Слушая сентенции немецкого разведчика, Карриган раздумывал, что с ним делать. Перебежка Рэма не входила в его планы, было бы гораздо полезнее просто получать от него информацию из стана немцев. Но Рэм решил сбежать от своих хозяев. Теперь у Карригана появилась головная боль, что делать с ним, с этим уже отработанным и, по сути, не нужным материалом? То, что он знает, почти на сто процентов сейчас не нужно Лондону. А Рэм, определенно, захочет деньги, чистые новые документы и переброску в некую нейтральную страну. В условиях мировой войны это сопряжено с массой трудностей и большими затратами. Его определенно ищут немцы и русские, а может и еще кто. Долго держать его на нашей квартире нельзя. Если узнают русские, скандал будет грандиозный и последствия для самого Карригана могут быть весьма печальные. Уж точно спокойной отставки не получится. Необходимо принимать быстрое решение… Рэм – опытный разведчик, и он наверняка каким-то образом подстраховался. Он также догадывается, что разговор будет записан… А что, если попытаться его использовать? Чем черт не шутит?..
– Что вы скажете, Джулиан? – закончив свои рассуждения, весело спросил Рэм.
Карриган отпил из своего стакана, улыбнулся, взглянул на собеседника и вымолвил:
– Все это очень интересно, Отто. Я смотрю, вы полны сил и энергии. А вы, Отто, не хотите послужить Соединенному королевству?
– Послужить английской королеве! – пафосно и весело вымолвил Рэм. – О! Это очень почетно и, разумеется, в высшей степени престижно. Кто не хочет получить рыцарское звание и именоваться сэром! Спасибо за лестное предложение, – сделал глоток из своего стакана, вмиг стал серьезным. – Буду честен перед вами, Джулиан, я чертовски устал, и здоровье у меня далеко не молодецкое. И вообще, я не для того сбежал от своих хозяев, чтобы служить новым хозяевам.
Карриган глубоко задумался.
– Не переживайте сильно, уважаемый Джулиан, – продолжал уже весело Рэм. – У меня есть отменное местечко в Южной Америке, есть и друзья, – замолчал на секунду. – Предлагаю следующий взаимовыгодный вариант. Вы оформляете мне документы и отправляете по дипломатическим каналам, скажем, в Бангкок. Все остальное я сделаю сам, заверяю, достойная благодарность вам обеспечена.
Опытный разведчик Карриган все понял, что было сказано, и… что было не сказано. В этот же день он отправил депешу в Лондон…
* * *
Капитан Чивава вместе с Сергеевым направились к нему на квартиру.
Машина резко затормозила и вывела из полусонного состояния Ермолая.
«Получается, – подумал невесело, – что с начала операции я нахожусь под постоянным присмотром».
Дома он принял душ, переоделся.
– Напиши записку для родственников, что уезжаешь в командировку, – посоветовал капитан.
Ермолай не стал объяснять, что мама, его единственный родственник, вернется домой, очевидно, не скоро. Он просто быстро написал записку и положил ее на стол. Взгляд упал на книжную полку. Ермолай прошел к полке, взял лежащий сверху атлас. Открыл его и проследил по карте предстоящий путь до Урала: Ленинград, далее огромные просторы Ленинградской области, Вологодской, Костромской, Кировской, Удмуртия, Пермская область и, наконец, Свердловская.
Он сходил к соседям, пожилой семейной паре Куликовых, и сообщил, что уезжает в командировку. После этого взял с собой некоторые вещи, окинул взглядом комнату, грустно подумал:
«Как скоро теперь я буду здесь, в этом родном месте…».
Они с капитаном покинули квартиру.
Спускаясь по лестнице, Чивава вымолвил:
– Ты, Ермолай, будь поосторожнее с мадам Ципок. Она еще та коварная птичка. Кстати, она любовница комиссара Иванова.
Это известие буквально ошеломило Сергеева:
«Ципок – любовница генерала Иванова?!».
– И поскольку имеет доступ к телу большого начальника, – продолжал капитан, – то может элементарно заложить за любую мелочь. И тогда можно загреметь не на Урал, а гораздо дальше, в лютую Сибирь, но уже в кандалах и на большой срок.
Эти слова Ермолай уже не слышал.
– Ты понял меня? – спросил капитан.
– Да-да, спасибо за предупреждение, – не своим голосом поспешно выдавил Ермолай и, дабы не высвечивать свою взволнованность, спросил. – Мы когда покидаем город?
– Точно неясно: то ли сегодня ночью, то ли завтра, – бросил капитан. – С приходом Мхитаряна началась возня и грызня, Ципок определила один порядок, госбезопасник внес свои коррективы. В этой ситуации главное не стать козлом отпущения. Думай, брат, о себе.
Ермолай думал, но думал в основном о Ципок…
* * *
Ленинградское управление НКВД…
Комиссар милиции Иванов из нескольких источников получал информацию о ходе операция «Элегия». Один из них сообщил, что капитан Ципок переспала с банковским хранителем Сергеевым. Конечно, Ципок была не первой и наверняка не последней любовницей генерала. Тем не менее, самолюбие его было неприятно задето, если не сказать ущемлено.
Генерал пригласил к себе Ципок и, во избежание кривотолков, майора Мхитаряна…
– Доложите, товарищи офицеры, о ходе операции «Элегия», – строго вымолвил комиссар милиции.
Майор Мхитарян в сжатой форме доложил свое видение. Также кратко и осторожно высказалась и Ципок.
– Так-так, – недовольно изрек хозяин кабинета. В кабинете повисло напряжение.
– Я вот подумал, может, не стоит брать в дорогу этого хранителя Сергеева, – строго вымолвил комиссар. – Он свое дело сделал, а в пути он будет балластом, да и внимание ненужное к себе будет привлекать. Как вы думаете, товарищи офицеры?
Майор и капитан озадаченно переглянулись.
– Дорога предстоит длинная и всякое может случиться, – ответил майор. – Я уверен, банковский специалист должен быть в составе. Да и при сдаче груза на конечной станции всякое может быть.
– Я также уверена, что банковский сотрудник должен быть, – строго отрезала Ципок.
– Возможно, – согласившись с доводами, тихо выдавил комиссар. – В принципе, Сергеев закончит погрузку, а в дорогу можно взять и другого банковского работника.
Конец ознакомительного фрагмента.
