Читаем без скачивания Игрушки Анкалимы - Александр Иванов

Орки одновременно, втроем проникали в бедную девушку, которая совершенно не сопротивлялась насилию. Почему, я поняла сразу. Рабский ошейник полного подчинения чёрной полосой охватывал её шею, и самое страшное, что она всё осознаёт, но ничего не может сделать. Лучше смерть, чем такие мучения. Ведь обычный рабский ошейник подчинения даёт шанс пойти против хозяина ценой мучительной смерти, а вот такой полностью подавляет личность, и ты становишься безвольной куклой, готовой ради хозяина на всё. Но всё же шанс ещё был: ошейник вступал в полную силу от пяти до десяти дней, а до этого если воля не сломлена, то есть шанс умереть. Да, умереть, и очень жестокой смертью, но на такой поступок решаются очень немногие. Не уверена, что и сама смогу решиться пойти на такие мучения. О, Древо! За что?!

– Глотай всё, длинноухая шлюха! Кому сказал! – раздался противный голос, который я сразу же узнала. Шаман орков!

Перевела взгляд в сторону голоса и увидела его. Он азартно, с безумной клыкастой улыбкой на своей уродливой морде заканчивал насиловать стоящую перед ним на коленях вторую фрейлину. Меня внезапно затошнило, но я через силу подавила рвотные позывы и попыталась сесть. Мне тут же помогли Иримэ и Риниэль, которая также оказалась рядом. Посмотрела на них, и так тоскливо стало! Обе, как, впрочем, и я, оказались раздеты, и рабские ошейники полного подчинения на всех. Риниэль грустно улыбнулась и шёпотом, можно сказать, лишь губами сказала, что не позволит мне подвергнуться насилию. Через силу кивнула ей, давая разрешение на такой поступок, зная, что ожидает мою подругу после него. Но это был её выбор и последний долг передо мной как её госпожой. Отличный выход из данной ситуации, как для меня, так и для неё. Риниэль в плену у орков как воительницу ожидала более ужасная смерть через долгие пытки, чем если бы смерть от наказания духа ошейника.

Иримэ, видя, что предложила Риниэль, также кивнула, чем сделала и свой выбор. Пока ошейник не подавил полностью личность носителя, Риниэль и Иримэ, являясь магами, могут успеть лишить меня позора насилия, но потом они и сами умрут. Хотя умирать совсем не хотелось, да и девушек было очень жалко, но роль плотской игрушки хуже смерти.

В покои вошли ещё пятеро орков и, безразлично окинув сцену насилия, подошли к нам. Почувствовала, как напряглись мои подруги по несчастью, но орки лишь соединили наши ошейники магической цепочкой, пинками заставив нас встать. Под пошлые шутки нас погнали прочь из покоев.

Мой, уже бывший, приёмный зал был завален множеством трупов, как орков, так и эльфов. Среди них заметила своего друга. Анарендил лежал с неестественно вывернутой головой среди множества трупов врагов и безразлично смотрел в потолок своими синими глазами. Сердце защемило, но я удержала готовую появиться слезу. Даст Древо, и мы отомстим этим зелёным. Жаль, что тогда я буду уже мертва. Иримэ и Риниэль обещали, и я им верю. Главное, пока не спешить.

Кругом во дворце лежали мёртвые орки и мои сородичи, попадались и люди-рабы. Видно, те, что не успели спрятаться, так как другие рабы уже таскали куда-то трупы.

Нас привели в тронный зал, где я с удивлением увидела множество вооружённых эльфов. Осмотрелась и поняла – это предатели из стражи, а на троне лорда Рощи сидел довольный Халлон и о чём-то говорил с громадным орком. Тот стоял, облокотившись на трон, и вежливо наклонил голову, украшенную волчьим черепом.

Нас втолкнули в толпу таких же пленных, как и мы. Сразу заметила своего мужа и трёх других его жён. Он кивнул мне, а жёны сделали вид, что меня не знают. Они всегда так делали, хотя и знали, что я в жёны Полдону не набивалась. Так получилось. Подходить не стала, осталась рядом с Риниэль и Иримэ, на краю толпы пленных.

Один из приведших нас орков подошёл к возвышению трона и что-то прорычал на своём языке. Орк в волчьем черепе ему кивнул и заговорил с Халлоном. Тот его выслушал и встал. В зале сразу наступила тишина.

Халлон обвёл пленных взглядом и презрительно улыбнулся. Нас здесь оказалось не так и много. Неосознанно пересчитала всех. Пятнадцать – трое мужчин и двенадцать женщин (девушек).

Полдон и три его жены вышли вперёд, мне пришлось встать рядом. Риниэль и Иримэ пристроились за мной.

Я ожидала, что Халлон сейчас толкнёт речь, какой он умный и дальновидный, но ошиблась. Сказать более, растерялась после его слов.

– Я, новый лорд Белой Рощи, предлагаю одному из вас пятерых, – указал на нас, стоящих впереди, – стать моей игрушкой!

Не успел он закончить, как Полдон уже упал у его ног на колени и склонил голову до пола:

– Я хочу стать твоей игрушкой, повелитель!

Все были поражены, даже Халлон, лишь орки безразлично смотрели на всё.

– Вот мразь, – прошипела за моей спиной Риниэль.

Халлон ехидно улыбнулся и пристегнул к ошейнику новой игрушки золотую магическую цепочку.

– Отныне твоё имя будет Куэ.

– А подходит, – злорадно опять прошептала Риниэль. – Быть ему теперь голубкой до самой смерти.

– Остальных убить!

И это, после такого предложения, ожидаемое решение. Халлон решил действовать согласно древней традиции, где после выбора игрушки из пленных остальных убивали.

Послышался звук натягиваемых луков. Вот и смерть. Я сделала шаг назад и взяла за руки Иримэ и Риниэль.

– Друг, лорд, подожди, – шагнул к Халлону орк в волчьей голове. – Ты можешь отдать мне вон тех троих? – Он указал на нас.

Этого только не хватало! Сжала сильнее руки Иримэ и Риниэль.

Орк, увидев недовольство предателя, самозванца-лорда, поспешил объяснить:

– Мой шаман говорит, что они ещё не знали мужчин, и это очень понравится моему Великому хану.

Самозванец задумался и дал согласие:

– Забирай, но сегодня же они должны покинуть Рощу или умрут.

– Благодарю, лорд. Их сегодня же увезут.

Риниэль сжала крепче мою ладонь. Раздалась команда, и нас шустро вывели во двор дворца, где уже ждал отряд из пяти орков. Жаль, умереть придётся не в Роще.

Бежать за конём пришлось до вечера. Орки не спешили, но я всё равно устала, хотя это скорее нервное, бежать в таком темпе могу очень долго.

Границу Рощи пересекли под вечер, но наши конвоиры остановились лишь в полных сумерках. Отцепив наши цепки от лук сёдел, нам дали воды и по лепёшке, затем устроили свой лагерь. За это время мы проглотили свои лепёшки. Никогда не была такой голодной. Мы хоть и выносливый народ, но целый день ничего не есть, а потом бежать за лошадьми… Если так и дальше будет, то вряд ли мы долго протянем, и Риниэль не нужно будет выполнять своё обещание.

– Вы ложитесь отдыхать, а я посторожу.

Но Риниэль не пришлось сторожить наш сон. Опять подошёл орк, бросил нам шерстяное одеяло, и, когда мы улеглись, прижавшись друг к другу, он просто вырубил нас амулетом.

…Бежали уже третий день. Вчера уже по Диким землям. День начинался с лепёшки и воды, после бег, и вечером снова лепёшка и вода. Стала немного чувствовать магию, и это было плохо. Выходило, ещё два-три дня – и я потеряю свою личность. Знала, что то же происходит и с моими подругами. Во время вечерней трапезы Риниэль спросила Иримэ, действительно та за свою жизнь ни с кем не была? Это был очень нескромный вопрос, но теперь нам уже не до приличий. Та лишь смущённо ответила, что ни с кем. Я была удивлена: а как же её флирт, загадочные взгляды с придворными красавчиками, слухи? Это и спросила.

– Игра. Просто игра.

Её ответ нас поразил, но развивать тему никто не стал.

А на четвёртый день мы решили вечером умереть, и это был наилучший выход в данной ситуации, так как если промедлить, то Риниэль уже не сможет меня убить. Она уже чувствовала, что скоро не сможет сопротивляться магическому влиянию ошейника, а значит, не сможет причинить вред имуществу хозяина.

К обеду наша тропинка вдруг вышла на старую дорогу древних. Наши рейды, согласно традиции, так далеко не проходили, и обнаруженная дорога меня сильно удивила. Двигались мы по ней недолго и за очередным поворотом подошли к полуразрушенному мосту, где я увидела небольшой лагерь орков. Он состоял из одного затасканного грязного шатра и убогого шалаша.

Когда подошли ближе, увидела, как возле шалаша зелёный орк с гребнем на голове насиловал молоденького эльфа, совсем мальчика. В груди вспыхнула ярость, но терпеть заставил сжавший шею ошейник. Подавила в себе гнев и обратила внимание, что к нам подошёл орк в кожаной броне и заговорил с командиром. Они говорили на странном оркском диалекте, но понять их смогла.

– Привет, бездельники! Вижу, развлекаемся с ушастыми, а как же служба? – обратился к подошедшему орку и скаля зубы командир нашего конвоя, спрыгнув с коня. Тот лишь отмахнулся. – Что случилось, Грых? – удивился такому приёму командир.