Кара, Изольда и Анита чуть поодаль внимательно следили за мною, готовые рисовать.
— Я подумала об изобразительном искусстве и поняла, что вы все к нему очень близки. Вы давно живёте во дворце, прониклись духом творчества, окружавшими вас повсюду картинами. Вот возьмём, к примеру, пейзажи.
Глаза девушек заинтересованно зажглись, а королева одобрительно улыбнулась. Но я хотела закончить свою мысль, не смотря ни на что.
— Их вы видите везде. И не только на полотнах. Но и в жизни, вокруг нас. Потому, не хотелось бы писать пейзаж прямо сейчас. Понимаете, художник — это порыв, это эмоции и чувства. Хочу показать вам свою душу. — Я говорила с надрывом, добавив взгляду лёгкого помешательства гения. — Мы должны прочувствовать каждый мазок. Давайте сотворим свой шедевр, не копируя творение Создателя.
Закончив на высокой эмоциональной ноте, под поражёнными взглядами присутствующих запустила пальцы в банку с синей краской и, набрав в горсть цвета, звучно шлёпнула им об холст, размазав лёгким движением руки.
Изольда тихо вскрикнула от увиденного. Остальные молчали в изумлении от происходящего. Я же начала нервничать от тишины и, чтобы поддержать свою затею, окунула другую руку в зеленый цвет, и провела пальцами несколько полосок по рисунку.
— Пишите ваши эмоции, это позволит вам освободить себя, — сообщила так уверенно, будто не замечала направленных на мою работу взглядов.
Королева шумно встала и отошла от своего мольберта, остальные повторили. Подойдя, Индира хмуро посмотрела на меня, затем на рисунок. Она задумчиво провела пальцем, не касаясь, по размазанному мною цвету, затем осторожно приподняла мою испачканную руку и рассмеялась.
— Как же это здорово, Риджина. Просто замечательная идея. Вижу, вам не чуждо современное искусство во всей его красе. Самовыражение, вот что характеризует женщину продвинутых взглядов, свободную от предрассудков.
Уловив одобрение в словах королевы, я согласно закивала.
— Ваше величество, как художник я восхищаюсь и вдохновляюсь душой человека, а не внешним выражением.
— Нечто подобное говорил Джовани, кажется, — с сомнением сказала Кара.
— О, это великий человек. Вы с ним знакомы?
Кара покачала головой, зато моё лицо посветлело.
— А я вот встречалась, правда мы не были представлены, но его талант меня побудил попробовать нечто подобное. В творчестве я и нашла себя. И всё-таки, леди, хотите попробовать? Это расслабляет, — сказала, имея в виду, что я бы смогла расслабиться, если бы они, наконец, принялись за рисование и перестали глазеть на меня.
Удивительно, но меня выручила Кара, обеспокоенная отсутствием подобных интересных знакомств, она поспешила приобщиться к искусству. Смачно зачерпнув краски, она вытерла руки об холст и неожиданно усмехнулась.
— Это приятно.
Остальные осторожно стали повторять. Девушки поначалу боялись опустить свои ухоженные белые руки, не знавшие тяжёлой работы, в сложно отмывающуюся краску. Затем медленно, словно считая, что белое полотно их укорит, из-за того как они распорядились его пространством, оставляли цветные следы. От промедлений, капли краски успевали попасть на дорогие платья, неизбежно портя их. Но уже после второго пятна, утончённые леди забывали о своём внешнем виде и увлечённо творили.
Я для виду сделала ещё пару мазков и, громогласно обозвав свою картину «Пением в саду», медленно пошла по залу, обходя каждую ученицу. Девушки восторженно замирали и смущённо опускали взгляды, боясь, что их творчество может разочаровать меня как профессионала. Я же едва сдерживалась, чтобы не смеяться над заляпанными лицами фрейлин сосредоточенно пачкающих полотна, мольберты и ковры. Остановившись возле королевы, хмыкнула.
— Ваше величество, в этой работе я вижу богатый внутренний мир творца. Размышления, на тему жизни человека среди людей и самого по себе, одинокого по своей сути. Прекрасная композиция, сочетающиеся цвета, мне очень нравится.
Королева благодарно улыбнулась, её молодое лицо, ещё не тронутое морщинками, стало совсем детским и счастливым.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ты права Риджина. Я пыталась рассказать, что чувствую, и вижу, ты меня понимаешь.
Я сделала реверанс, подтверждая своё уважение.
Когда все закончили свои работы, зал был грязнее мастерской Рика, в которой он писал не один год. Разлитая краска и банки валялись повсюду, а брызги каким-то образом добрались до стен. Комната стала совместным шедевром современного искусства. И всё-таки своего я добилась. Королева, довольная своей картиной, распорядилась перенести её после в галерею, а фрейлины просто радовались хорошо проведённому времени.
Меня отпустили только после обеда, на котором пришлось снова выслушивать рассказы каждой о своей картине. Интереса я не испытывала, но приходилось всё комментировать и выказывать своё непритворное восхищение.
Оказавшись в своём кабинете, надеялась отдохнуть, но обнаружила на столе, оставленную с вечера кучу списков. Работу нужно было завершить как можно скорее, а возможность оправданных хождений по замку была весьма кстати. Но первым делом, нашарила на столе чистый лист и написала короткую записку Дэну, договариваясь о встрече. Я подумывала, как её передать, а потом, решив не нагнетать таинственности, привлёкшей лишнего внимания в охраняемом дворце, воспользовалась гонцом. То-то Дэн удивится, увидев от меня такого посыльного. А вот назначение очередного романтического свидания для приятеля будет не впервые. Самый прекрасный способ скрыть свои встречи, это выставить их напоказ.
Взяв одну из отсортированных стопок бумаг, содержавших перечень предметов из западного крыла, я вызвала предоставленного в моё распоряжение слугу. Молодой парнишка лет четырнадцати бросал любопытные взгляды на мои бумаги.
— Ты умеешь читать? — спросила, заметив его интерес.
— Конечно, миледи. Необразованных на работу не берут! — Гордо выпятил грудь мальчик.
Я кивнула, про себя подумав, как сильно он ошибается. Ещё раз, бегло просмотрев список непонятных мне статуэток, уверено зашагала по коридорам. Сегодня я не случайно выбрала эту часть замка, после того, как узнала, что именно здесь располагается кабинет лорда-дознавателя. Раздумывая, насколько нагло будет завалиться к нему с инвентаризацией и яро искать скрываемые скульптуры, дошла до места назначения.
Мальчик, представившийся Сэмом, усердно тащил за мной папки со списками. Я попросила подать первую. Вчера мне удалось, сверяясь с картой замка, выпрошенной у управляющего, разложить документы не только по его частям, этажам, но и по порядку, чтобы по ходу не искать в куче бумаг нужную.
Я сверилась с записями, сразу сделав несколько пометок, заметив висящие на стенах гобелены. Названия сопоставлялись мною весьма относительно, руководствуясь логикой и интуицией. Причём на долю второй выпадало больше. Найдя в конце коридора, завершающегося полукруглой комнатой, нечто похожее на фонтан, остановилась, рассматривая скульптуру.
— Итак, Сэм, что это у нас?
— Здесь указано «Девушка в беседке», миледи, — сосредоточенно листая, сообщил парень.
Я ещё раз неуверенно посмотрела на фонтан.
— Девушку с натяжкой вижу, — рассматривая скульптуру тучной низкорослой женщины с грубо вырезанным лицом, заключила я. — Но где же беседка?
В поисках нужного предмета обошла статую, снова пригляделась к основанию, но ничего похожего не обнаружила.
— Сэм, там есть что-нибудь ещё на тему девушек, скульптур и фонтанов?
Слуга быстро просмотрел весь список и покачал головой.
— Вот, только «Крестьянка с конём», но это судя по всему мозаика.
— Отлично, тогда вычёркивай беседку, сделаем скидку на абстрактное мышление скульптора. — Я прошлась вдоль стен, рассматривая узоры, но посчитав их неотъемлемой частью замка, не стала уделять много внимания.
Двери кабинета неподалёку открылись, и из него вышел Алистер Гранд. Лорд выглядел хмурым и чем-то обеспокоенным. Заметив его первой, я спешно придала себе занятый вид и уставилась на уже отмеченный фонтан.
