– Вы видите, она даже не знает, что у неё есть маленький! – с возмущением сказала Толстая Тётя и подняла руки вверх. С рукавов у неё посыпался снег.
В это время из-за Толстой Тёти появился Гришка Ананасов. Конечно, ему давно было пора идти спать. Но он всё бродил по улицам, надеясь встретить ещё хоть кого-нибудь, кто бы ему позавидовал. Хотя, собственно говоря, завидовать было уже почти нечему. Гришкин щенок теперь больше всего напоминал жалкую потёртую рыжую шкурку, набитую ватой. Он даже не упирался, а бессильно волочился за Гришкой по снегу.
Гришка прошёл мимо Вовы, задрав нос, стреляя глазами по сторонам. Он нарочно очень громко сказал:
– Рэкс, ко мне! – И добавил потише, даже со вздохом : – Однолюб. Одного меня любит…
Конечно, все повернулись и посмотрели на него. А Гришке только того было и надо. Он захихикал от удовольствия и грубо подтянул щенка к себе.
– Граждане, кто тут потерялся? – раздался спокойный, твердый голос.
Все расступились. К Вове подошёл милиционер. Он был совсем молодой и очень румяный. Но у него были строгие нахмуренные брови.
– Иди домой и не мешайся! – сердито сказал милиционер Гришке, и было видно, что он нисколечко ему не завидует.
– Подумаешь, пацанёнок потерялся… – оскорблённо проворчал Гришка Ананасов, но всё-таки отошёл в сторонку.
Никогда ещё Вова не видел таких высоких милиционеров. Когда он наклонился, ему пришлось сложиться, как перочинному ножику.
– Ребёнок заблудился! – сказала Толстая Тётя, нежно улыбаясь милиционеру.
– Я не заблудился, я уменьшаюсь! – отчаянно крикнул Вова.
– Что-о? – удивился милиционер.
– Он не умещается в этом пальто! – объяснила Толстая Тётя. – То есть пальто не умещается в нём…
– Минуточку, гражданка! – поморщился милиционер. – Скажи мне, мальчик, где ты живёшь?
– На улице… – прошептал Вова.
Больше он ничего не добавил, потому что забыл свой адрес.
– Вот видите, он живёт на улице! – угрожающе сказала Толстая Тётя и умоляюще сложила руки.
– А как твоя фамилия? – ласково спросил милиционер и ещё ниже наклонился к Вове.
– Вова… – ответил Вова и горько заплакал.
Толстая Тётя застонала, а потом вынула носовой платок с жёсткими кружевами и приложила его к Вовиному носу.
– Сделай вот так, деточка! – сказала она и громко дунула носом.
Вове стало нестерпимо стыдно. Он отчаянно рванулся, но Толстая Тётя крепко держала его за нос двумя холодными твёрдыми пальцами.
– Нет, я знаю, что надо делать с этим несчастным ребенком! – неожиданно громко воскликнула Толстая Тётя и выпустила Вовин нос.
Все с удивлением поглядели на неё.
Гришка Ананасов воспользовался тем, что все отвернулись, размахнулся и сильно стукнул Вову кулаком по спине.
Вова пошатнулся. Он взмахнул руками, чтобы устоять на ногах. И тут пилюля, зажатая в его кулаке, вылетела и покатилась по земле.
А покатилась она не куда-нибудь, а прямо к носу Гришкиного щенка, который уже почти без чувств лежал на снегу.
Вова вскрикнул и бросился за пилюлей. Но тот, кто это испытал, знает, как неудобно бегать в пальто, которое волочится по земле. Вова сделал два шага и растянулся на снегу.
Конечно, щенок вовсе не знал, что это за пилюля. Он даже не догадывался, что произойдёт в следующее мгновение. Ему уже было всё равно. Просто какой-то шарик подкатился к его носу, и он, сам не зная как, высунул язык и слизнул его со снега.
И вот что случилось в следующий момент.
Голова у щенка стала расти. Вместо мелких щенячьих зубов блеснули белоснежные клыки. Ошейник лопнул на его могучей шее. На спине и на боках выросла густая чёрная шерсть, а роскошный хвост развернулся веером.
– Ай! Ой! Ах! Ох! – закричали все. Даже молодой милиционер сказал: «Хм!» Жалкий щенок превратился в огромного пса.
Пёс некоторое время стоял в полном остолбенении, широко расставив свои мощные тяжёлые лапы. Потом он осторожно оглядел себя через плечо одним глазом. Зарычал густым басом и, наклонив голову, прислушался к своему новому голосу.
Наконец он всё понял. Он подошёл к Вове и с признательностью облизал ему обе щеки горячим мягким языком. Он несколько раз благодарно пролаял. И хотя никто из присутствующих не знал собачьего языка, все почему-то тут же поняли, что он сказал Вове «спасибо».
Потом он дружественно подал лапу растерявшемуся милиционеру, удивительно вежливо повилял хвостом перед Толстой Тётей и ласково ткнулся носом в ладонь Худому Дяде.
– Какое милое создание! – не выдержав, воскликнула Толстая Тётя.
Но огромный пёс тем временем уже повернулся к Гришке.
Тут с огромным псом произошла какая-то странная перемена. Шерсть вздыбилась у него на загривке, и он стал от этого ещё огромней. Он глухо и угрожающе зарычал. Тяжело и медленно переступая лапами, он грозно двинулся прямо на Гришку. Гришка тихо пискнул и попятился.
– Однолюб… Одного меня лю… – заикаясь, пробормотал он.
Услышав эти знакомые ненавистные слова, пёс просто взвился от ярости. Он сделал молниеносный прыжок и цапнул Гришку за палец.
Гришка испустил оглушительный вопль, похожий на гудок приближающейся электрички. Даже снежинки на мгновение остановились в воздухе вокруг него.
Милиционер бросился между Гришкой и псом. Но пёс уже равнодушно отвернулся от Гришки, на прощание дружелюбно помахал хвостом и не спеша отправился в тёмный переулок.
Было ясно, что он пошёл искать себе нового хозяина, совсем непохожего на Гришку.
Гришка в отчаянии взмахнул поводком, на котором болтался разорванный ошейник, и завопил ещё громче. Это было уже похоже на гудок совсем близко подъехавшей электрички.
Все обступили Гришку.
– Не волнуйтесь, граждане, – спокойно сказал милиционер. – Ничего особенного. Небольшой укус в мизинец левой руки. Это твоя собака? – обратился он к Гришке.
– Не знаю… – жалобно всхлипнул Гришка Ананасов.
– Как это ты не знаешь? – Милиционер изумлённо поднял брови.
– Ничего я не знаю… – отчаянно шмыгая носом, повторил Гришка.
– А если подумать? – строго сказал милиционер. – Всё-таки твоя или не твоя?
– Была моя, – бестолково забормотал Гришка, – а потом стала… не знаю… вроде моя, а будто и не моя…
– Странно, – нахмурился милиционер, – в этом надо ещё разобраться. Но так или иначе, в первую очередь необходимо промыть и перевязать палец. А вас, – тут милиционер повернулся к Толстой Тёте, – я попрошу две минуты последить за этим малышом, который сказал, что его зовут Вова. Я только зайду в эту аптеку и мигом вернусь обратно.
Сказав это, милиционер взял Гришку за здоровую руку, перешёл на другую сторону улицы и позвонил в слабо освещенную дверь аптеки.
Глава 8.
О ТОМ, КАК У ДЕТСКОГО ДОКТОРА ВОЛОСЫ НА ГОЛОВЕ
ВСТАЛИ ДЫБОМ
Окончив приём, Детский Доктор оделся потеплее, обмотал шею толстым полосатым шарфом, натянул на ноги тёплые боты и вышел на улицу. Был уже поздний вечер.
Снежинки плавали в воздухе, как маленькие рыбки, и целыми стайками кружились вокруг светлых фонарей. Мороз приятно пощипывал за нос.
Детский Доктор шёл, глубоко задумавшись. Сегодня у него на приёме побывало 35 мальчиков и 30 девочек. Последним пришёл Миша. У него была тяжёлая и запущенная болезнь: Миша не любил читать книжки. Детский Доктор сделал ему укол, и Миша, схватив первую попавшуюся книгу, моментально погрузился в чтение. Пришлось силой отнять у него книжку и выставить его из кабинета.
«Какая замечательная вещь – современная медицина!» – подумал Детский Доктор и чуть не налетел на невысокого старичка, закутанного в толстый клетчатый шарф.
Это был его старый приятель Заведующий Аптекой.
Детский Доктор сказал:
– Извините! – и поздоровался.
Заведующий Аптекой сказал:
– Пожалуйста! – и тоже поздоровался. Они пошли рядом.
– А я и не знал, Петр Павлович, что вы теперь взрослых лечите! – помолчав, сказал Заведующий Аптекой и покашлял в кулак.
Детский Доктор помолчал, покашлял в ладонь и не спеша ответил:
– Да нет, Павел Петрович, я уж как был Детским Доктором, так, видно, и умру. Я, знаете ли, дорогой мой, сейчас над одним интереснейшим препаратом работаю. Называться он будет «Антивраль». Прекрасно действует на хвастунов, врунов и отчасти…
Но Заведующий Аптекой вежливо покашлял в кулак и снова перебил его:
– Ко мне в аптеку сегодня от вас мальчик приходил. Брал лекарство для дедушки.
Детский Доктор обиженно кашлянул в ладонь. Он просто терпеть не мог, когда его прерывали.
– Это недоразумение! – сказал он и сердито дёрнул себя за толстый полосатый шарф. – Так вот, что касается «Антивраля», то…
Заведующий Аптекой снова смущённо кашлянул в кулак и сказал скромным, но настойчивым голосом:
– Я даже фамилию этого мальчика запомнил: Иванов.
– Иванов? – переспросил Детский Доктор. – Совершенно верно. Я посылал к вам сегодня Иванова за зелёной пилюлей.
