— Прошу тебя, — давлю ладонями на плечи парня, — прекрати всё это. Мне неприятно. Я сниму себе другой номер, Игнат. Я не могу ночевать здесь.
Я разворачиваюсь и ухожу, пока Чернышев не сказал или не сделал ещё что-то, что вгонит меня в краску. И в этот раз он меня не нагоняет.
Глава 11
Глава 5
Катя
Когда я спускаюсь в бассейн, сразу слышу голос Юли и её громкий смех, который вызывает во мне раздражение. Я прохожу к свободному шезлонгу, не глядя ни на кого. Снимаю одежду и аккуратной стопкой складываю под полотенцем. За спиной слышу тихий свист. Оборачиваюсь и вижу, что на меня направлены взгляды половины класса.
— Офигеть, Катюха, если бы я знал, что такое богатство скрывается под одеждой, я бы давно к тебе подкатил, — выдаёт Денис, медленно скользя взглядом по моей фигуре, облачённой в слитный купальник.
— Ой, да на что там смотреть, Дэн? Груди нет, задница плоская. Она не жрёт ничего. Только книги свои читает. Про любоф-ф-ф-ь, — выкрикивает Юля. — Думаешь, она будет заинтересована в тебе больше, чем в своих книгах? Какой ты наивный.
— А ты, Юля, хочешь на каждом поскакать в этом помещении? — ледяной голос Игната отражается от стен. — Ты же ночная жрица любви. Знаешь, как правильно себя подать. Как изогнуться и взять.
Я с неверием смотрю на Чернышева, который неторопливым шагом заходит в помещение. Он в шортах, на плечи накинута серая кофта на молнии. Сейчас она открывает вид на крепкий торс и широкую грудную клетку.
— Игнат, что ты такое говоришь? — голос Юли меняется.
Становится ниже, мягче, как патока. И выражение лица стремительно меняется. Становится растерянным, испуганным, но она берёт себя в руки и натягивает на губы улыбку. Я смотрю на эти метаморфозы и поражаюсь. Поражаюсь тому, как можно было не замечать этого раньше. Как ещё вчера я не видела в ней этого. Как не понимала, что она просто пользуется мной.
Я смотрю на Чернышева, чей взгляд сейчас направлен на меня. Молодой человек окидывает меня взглядом с ног до головы. И его глаза будто… ласкают. Согревают. И дарят мне силы и поддержку.
Игнат медленно подходит к лежакам, кидает на один своё полотенце, а затем ложится на него, закинув руки за голову. Вся его поза нарочито расслаблена и ленива.
Я понимаю, что стояла тишина лишь в момент, когда Игнат отвечает на вопрос Юли, который повис в воздухе.
— Юля, правду всегда неприятно слышать. Особенно, когда ты старательно её скрываешь.
— И какую же правду я скрываю? — Юля поднимается и, виляя бёдрами, подходит к Чернышеву.
Склоняется над ним, пальцами проводит по его груди, обводит овал лица. Игнат резко перехватывает её руку за запястье и сжимает. И, если судить по тому, как она вскрикивает, делает это он с силой.
Я смотрю на Дашу, которая наблюдает за всем с интересом на лице. Хмурюсь, не понимая, почему девушка молчит. Я полагала, что они с Чернышевым встречаются.
— Чёрный, что на тебя нашло? Чего ты на Юльку взъелся? — подаёт голос Денис, пытаясь разрядить обстановку.
— Если ты прикоснёшься ко мне ещё раз, я сломаю тебе палец. И я не посмотрю на то, что ты девушка, — Игнат говорит тихо, но до меня доносится каждое его слово.
— И за что же?
— Меня блевать тянет от мысли, сколько пацанов обхватывали эти пальцы, — кривится Чернышев, брезгливым жестом отталкивая руку Юли.
— Да ты… Да ты… Я тебя сейчас, — девушка замахивается и собирается ударить Игната по лицу, но он ловко отворачивается.
— Правда всегда глаз колет, — Игнат пожимает плечами.
— А кто тебя теперь привлекает, Чернышев? — Юля нарочито повышает голос. — Книжные очкастые черви? Доска два соска?
Я смотрю в лицо Игната, на котором опасно сужаются глаза, а ноздри начинают трепетать. Я чувствую, что он в ярости.
— Знаешь, она ведь девственница. Невинная белая овечка, которая всё ждёт своего принца. Только, знаешь, Чернышев, на принца ты совсем не похож. Её папашка не одобрит тебя.
— Юля, выдохни.
Я поворачиваю голову к Марку, который выныривает из бассейна и откидывает волосы назад. Я задерживаю взгляд на его лице, впервые увидев молодого человека без очков. Удивительно, но Юля слушается. Она возвращается на своё место, не забыв кинуть на меня полный ненависти взгляд. Она ложится на свой лежак, вытягивается, закидывает руки за голову так, чтобы грудь соблазнительно приподнялась, прогибается в пояснице и одну ногу сгибает в колене.
Я перевожу взгляд на Игната. В глубине души я боюсь, что он будет смотреть на Юлю с интересом. Но взгляд Чернышева направлен на меня. И смотрит он на мою грудь, которая от холода напряглась. Я тихо ахаю и торопливо прикрываюсь руками. Игнат криво усмехается и отворачивается. Он скидывает кофту на лежак, следом отправляет свои шорты.
Я закусываю нижнюю губу и, затаив дыхание, наблюдаю за ним. Игнат проходит к бассейну, отталкивается и ныряет в воду. Он делает широкие гребки, рассекает воду. Я смотрю на красивую спину, на которой перекатываются мышцы. Боже мой. Перестать смотреть на него – что-то невыполнимое.
Его смуглая кожа приковывает взгляд. Вызывает покалывание в кончиках пальцев. Желание провести по ней руками, поймать каждую каплю.
Я настолько поглощена видом мощного тела молодого человека, что не замечаю, как ко мне приближается Юля. Девушка грубо толкает меня в плечо, из-за чего я слетаю с лежака на пол.
— Юля, ты с ума сошла? — я округляю глаза и смотрю на девушку снизу вверх.
— Ты мелкая потаскуха! Тварь! Какая же ты жалкая и омерзительная! Ты даже представить не можешь, как сложно было терпеть такую зануду рядом, — каждое слово она выплёвывает мне в лицо. — Я тебя просто ненавижу. Эти очки, — она выкидывает руку вперёд и сдёргивает с меня оправу, — всегда мечтала так сделать.
Юля швыряет мои очки в воду. Я ахаю, хочу подскочить, но как только я приподнимаюсь, девушка меня грубо толкает. В этот раз я падаю на спину, больно ударившись затылком.
— Юля! Это уже перебор! — слышу за спиной голос Даши.
— Закрой рот и отвернись, если что-то не нравится. Если ты не хочешь, чтобы твой секрет кто-то узнал.
Не имею понятия, что такого страшного о Даше знает Юля, но девушка замолкает и отворачивается. Я приподнимаюсь на локтях и смотрю на бывшую подругу, которая наступает на меня. Я медленно поднимаюсь на ноги, не выпуская её из поля зрения.
— Отойди от неё, Юля, — Марк подходит к нам и встаёт между мной и девушкой.
— А что ты мне сделаешь, задохлик? Ударишь?
— Да, спокойно, — Жиглов ведёт плечом и ухмыляется.
— Ударишь девушку? — Юля вскидывает подбородок.
— Девушек я не бью, а тварей лицемерных могу.
— А. Ну, раз так. Получай, — девушка размахивается и даёт Марку пощёчину.
Я тихо вскрикиваю и хватаю парня за руку. Выступаю вперёд и загораживаю собой единственного одноклассника, который вступился за меня, а не наблюдал за разыгравшимся представлением.
— Юля, выдохни, пожалуйста. И успокойся! — я выставляю руки вперёд.
— Ты вся такая хорошая, Катюша. Вся такая правильная, — кривит губы Юля. — В отличие от своего убийцы-папаши.
— Не смей трогать моего папу! — выкрикиваю, сжимая кулаки.
Я шагаю к ней, сокращаю между нами расстояние.
— Я не могу описать всё разочарование, которое ты вызываешь сейчас, Юля. И не могу описать словами ту боль, которую ты мне причиняешь. Я делилась с тобой всем самым сокровенным, я делилась с тобой всем. Ты была в моём доме, сидела за моим столом. Телефон, которым ты пользуешься, был куплен моим папой. Одежду, которую ты у меня забрала, была куплена моим папой. А ты смеешь так о нём говорить?
— Ты не видела, каким взглядом смотрит на меня твой папашка. Как он слюной захлёбывался, когда я сидела напротив него за столом. Он пожирал меня глазами. Раздевал.
— Юля, мне тебя очень жаль, — качаю головой и отворачиваюсь к Марку. — Спасибо тебе огромное за то, что ты защитил меня. Что не остался стоять в стороне.
