в лежанку. Чтобы дух покойного фараона не стремился вернуться в мир живых, крышку закрыли. Сверху жрецы положили Черную Красавицу. Кошка так неистово кричала и истерила по поводу переезда в загробный мир, что старшему жрецу пришлось напоить ее специальным успокаивающим снадобьем. После одной кружки ей были гарантированы сутки безмятежного сна. Последний раз взглянув на очередного почившего повелителя, жрецы спешно покинули пирамиду и замуровали вход.
На следующий день Черная Красавица очнулась в полной темноте. К счастью для нее, она прекрасно видела и ночью. Кошка сразу поняла, что эти ироды жрецы все-таки замуровали ее вместе с идиотом Пушком. Первые сутки она не паниковала. Неферпусси изучала пирамиду в поисках лазейки. Лазейки не нашлось. Красавица нашла в дальней комнате колодец. Но это ее не спасло. Вислоухие, как обычно, не доработали, поэтому вода приказала долго жить. На второй день Черная Красавица нервно измерила шагами каждый сантиметр треугольной ловушки. А потом ощущение времени ушло, оставив зазнобу Пушка наедине с паникой и клаустрофобией. Кошка задыхалась от духоты. За глоток воды она готова была перебить все население Мургипта. И, наконец, на шестой день Черная Красавица потеряла рассудок. В какой-то момент, уже ни капельки не похожая на себя прежнюю, Неферпусси запрыгнула на криогенную камеру и стала безумно колотить лапами по крышке. Выпущенные когти вслепую вышибли на таймере цифру «1000 лет». Криогенная заморозка заработала, и Имхокотус Одиннадцатый использовал свой ШАНС. Не заметившая этого Черная Красавица закрыла глаза и ушла в загробное царство.
Жизнь 4
Враги
1
Гробница бесславного Имхокотуса Одиннадцатого простояла нетронутой долгих девятьсот девяносто девять лет. Мургиптяне уже напрочь забыли, кто такой есть-был этот фараон, а пирамида все стояла, маня редких путников забетонированным входом. Но вот однажды в замученный упадком Мургипет ненароком заплыл корабль из процветающих Котафин. Пока капитан решал с нынешним правителем рутинные вопросы по поводу провизии, рядовые коты-моряки отправились на экскурсию по пыльным окрестностям. Занесла их нелегкая и в Красную землю. Славящиеся своим любопытством котафиняне, разумеется, не смогли пройти мимо пирамиды. Пара часов добросовестной работы со всеми подручными инструментами, и моряки попали внутрь. Древний кошачий скелет не произвел на иностранцев никакого впечатления. Зато серебряный саркофаг, на котором одиноко лежали косточки, был единогласно признан лучшим мургипетским сувениром и без лишних угрызений совести доставлен на корабль. Вскоре капитан вернулся от фараона с необходимым провиантом, и судно отчалило на родину.
Ближе к концу пути один из моряков между делом вспомнил слова мургиптян о проклятии, которое якобы ждет любого, кто разграбит гробницу фараона. В тот же день окутанный туманом корабль чуть не налетел на непонятно откуда взявшийся айсберг. Вся команда единогласно признала едва не состоявшееся братание с тонной вечной мерзлоты совпадением, и борт отправился дальше. Но вскоре судно наткнулось на куда более опасных мореплавателей. Враждебные коты бесцеремонно выбросили котафинян в воду, а сами на новоприобретенном корабле уплыли восвояси.
Едва капитан и команда приготовились идти ко дну, до них доплыл тот самый недавний айсберг. Ледяная глыба таяла с каждой минутой, но была настолько огромной, что ее остатки легко могли добраться до берегов Котафин. Без лишних споров коты ринулись спасать свои шкуры. Несмотря на упитанность, граничащую с ожирением, моряки успешно впивались когтями в лед и, кряхтя, подтягивались. Наконец на вершине льдины приютилась вся команда. Отбросив все суеверия про проклятия, коты смотрели вдаль. Через несколько дней они должны были оказаться дома.
Сперва моряки не придали особого значения тому факту, что в самом центре их нового плавательного средства виднеется нечто. Но чем больше таял айсберг, тем сложнее было игнорировать ЭТО. Благодаря жарким солнечным лучам и теплу от кошачьих тел расстояние до пятна стремительно сокращалось. Когда же на горизонте замаячила родная земля, сомнений не осталось. В сердцевине огромной льдины путешествовал… вмерзший кот! У моряков только и разговоров было о том, как он туда попал и сколько вообще ему может быть лет. Капитан и старпом между тем обсуждали более насущные вопросы.
– Эти физкультурники-неудачники из Цап-Царапты совсем стыд потеряли. Где же это видано, похищать котафинский корабль! – негодовал капитан.
– И не говорите, Колобродий, – кивал старпом, поглаживая свой выпирающий живот. – Воспользовались, что мы без оратора плыли.
Корабельное руководство хотело продолжить перемывать кости котам-физкультурникам, но гул команды, раздавшийся за спиной, заставил повременить с праведным гневом. Из-за жары айсберг хорошенько подтаял, и вмерзший кот оказался уже не вмерзшим, а очень даже подтаявшим. Матросы с опаской пихали распластавшееся тело лапами, но оно даже не думало подавать признаков жизни.
В это время с айсбергом поравнялось судно. Еще один корабль дальнего плавания возвращался в Котафины. Моряки-земляки сочувственно смотрели на Колобродия и его команду. Со всех сторон посыпались вопросы:
– Что с вами случилось?
– Баранины хотите?
– Где корабль?
– Что за обморочный кот у вас валяется?
– А барашка-то будете?
Капитан Колобродий, не отвечая, перепрыгнул на корабль, подошел к ближайшему юнге, взял баранью ногу и в два присеста обглодал. Лишь после этого он заговорил:
– Сколько раз я просил, чтобы нас не отправляли в плавание без оратора? Сколько? Но не-е-е-ет! Приспичило затеять торговлю оливками во время фестиваля по слововрачеванию, когда все ораторы в отгулах ходят. И, естественно, по закону подлости на нас напали цараптанцы! Что тут скажешь: ни я, ни мои моряки не смогли совладать с этими распоясавшимися физкультурниками. Аргументация подвела. И вы еще спрашиваете у меня, что случилось?! А сами не догадываетесь? Отобрали у нас корабль, и команду едва не утопили…
Коты на корабле с сочувствием смотрели на Колобродия.
– Когда же соседи дадут нам жить спокойно? – раздался возглас в толпе моряков.
– Чтобы мы могли без хлопот поглощать плоды этого мира, – добавил, чавкая, второй.
– Пора им уже понять, что будущее за интеллектом Котафин! – выкрикнул третий.
– А не за грубой физической силой Цап-Царапты! – согласился четвертый.
– Предлагаю в очередной раз поднять вопрос о зарвавшейся Цап-Царапте на сегодняшнем дворовом собрании! Мы как раз успеем доплыть к его началу, – резюмировал Колобродий.
Все терпящие бедствие котафиняне перебрались с айсберга на корабль.
– Капитан Колобродий, а как же оттаявший кот? Что с ним делать будем? – поинтересовался у начальника старпом.
– Пусть остается на айсберге, – отмахнулся Колобродий. – Он явно уже не жилец.
Будто протестуя против слов капитана, «не жилец» закашлялся и стал жадно-жадно глотать воздух.
– А ну, ребятки, переправьте-ка этого бедолагу на палубу! – тут же изменил решение Колобродий…
2
«Вставай-вставай, Ученый Кот.
