Рыцарь Луминара Ундули отчаянно зашивалась - приглядывать за парой десятков голов шебутной молодежи в возрасте от тринадцати до пятнадцати, да еще и разнополой, было не легче, чем черпать воду решетом. Единственный шестнадцатилетний среди них, Нил Коррин, не стал бы сбегать от Луминары, или дурачиться в ее присутствии, и под страхом смерти, но это помогало мало - нарушать беспорядки и без него было кому.
Поход в пещеры ледяной планеты Илум за фокусировочными кристаллами для световых мечей быстро превратился из, как его описывала Луминара, “опасного и важного ритуала” в подобие пикника на природе. Джедайский молодняк норовил разбрестись по дальним ледяным закуткам в поисках интересного, устоявшиеся парочки находили романтику даже в местной стылой погоде, и стремились уединиться, а самые беспокойные шумели и галдели, создавая звуковой фон полного хаоса. Дело усугубляло то, что большая часть молодежи быстро отыскала подходящие им кристаллы, и сейчас маялась от скуки, дожидаясь отстающих. Нил, будучи одним из таких, был порядком раздражен - из-за валяющих дурака одноклассников, группа уже долго топталась на месте, серьезно снижая шансы Нила на нахождение нужного кристалла. К его недовольству заметно прибавляла все большая задерганность Луминары - он искренне сочувствовал объекту своей влюбленности.
Когда, проследив очередной обреченный взгляд мириаланки, Нил увидел небольшую группку сверстников, затеявшую игру в снежки, его терпение дало сбой. Подойдя к двум из пяти снежкометателей со спины, он крепко обнял их за плечи.
- Давайте не будем бесить рыцаря Ундули, ребята, - благодушно предложил юноша. - Она же для нас старается.
- Так ты на стороне нашей скучной надсмотрщицы, Коррин?! - весело возопил один из прихваченных - худощавый и темнокожий толотианец. В куртке с капюшоном, он выглядел неотличимо от человека - растениеподобные отростки, свисающие с его головы странным подобием волос, скрывались под теплой тканью.
- Посмотрите на него, юнглинги - он предал братьев по ордену! - продолжил буйный юнец свои крики. - Наказать предателя! Снежками! - он попытался вывернуться из хватки Нила, но без особого успеха - тот держал крепко.
- Кава гула[1], Коррин, - поддержал толотианца другой пленник Нила, краснокожий твилек. - Смилейя. Панва гранча ти-токи[2].
- Я не говорю на хаттском, Фер, - все так же доброжелательно ответил юноша. - Можешь не стараться.
Тем временем, те из любителей снежных битв, что остались на свободе, решили последовать просьбе своего плененного товарища, и в Нила Коррина полетела целая гроздь снежков. Летели они метко и быстро - ожидать другого от физически сильной молодежи, владеющей начатками телекинеза, было бы странно. Нил, все так же невозмутимый, шагнул влево, волоча пленных за собой, и снежный залп впечатался в лицо и грудь толотианца. Тот закашлялся, и принялся усердно отплевываться.
- Не рой другому яму, Мирт, - посоветовал Нил своему пленнику. Тот не ответил, занятый снегом, набившимся за ворот куртки, и медленно тающим.
- А ещё, давайте вы не будете бесить меня, - юноша слегка повысил голос. - Я до сих пор не нашел свой кристалл, и если из-за вас, придурков, я не найду его сегодня, то обязательно вам это припомню. На следующем уроке фехтования. Драллиг ведь мне не откажет, и поставит каждого из вас со мной в пару. Хотите обзавестись синяками на ребрах?
- Э чу та[3]! - оскорбился твилек, в свою очередь предприняв безуспешную попытку освободиться.
- Слов я не понял, а вот интонацию - вполне, - ласково ответил ему Нил. - Все, завтра будем испытывать твое фехтовальное мастерство, Фер. Очень надеюсь, что ты, и твои ребра, в нем уверены, - твилек заметно сник.
- Что насчёт тебя, Мирт? - обратился юноша к другому дебоширу. - Прекратишь меня бесить, или тоже попытаешь счастья с тренировочным мечом? - толотианец, справившийся с последствиями снежной атаки, отвернулся, с отсутствующим видом насвистывая тихий мотивчик.
- Вас это тоже касается, - с добродушной улыбкой обратился Нил Коррин к остальным снежкометателям, отпуская пленных на свободу. - Продолжайте меня выводить, и завтра, почувствуете результат. На своей шкуре, - пятерка буянов с понурым видом ретировалась. Юноша сокрушенно вздохнул, покачав головой.
- Спасибо, Нил, - раздался совсем рядом тихий женский голос.
Юноша удивлённо обернулся, только чтобы уткнуться взглядом в спину Луминары, спешащей к очередной банде нарушителей порядка. Он с растерянной улыбкой проводил мириаланку взглядом, и, коротко выдохнув, попытался собраться. Искренняя благодарность объекта его влюбленности согрела сердце Нила много лучше, чем теплая одежда - тело, и побудила продолжить усилия по наведению порядка в нестройных рядах сокурсников.
Этого ему не удалось. Неподалеку раздались крики ужаса, частый скрип снега, и оглушительно громкий шипящий свист - как если бы кто-то вздумал напоить все два десятка юнглингов горячим чаем, и взялся кипятить местные снега в огромном чайнике.
Встревоженно оглядевшись, Нил не заметил Луминару, но быстро припомнил, что ушла они именно в ту сторону, где зазвучал недобрый шум. Эта мысль неожиданно обеспокоила его ещё больше, и он быстрым шагом двинулся на звуки криков и шипения.
Их причина обнаружилась быстро - одна из заплутавших компаний юнглингов наткнулась на местную фауну. Точнее, илумская фауна обнаружила в своих владениях кучку разумных, и решила ими пообедать.
Существо, чье длинное змееподобное тело сейчас взвилось на высоту человеческого роста, мерно раскачиваясь готовой к атаке коброй, Нил знал. Об этой твари, круглая пасть которой медленно наливалась малиновым жаром, юнглингов подробно просветила Луминара Ундули, во время полета на Илум. Ражак, или термочервь, был существом агрессивным, территориальным, и всеядным. Во всяком случае, плотью разумных он точно не собирался брезговать.
- Всем на выход! - прозвучал громкий голос мириаланки, и термочервя словно прибило к земле невидимым молотом - джедайка пустила в ход Силу. - Возвращайтесь на корабль, немедленно! Следите за стенами и полом - ражаки охотятся стаями!
Загудел плазменный клинок меча Луминары, и поверженный ей гигантский червь, так и не успевший оправиться от телекинетической атаки, затих навсегда - рубящий удар сверху начисто снёс его верхний сегмент, легко превратив в пепел костяную броню и плоть под ней. Пасть ражака медленно остывала, плавя под собой лёд, и заставляя снег растекаться струйками талой воды.
Нил Коррин не спешил бросаться к выходу, следуя указаниям джедайки - если поблизости имелись другие термочерви, имело смысл не толпиться по пещерным коридорам, мешаясь под ногами у товарищей, и изображая лёгкую добычу. Слова мириаланки немедленно подтвердились - из-за ледяного сталагната выскользнул ещё один ражак. Безошибочно определив самого опасного врага, он бросил свое тело вперёд, летя прямо на Луминару, словно огромное костяное копьё с раскаленным наконечником. Джедайка ушла от атаки червя великолепным прыжком, вознесшим ее в воздух на добрый десяток метров. Пропустив ражака под собой, она легко крутанула сальто, и упала на врага, на лету занося меч. Его ярко-зелёный клинок мягко гудел, готовый сжигать и испепелять.
Нил Коррин восхищался боевыми навыками мириаланки совсем недолго - его внимание привлекло движение в одной из ледяных стен. На ней, медленно наливалось алым округлое пятно, быстро растущее в размерах. Нилу понадобились считанные секунды, чтобы понять, что такое настырно пробивается сквозь лёд пещерных стен. Ещё одну малую малость времени он потратил на то, чтобы осознать: Луминара, занятая одним ражаком, стоит спиной к другому, лезущему прямо из стены.
- Сзади! - во всю глотку заорал он, пытаясь предупредить джедайку.
Увы, именно в этот момент, термочервь, с которым сражалась Луминара, решил издать очередной громкий свист, полностью заглушивший вопль юноши.
Решение было принято мгновенно, чуть ли не на инстинктах. Нил усилием воли успокоил эмоции, как мог, и вызвал в памяти ощущение единения с бесконечно огромным океаном энергии, которым он видел Силу. Сосредоточившись, он коснулся одного из его незримых течений - быстрых и медленных, весомых и мимолётных, текущих во всех направлениях одновременно. Коснулся, и проявил его в открытой ладони правой руки, для удобства направленной прямо на ражака, рвущегося наружу из ледовой стены.
