот от переполняющих ощущений. Руки сминали простынь. Хотя интуитивно хотелось зарыться ими в волосах. Пройтись по шелковистым прядям, все еще мокрым и чуточку прохладным.
Руки еще сильнее развели ноги в стороны, раскрывая. Не оставляя ни единого тайного местечка.
Язык Зверя ласкал даже в таких местах, которые постеснялась бы озвучить.
С каждым новым движением, даримым Зверем, внутри закручивалась тугая пружина. Внизу живота нарастало томление.
Губы Зверя взяли в плен нежный лепесток, потянули, язык с яростью атаковал жемчужину плоти. Раз, другой, третий.
И в этот миг внутри меня что-то освободилось и понеслось в разные стороны с огромной скоростью.
Женский крик резанул по ушам.
Тело выгнулось дугой, сотрясаемое спазмами наслаждения.
— Да. Да. Девочка моя. Кончай. Кричи. Громко. Чтобы все слышали, — услышала довольный мужской голос сквозь вату удовольствия.
Пришла в себя не сразу.
А лишь когда меня укутывали одеялом, прижимая к сильному мужскому телу.
В комнате с задернутыми шторами сложно определить время суток. День или уже вечер. А может ночь. Додумать не смогла, провалилась в сон, разморенная теплом и сладкими ощущениями блуждающими внутри.
Проснулась от сладостной неги. Во сне меня медленно покачивало на большой лодке. Не сразу поняла почему мне так хорошо и приятно. А когда осознала, то … почти испугалась.
Сильные руки обнимали меня со спины, крепко держа, не позволяя двинуться. В то время как нечто горячее и скользкое ритмично проникало между ног, задевая чувствительные лепестки. Но не проникая в тело.
— Не спишь? — жаркий шепот на ухо.
— Ты же обещал, — жалобно всхлипнула. Боясь, что вот сейчас, именно в этот момент, его плоть проникнет в меня. И опять будет больно, как в тот раз.
— А я всегда держу свои обещания. Расслабься.
Зверь задвигал активнее бедрами. Я еще сильнее сжала ноги. Только это не вытолкнуло плоть.
— Да. Вот так, детка, — вместо того, чтобы возмутиться, мужчина активнее задышал.
Его плоть, как поршень, терлась о мою плоть, не проникая.
Ласкала. Нежила.
Не заметила как сама возбудилась, чувствуя нарастающие сладостные ощущения. Чем все закончится в итоге знала. И с нетерпением ждала. Предвкушая удовольствие.
Стоило только об этом подумать, как пальцы Зверя скользнули по моему животу и, не останавливаясь, ниже. Безошибочно нашли чувствительный бугорок. Надавили. Этого хватило для заключительного аккорда.
