— Карантин!? — в ужасе уставилась на Лапшина Белка. — Как это — «карантин»?
— Нашла, у кого спрашивать, — буркнул Ромка, не переставая в недоумении пялиться на свиток.
— Дайте это мне, господин Лапшин. — Альбина протянула мраморно-белую руку к Ромке.
Ромка подошел к декану и отдал ей свиток. Пока он возвращался на место, а Альбина читала послание из Золотого глаза, меченосцы в столовой переглядывались и озадаченно перешептывались.
— Ничего не понимаю, — пробормотал Ромка, усаживаясь на скамью между Милой и Белкой. — Какой карантин? Ну не грипп же у них там, в самом деле?
Мила тем более ничего не понимала. Ей казалось, что слова «карантин» и «Троллинбург» несовместимы в принципе. Что могло случиться в Золотом глазе, чтобы его закрыли на карантин?
— Разумеется, это не грипп, — невозмутимо опровергла Ромкино предположение Альбина, откладывая свиток в сторону. — Вопросы, связанные с карантином, вы будете задавать позже, когда обстоятельства прояснятся. Сейчас попрошу всех успокоиться и не впадать в панику. Что касается третьекурсников: ваше мероприятие с куратором не отменяется, а всего лишь переносится. Причем не во времени, а в пространстве. Ваш куратор — один из немногих златоделов, которых карантин, по счастью, не коснулся. Члены студенческого братства Черная кухня в первые дни учебного года собираются в принадлежащем братству особняке. Там они и находились в то время, когда в Золотом глазе произошли события, приведшие к карантину. В этом особняке и состоится сегодня ваше мероприятие. Попрошу вас как можно скорее закончить ваш завтрак, поскольку ваш куратор будет ожидать вас на Главной площади ровно через пятнадцать минут.
* * *
— Два года под курированием Платины я не вынесу, — решительно заявила Мила, когда они шли к площади в хвосте у всех своих сокурсников. — Я утоплюсь в Пятке Тролля.
Пяткой Тролля называли фонтан на Главной площади, прямо напротив памятников Трем Чародеям. Форма бассейна отдаленно напоминала ступню, а так как эта ступня была солидных размеров, то невольно возникала ассоциация с троллем.
— С чего ты решила, что это обязательно должна быть Платина? — спросил Ромка. — Альбина упоминала братство, а в братстве, по идее, должны быть братья, а не сестры.
— Ой, глупость какая! — фыркнула Белка. — Это только называется так — «братство», а на самом деле это обычное студенческое сообщество, в которое вступают и парни, и девушки. Туда принимают не по половому признаку, а если пройдешь все необходимые испытания.
— И много в Троллинбурге студенческих братств? — полюбопытствовала Мила. — Я раньше о них не слышала.
Белка пожала плечами.
— Потому что у Львиного зева нет своего братства и, насколько мне известно, никогда не было. Зато у Золотого глаза таких братств целых три. Все они обязательно состоят в каком-то из братств. Это для златоделов своего рода традиция. Еще одно братство есть у Белого рога. Но оно немногочисленное.
— Ладно, допустим в братстве Черная кухня есть девчонки, — согласился Ромка. — Но это еще не значит, что в нем состоит Платина. Она вполне может быть членом любого из их братств.
Белка глубоко вздохнула.
— Лютов состоит в братстве Черная кухня, — боязливо косясь на Милу, сказала она. — А значит и Платина…
— Ох, ну почему так не везет!? — чуть не взвыла Мила, закатив глаза к небу. — Ну конечно, может! Они же все следуют семейным традициям! Лютов просто не мог вступить в братство, к которому не принадлежит или не принадлежало все его семейство.
— И все равно, — упрямился Ромка, — не понимаю, почему это обязательно должна быть Платина?
— Да потому, что последние два года куратором от Золотого глаза была именно она, — ответила Мила. — Советую посмотреть на меня внимательно и запомнить, как я выгляжу, потому что сейчас мы дойдем до площади, я утоплюсь и больше вы меня не увидите. Только так я могу скрыться от преследований семейства Мендель.
В ответ на ее слова Белка сочувственно вздохнула, а Ромка весело хохотнул.
Однако когда они вышли на Главную площадь, то почти мгновенно обнаружили, что в радиусе их видимости Платины не было. Зато на каменном бордюре Пятки Тролля сидел парень в форме Золотого глаза: широкоплечий, темноволосый, с искрометными синими глазами — в знак приветствия он улыбнулся открытой белозубой улыбкой и поднялся с бордюра. Пока он приближался к группе меченосцев, Ромка тихо присвистнул:
— Вот это да!
— Что такое? — взволнованно спросила Белка, нервно поглядывая то на приближающегося к ним златодела, то на Ромку.
— Куда там Платине! — отозвался Ромка. — Утопление Милы отменяется. У нас будет лучший куратор. О таком можно было только мечтать.
— Кто он? — спросила Мила, с интересом разглядывая темноволосого парня.
— Это Гарик Смелый. И «Смелый» — это не просто фамилия. Он лучший. Лучший среди студентов Старшего и тем более Младшего Думов. Одинаково силен как в алхимических науках, так и в искусстве боевой магии. Обладатель Серебряного Грифона! И еще ходят слухи, что он принимал участие в какой-то жутко засекреченной операции троллинбургского тайного сыска.
— Он же еще студент, — недоверчиво нахмурила брови Белка.
— Вот именно! — многозначительно сказал Ромка.
— А что такое Серебряный Грифон? — спросила Мила, но вместо ответа ее приятель громко шикнул, потому что новый куратор уже подошел к группе меченосцев-третьекурсников и теперь изучал их оценивающим взглядом.
— Меня зовут Гарик, — представился он с улыбкой. — Наверняка уже знаете, что предстоящие два года я буду вашим куратором.
Меченосцы соглашались молча, осторожно приглядываясь к своему новому куратору, словно пытались понять, что он собой представляет и чего им от него ждать.
— Предлагаю продолжить знакомство в особняке одного из наших братств, — продолжал Гарик с неизменной доброжелательностью. — К сожалению, Золотой глаз, куда я вначале собирался вас отвести, сейчас закрыт на карантин. — Он озадаченно хмыкнул. — Сам не знаю, что там случилось… Но Черная кухня — тоже не самое скучное место в городе.
— Хорошенькое названьице, — неодобрительно фыркнул Мишка Мокронос.
Гарик коротко рассмеялся, глянув на Мишку, и с плутоватым блеском в глазах заявил:
— Лично прослежу, чтобы никого из вас на нашей кухне не зажарили и не превратили в начинку для беляшей. Идет?
Меченосцы засмеялись, и напряженная обстановка немного разрядилась. На лицах большинства своих однокашников Мила видела легкое, но приятное удивление, и лишь во взглядах Мишки и Илария читалось недоверие, которое, впрочем, легко объяснялось: златоделы редко относились к меченосцам доброжелательно.
* * *
Особняк Черная кухня оказался на удивление непритязательным и уютным на вид. Это было небольшое двухэтажное строение из коричневого камня с высокой двустворчатой черной дверью посередине и двумя круглыми башнями по краям.
Гарик раскрыл двери и пропустил вперед своих подопечных.
— Прошу, — с улыбкой сказал он.
Меченосцы друг за другом вошли в просторную прихожую. Прямо перед ними была лестница, ведущая на второй этаж. Слева — дверь из красного дерева, одна створка которой была слегка приоткрыта. Вправо уходил узкий коридор, с одной стороны которого тянулся ряд окон с видом на улицу, а с другой — несколько одностворчатых дверей.
Гарик распахнул перед меченосцами дверь из красного дерева.
— Здесь гостиная, — объявил он и шутливым тоном добавил: — В гостиной принимают гостей, так что вам — сюда.
Кристина с Анжелой захихикали и вслед за Гариком вошли в гостиную Черной кухни. Остальные последовали за ними.
Мила, оказавшись в конце группы, замешкалась, вдруг заметив на стене возле лестницы большой портрет. Ведомая любопытством, она подошла к портрету. Еще издали ей показалось, что человек, изображенный на этом полотне, ей смутно знаком. Она не ошиблась. Это был Древиш Румынский — маг, которого наследовал Золотой глаз. Мила впервые видела его не холодным мраморным изваянием, а в красках, причем настолько естественных тонов, что казалось, будто бы с портрета на нее смотрит настоящий, живой Древиш.
У него был очень властный взгляд. Мила подумала про себя, что Древиш выглядит так, словно был рожден повелевать. Его фигура, облаченная в черный плащ с золотой подбивкой, почему-то внушала невольный трепет. И ей показалось, что этот трепет был вызван не только необычайной властностью всего облика Древиша, но и удивительным могуществом магической силы, которую источал его взгляд, глядящий на нее с полотна.
Вдруг Мила услышала шаги со стороны лестницы и непроизвольно повернула голову. И тут же пожалела, что задержалась в прихожей, потому что по лестнице со второго этажа спускался не кто иной, как ее злейший враг — Нил Лютов.
