Ох, девчонка была сильной.
Она уперла руку в бок и склонила голову.
— Прости, ты что-то говорил?
Он пытался говорить, но мог лишь хрипеть.
— Так я и думала. Сиди там, Неблагой, и дай женщине выполнить тяжелую работу. Скажи «да».
— Да, мэм, — выдавил он, все еще тяжело дыша.
— О, мне нравится, как это звучит.
Она пошла прочь, хотя ей пришлось пару раз замереть, чтобы поправить его штаны. Он чуть не предложил пояс из своей сумки, но знал, что она оттолкнет его на землю.
Эта ведьмочка притягивала его больше любой фейри. И дело было не в отсутствии ее лица или ее «сияющей» личности, а во внутренней силе. Она была из стали и уксуса, и это как-то его дико привлекало.
Она крикнула у воды.
— Ты еще предлагаешь птицу?
— Поздно, — он скрестил руки за головой и расслабился на земле. — Ты меня оскорбила. Сама ищи птицу.
Возмущения под нос донеслись до его ушей. Бран улыбнулся и закрыл глаза. Если она хотела все сделать, пускай. Она признается вскоре в своем интересе. Он был уверен.
* * *
Айслинг закончила круг рун с размахом, который не требовался, но радовал. Если Неблагой думал, что она не могла исполнять магию не хуже фейри, она покажет ему, на что была способна ведьма. И это было ее лучшее заклинание.
Круг рун был на земле у ручья. Было опасно ставить его там, но так портал продержится открытым дольше. Ручья прогоняли магию, защитят ее заклинание от других.
Она отряхнула руки о штаны Неблагого и кивнула.
— Сойдет.
Лоркан вытянул лапы на земле, выгнул спину.
— Готово?
— Готово. Пополам нас не разрежет.
Неблагой пошевелился в тени.
— А была такая возможность?
— С порталом бывает всякое. Если они закрываются рано, — она шлепнула ладонями, — то разрезают.
— Ты пытаешься запугать?
Она приподняла бровь.
— А ты запуган?
Он сел и провел ладонью по волосам. Одна сторона очаровательно торчала во все стороны. Другая потемнела из-за отрастающих перьев.
Она хотела коснуться его. Она сжала кулак, говоря себе, что никогда так не сделает. Касаться его нельзя было. Не важно, что малейшее прикосновение его пальцев вызывало слабость в ее коленях. Она не могла дать ему знать, что он проник в ее мысли.
Хотя он мог уже знать. Ее щеки стали горячими, она вспомнила, как он хрипло спросил, краснела ли она.
Он не имел права вызывать у нее такие чувства. Он не должен был лезть туда.
Айслинг недовольно выдохнула и повернулась.
— Лоркан, принес рябчика?
— Фазана.
— Близко, — она протянула руку. — Давай.
Он не вложил птицу в ее руку, как она ожидала, а опустил у ног, морща нос, и отошел к Неблагому.
— Ты ведешь себя нагло.
— Я пытаюсь сосредоточиться на создании портала и сохранении наших жизней.
— Ты играешь. А мне не нравится, когда со мной обращаются как с фамильяром.
Она посмотрела на него большими глазами.
— Ты и есть фамильяр.
— Нет, я ведьмак в теле кота. Это не делает меня зверем, — он тряхнул хвостом. — Открывай уже портал, ладно?
Айслинг зло вздохнула и схватила фазана с земли.
— Что с мужчинами?
— Может, мы были бы милее, веди ты себя мягче! — крикнул Лоркан.
Неблагой встал на ноги.
— Поддерживаю.
— Я милая!
Он добрался до нее и провел ладонью по ее плечу, проходя мимо. Она отдернула руку.
— Нет, ведьма, ты не такая, — рассмеялся он. — Но мне это даже нравится в тебе.
Она не хотела гадать, почему от этих слов ее желудок сжался. Он не был привлекательным с перьями на лице и крутящимся глазом. Он был высоким, гибким, почти женственным, когда не выглядел так, словно мог вот-вот напасть на нее. Но это не делало его привлекательным.
Голос в ее голове хохотал.
Айслинг никогда не могла врать себе. Всегда какой-то колокольчик в голове ясно звенел. Неблагой стал ей симпатичен, хоть она этого не хотела.
Его смех был немного жестоким. Он двигался, словно не давал себе взлететь в гневе или прижать ее к ближайшему дереву. И он смотрел так горячо, что она снова ощущала огонь. Но в этот раз она была не против жара.
Глупые мысли. Она покачала головой, сжала шею фазана и пошла к кругу рун с новой решимостью. Она выстроила стены вокруг себя так высоко, что он не пробьется. Сближение с фейри добром не кончится. Ей нужно было оберегать себя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Айслинг проверила руны в последний раз и протянула птицу. К счастью, она уже была мертва. Лоркан знал, что она не любила убивать зверей ради магии. Это было необходимо, но всегда ощущалось неправильно.
— Открой портал, услышь мой зов. Открой его быстро, не дай провалиться.
Она разжала руки, рана на шее птицы открылась. Кровь полилась на руны, и они засияли красным цветом.
Не такие чары она использовала месяцы назад. Там требовалась помощь фейри, и, хоть рыжеволосая девушка не понимала, Айслинг знала, что в ней была кровь фейри. Эти чары были для людей.
Земля пропала в ее круге, на ее месте появилась густая субстанция. Она двигалась как вода, но не была ею. Вязкая магия перенесла бы их, но Айслинг не знала, как назвать это вещество. Прошлый портал был голубым и мерцал магией фейри. Этот был красным, как кровь, и человеческим.
Айслинг кусала губу, уперла руки в бока.
— Вот и портал.
— Это портал?
Она оглянулась на Неблагого, тот ошеломленно смотрел на ее творение.
— Какие-то проблемы?
— Выглядит небезопасно.
— Порталы такие и есть. Хочешь безопасный, ищи созданный фейри. Мы проникаем в Другой мир. Это не так просто.
— Мне не нужно проникать в свой дом, и мне плевать, кто знает, что я пришел. Я могу пройти через портал фейри и не рисковать своей шеей.
— А я не могу, — она смотрела на портал, словно он мог укусить ее.
— Что такое? — он подошел так близко, что она ощущала жар его груди спиной. — Боишься своего заклинания?
Она сглотнула, глядя на красную массу. Воспоминания крутились в голове о древней женщине, что улыбалась ей с предупреждением.
— Моя бабушка всегда говорила, что все изменится, если я войду в Другой мир. Она просила не ходить на те запрещенные земли.
— Ты живешь с другой ведьмой в теле кота. Молишь о подачках, потому что никто не платит тебе за услуги. И жители деревни пытались сжечь тебя заживо. Что может быть хуже?
Он был прав.
Что дала ей эта жизнь? Она могла исполнять любую магию, но ее сковывали знания людей. Они не понимали ее желание создавать, давать жизнь, использовать магию без страха или вины.
Другой мир был полон колдунов. Они были не как она, но никто не видел ее лицо. Было ли это так опасно?
Ее бабушка сказала бы «да». Она не говорила Айслинг, что будет, если она пойдет туда. Она лишь повторяла, что ее жизнь изменится.
Айслинг выдохнула и кивнула.
— Ты прав.
— Нет повода колебаться.
— Точно.
— Просто прыгни в портал, и мы порвем проклятие.
— Нужно лишь прыгнуть.
Неблагой поскреб землю когтем.
— Ты не прыгаешь.
— Тебе не нужно идти первым? — она оглянулась на него. — Я еще не была в Другом мире. Кто знает, что нас там ждет?
— Куда ты открыла портал?
Она пожала плечами.
— Там, где есть место. Где-то в Неблагом дворе, раз туда ты хотел.
Айслинг смотрела, как он ругался, ворчал, а потом недовольно повернулся к порталу.
— Неблагие земли опасны. Нельзя выпускать нас где угодно.
— Я так сделала.
— Это глупое решение, хотя не стоило ожидать ничего лучше от ведьмы, проклинающей всех без разбора, — он замер у края портала, указал на нее. — Иди за мной сразу же, или мы оба умрем. Понятно?
— До боли.
— Хорошо.
Он шагнул вперед, красная жидкость обвила его ноги. Она тянула за ткань его одежды. Она успела услышать его вопль отвращения, и его засосало в красную массу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Айслинг посмотрела на Лоркана.
— Нет времени на колебания.
— Это лучше смерти, да?
Она не была в этом уверена. Но она закинула сумку Неблагого на спину, затаила дыхание и прыгнула в портал.
