Его собеседник, стоявший около массивного стола, вздохнул и покачал головой:
— Но вы же не хотите, чтобы эта свора искала одного из своих парней, подняла шум, вынюхивала, шла по следу?
— Рик Медина работал на ЦРУ, надеюсь, ты не забыл об этом. А ему не позволено действовать в пределах страны! Это же четкое, простое правило!
Второй мужчина еле заметно усмехнулся. Кто в наше время соблюдает правила? Нет, конечно, официально их не нарушают или нарушают таким образом, чтобы не попасться.
— Они все равно начали бы поиски Медины. Что тут противозаконного? Человек пропал, его ищут. К тому же Рик Медина не являлся штатным сотрудником ЦРУ, время от времени выполнял отдельные поручения, поэтому считается, что он работал не на управление, а на самого себя. Наоборот, мы, зная, что парни из ЦРУ обязательно будут разыскивать его, и подсунули им тело. Пусть ищут. Кстати, вы говорили, что Рик Медина — профессионал высочайшего класса…
— Говорил, ну и что?
— Насколько мне известно, у него были неприятности с сыном. Похоже, они не очень ладили. Думаю, что сын не будет совать нос в расследование, во-первых, чтобы не светиться, а во-вторых, не очень-то ему это и нужно.
Мужчина в кресле удивленно поднял брови, а потом нахмурился.
— Я ничего об этом не знаю, — недовольно пробурчал он. — Говоришь, неприятности между отцом и сыном?
Он взглянул на фотографию в золоченой рамке, стоявшую на письменном столе, и на его лице появилось выражение умиления. Его семья, любимая, драгоценная семья. Самое главное, самое важное, что было и остается в его жизни. Он с детства мечтал о том, чтобы заслужить уважение своей семьи, главное, отца. Дать понять отцу, что он многого достиг в жизни и что отец может и должен им гордиться. Это был стержень, на котором крепилась его жизнь, цель, ради которой он работал, к которой стремился. Нет, он решительно не одобрял молодого Медину, у которого были проблемы с отцом!
— Об этом мало кому известно, — сказал второй собеседник. — Вот почему, когда до меня дошли кое-какие слухи, я обставил дело так, будто Медину убили во время ограбления.
— Ты знаешь, где он живет, как выглядит? — спросил хозяин кабинета.
— Нет. Во-первых, у меня не было с ним контактов, а во-вторых, даже если бы они и были, мой интерес мог стоить мне жизни. — Он немного помолчал, а потом добавил:
— В общем, не волнуйтесь, дело сделано, и сделано четко. За качество я отвечаю.
Хозяин кабинета с сомнением покачал головой.
— Нет, правда, вам не о чем волноваться! — заверил его собеседник. — Забудьте о Медине, как будто его никогда и не было!
— Ты так уверен в качестве работы? А вдруг ты со своими парнями совершил какую-нибудь оплошность?
— Что вы имеете в виду?
— Ну… наследили или еще что-либо.
— Мы работали в перчатках, разумеется! Потом избавились от оружия, сожгли одежду. Никто не свяжет нас с убийством Медины, уверяю вас!
Хозяин кабинета недоверчиво взглянул на гостя:
— Ну, не знаю, не знаю…
— Если вы не доверяете мне и моим парням, надо было обратиться к кому-нибудь еще! — В голосе собеседника прозвучали обида и раздражение.
— Ладно, ладно, перестань! Я доверяю тебе. К тому же… понимаю, что никому, кроме Медины, не удалось бы подобраться к этому проходимцу Витлоу. Только Медина мог загнать его в ловушку и уничтожить.
В душе хозяину кабинета было даже жаль, что Медину пришлось убрать. Медина был профессионал высочайшего класса, причем во всех отношениях. Его мастерство, выдержка и хладнокровие еще могли бы пригодиться. Кто знает, как сложится дальнейшая жизнь? Какие препятствия возникнут на его трудном пути? Плохо еще и то, что, как выяснилось, у Медины есть сын. Как он отреагирует на смерть отца? Нет, все-таки было бы лучше не демонстративно оставлять тело в машине, а уничтожить все документы, все улики, свидетельствующие о том, что убитым был именно Рик Медина.
Хозяин кабинета до сих пор не верил в то, что ему удалось уговорить Рика выполнить его заказ. Этот человек никогда не занимался подобными вещами. То есть наверняка занимался, но не за деньги, а из каких-то своих соображений. Совершить заказное убийство — нет, Медина считал подобную работу для себя унизительной. Хозяину кабинета пришлось долго придумывать неопровержимые аргументы, способные убедить Рика Медину принять его предложение. Да, он сочинил блестящую историю, со множеством деталей и подробностей. Медина клюнул, согласился и устранил этого полоумного мерзавца Витлоу.
Разумеется, Рик и не подозревал, что, убив Витлоу, он сам мгновенно превратится в живую мишень. Увы, в чем-то он оказался неискушенным и наивным. Расправившись с Витлоу, он стал для хозяина кабинета, что называется, «отработанным материалом», одним из болтающихся кончиков спутанной веревки. Если его не обрезать — веревка запутается еще больше.
Хозяин кабинета поднялся с кресла, вышел из-за стола и направился к большому, от пола до потолка, окну, выходящему на красивую, аккуратно подстриженную лужайку. Ему начинал надоедать посетитель и весь их разговор в целом. Дело сделано, пора заканчивать аудиенцию. Хозяин кабинета вообще уставал от посетителей, визитеров, просителей и гостей, которых в силу своей работы принимал каждый день в большом количестве.
— А что насчет твоих парней? — вдруг спросил он. Опять эти болтающиеся куски веревки, торчащие из клубка. Снова «отработанный материал»?
— Я ручаюсь за них, — коротко бросил его собеседник. — Они хорошо справились со своей работой, даже не подозревая, кого убрали с дороги. Они ничего не знают, а потому не опасны.
— Ладно, — вздохнул хозяин кабинета. Он устал от долгого напряженного разговора, но оставался невыясненным еще один вопрос, пожалуй, самый главный и важный:
— А что с бумагами и тетрадью?
Посетитель беспомощно развел руками.
— Ничего, — тихо ответил он. — К сожалению, пока ничего.
— Черт подери! — злобно прошипел хозяин кабинета. — Где же их хранил он, этот сумасшедший Декстер Витлоу? Они мне нужны, слышишь?
Его собеседник понимающе кивнул.
Куда же действительно запропастилась проклятая тетрадь? Пока она не будет найдена, хозяин кабинета не сможет чувствовать себя в полной безопасности, ведь устранение Витлоу — не самоцель, оно лишь одно звено в цепи.
Если рассуждать логично, то существование тетради представляло угрозу не только для него, но и для самого Витлоу. Записи, сделанные в ней, свидетельствовали и против хозяина кабинета, и против владельца тетради. Желание Витлоу понятно: угрожать оглаской, шантажировать, требовать денег, нагонять страху… Но в таком случае он и сам предстает в нелестном виде.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
