того, что корабль лежит тут бог знает сколько. Ну а то, что реактор и боты ещё функционируют, это лишь показатель качества техники корпорации C.C.P.C. — «Строим колонии, защищаем колонии».
После прожарки ракетами в бой вступили гатлинги, которые своими пулемётными трассерами осветили всё. В наших терминаторах прилетали ответные выстрелы, но они рассеивались от щитов. Что-то взорвалось вглубь коридора, и, судя по камерам, одной «Гиене» перебили блоки питания, которые и взорвались. Хоть «Гиена» и считается довольно надёжной штурмовой машиной, её недостаток заключается в плохо защищённом блоке питания оружия, который может вот так вот детонировать при попадании, забрав с собой всех, кто стоит рядом.
Терминаторы после продолжительного огня одновременно подняли свои гатлинги, закрывшись щитами, когда ответный огонь стал сильнее. Недолго думая, я отдал команду скаутам, которые несли на себе ракетные установки, чтобы они вдарили в коридоры. Те быстро спрыгнули, расчехляя своё оружие.
Заняв позиции за щитами терминаторов, они разом дали залп. Вновь вспышка ярко осветила тьму. Следом спрыгнули «Гиены», которые начали вести огонь. Я наблюдал за этим со стороны, укрываясь за останками погрузчика, а после и с камеры одной из «Гиен». Где-то ещё минута боя, и всё закончилось.
С обеих сторон тоннеля лежали тела почти сотни ботов разных конфигураций. Я мог лишь благодарить деву войны за то, что нам повезло столкнуться с ними в таком состоянии. По-хорошему, сотни «Гиен» и скаутов уже должны были прорваться и порвать нас в клочья. Время их не пощадило, и мы должны пользоваться этим.
Терминаторы израсходовали половину своего боезапаса и все ракеты. Теперь остались лишь залпы, которые были у скаутов. Не скажу, что этого мало, но ещё пара таких стычек, и смогу смело сказать, что мы тут и останемся. С другой стороны, это позволит нам уничтожить максимум враждебных машин. Если мы потерпим неудачу, то следующий рейд будет легче.
Но я желал обойтись одним рейдом, взяв этот проклятый корабль. Противник не представляет явной угрозы; проблема будет, если нас задавят числом, но на нашей стороне всё-таки качество моих механизированных солдат.
Наш путь шёл через правый тоннель монорельса. Если первая встреча с враждебно настроенными андроидами была разогревом, то вот мчавшийся на нас монорельс был неприятным сюрпризом! Некуда было бежать, поэтому лучшее, что можно было сделать, — приказать терминаторам выставить щиты.
Из-за того что тоннель был узким и предназначался для одного монорельса, нам некуда было деваться. Наверное, надо быть благодарным, что это не тот, что позади нас. Хотя будь это он, то мы бы слышали грохот, ведь там была груда мёртвых машин, которые бы помешали ему в движении.
Я вместе со скаутами отошёл подальше от двух терминаторов. Двое ещё были в тылу, прикрывая нас сзади. Меня не устраивала перспектива, что мы все будем размазаны монорельсом. Можно сказать, мы сами себя загнали в ловушку, за что я и ругал себя благим матом.
Вот монорельс показался, мчась со всей скоростью прямо на нас. Мгновение, и два терминатора встретили поезд. Послышался гулкий удар. Монорельс сплющился, но по инерции шёл вперёд, оставляя сноп искр. Терминаторы, в свою очередь, тащились назад, но всё же успешно держали монорельс.
Прокатившись почти на 5 метров назад, терминаторы отошли в сторону. Их щиты были смяты, а руки повреждены. Но даже так эти грозные машины смогли удержать несущийся поезд, оставшись в боевом состоянии и не позволив нам понести какие-либо потери. Можно было радоваться, но я не был столь наивен. Корабль наверняка приготовил нам ещё сюрпризы, о которых мы в скором времени узнаем.
* * *
Словно мало было монорельса, как на нас шло целое полчище машин. Подобно зомби они еле волочили ноги. Вперёд пошли «Гиены», освещая тёмный тоннель своими лазерами, следом шли терминаторы, прикрывая щитами гранатомётчиков. Повреждённых терминаторов я отогнал в тыл, чтобы они прикрывали нас.
Наш длительный штурм был довольно успешным, пока не произошло неприятное: у «Гиен» кончились боеприпасы. «Гиены» выстроились в две линии, пропуская вперёд терминаторов со скаутами. Теперь наконец настала наша очередь. Скауты встали впереди терминаторов в две линии. Выпустив последние ракеты первых контейнеров, мы выставили пулемёты.
Если честно, мне уже надоело плестись без дела, учитывая, что нам нет толкового сопротивления. Вооружённые машины стреляли куда угодно, но точности у них не было. Некоторые даже стреляли просто в пол, оставляя линии энергетических следов. 26 машин выстроились, после чего осветили тоннель синими трассерами пулемётов.
Перед нами уже были горки, побольше и поменьше, которые раньше были машинами, несущими смерть, ну или, по крайней мере, могли сломать кости и оторвать головы. Среди обычных инженерных андроидов и боевых скаутов были «Гиены», терминаторы, погрузчики, а также несколько шагающих танков.
Только удача нам всё ещё улыбалась: первый идущий танк взорвался после выстрела, перегородив дорогу другим. Их пушки упирались в остов танка. Они даже не могли переползти через павшего товарища. Один попытался, но споткнулся и упал на пол. Скауты сразу выпустили ракеты по нему, и тот сгорел.
Идя нерушимой стеной, перешагивая через уничтоженных андроидов, мы оставляли за собой ещё больше. Счётчик перевалил уже за сотни. Это был по-своему хороший знак, ведь на корветах порядка 500 боевых единиц, ещё 200–300 — это обслуживания, обеспечения и прочее.
Надеяться, что мы столкнёмся с чем-то серьёзнее малых ходячих танков, не было смысла. Эти машины, похожие на сферы с четырьмя лапами и пушкой 75 мм, что выпирала на корпусе, с парой пулемётов на обычных пороховых патронах, с трудом протискивались в тоннель, хотя могли бы полезть по стене. К счастью, их мозг не позволял принять подобное решение. Пробираясь сквозь завалы, мои скауты подбежали к застрявшим танкам, закидывая в орудия гранаты и окончательно выводя их из строя.
Бой закончился, и сейчас, наблюдая данные с терминаторов и «Гиен», я могу прийти к выводу, что нет толку тащить их с собой. Боезапас у них на исходе, лишь два повреждённых могли бы ещё повоевать, и то недолго. У скаутов осталось ещё много энергоячеек к лазерам и лент к пулемётам, плюс четыре контейнера к «залпам», что даёт нам 16 ракет.
Отдав команду, «Гиены» и два повреждённых терминатора направились на выход. Кто-то скажет, что это неразумно, а тащить за собой бесполезные боевые единицы, от которых в ближнем бою нет толка, ещё более неразумно. «Гиены», как-никак, машины поддержки, чья задача — зачистка и прикрытие огнём пехоты.
Их спаренные лазерные пушки — всё их вооружение. Жаль, что мы не позаботились об их оснащении
