– Просто, вместо того чтобы чистить кожицу, я хорошо мою мандарин, режу на кольца или дольки, посыпаю сахарной пудрой и ем. А еще люблю пить пиво через соломинку и читать журналы от последней к первой странице! – азартно разоткровенничалась я.
– Здорово! – поддержал мою откровенность Андрей. – Сразу видно, что ты – человек неординарный.
– Скоро чемпионат Европы? – сменила я тему.
– Да. И мы уже в предвкушении.
– А скажи: что это за ощущение? Что сулит победа? – с интересом спросила я.
– О, это трудно сказать в двух словах, – Андрей по-мальчишески почесал в затылке. – Ну, я не говорю о том, что сама по себе победа на чемпионате Европы – это уже великое достижение и огромная радость для каждого игрока в сборной. А если говорить о материальной стороне, то это не только медали и кубок, но и вполне приличные деньги. Допустим, всего на кону около двухсот миллионов евро. Если отнять из этих денег все выплаты командам, добравшимся до четвертьфинала, полуфинала, финала, то команда-победитель чемпионата получит около двадцати пяти миллионов евро. Для этого нужно выиграть все матчи в группе и сам турнир. Это своего рода джек-пот.
– Да уж, кто лучше мячик гоняет, тот все и получит, – тупо подытожила я и сама поразилась своему невежеству.
– Не мячик, а мяч, – поправил меня Андрей. – Между этими двумя предметами такая же гигантская разница, как между шпагой и зубочисткой.
– Прости, – смутилась я. – Обещаю научиться называть вещи своими именами.
– Мяч для футболиста – это святое. С мячами всегда связана целая история, ритуал. Знаешь, с мячом для Евро-2004 был забавный и одновременно поучительный случай. Помню, когда привезли новый мяч без швов Poteiro, его необходимо было испытать. Тогда Дэвид Бекхэм еще сказал, что этот мяч почти совершенен и с ним «точность ударов значительно улучшилась». Я никогда не забуду, с каким азартом журналисты вцепились в его слова после матча с Португалией, когда во время послематчевых пенальти Дэвид не попал в ворота – и команда вылетела… Тогда тот самый мяч обозвали «позором Бекхэма» и выгодно продали на аукционе за двадцать четыре тысячи евро.
– А Дэвид не расстроился? – простодушно спросила я.
– Дэвид? – Андрей улыбнулся. – Не-ет! Он профессионал и знает, что глупо расстраиваться по такому поводу. Наша жизнь всегда под прицелом, не говоря уже о работе. Что делать? Мы сами выбрали эту жизнь, и она нас устраивает со всеми плюсами и минусами. – Андрей вдруг внимательно посмотрел на меня и, заметив сочувствие в моем взгляде, изменился на глазах. – Хотя знаешь, – начал он уже более трагическим голосом. – Иногда это все так надоедает, что хочется, покоя, тишины, уединения…
Я почувствовала, как Андрей медленно начинает наклоняться ко мне, и следующие его слова будут: «Хочется женщину – домашнюю и теплую…»
– Хочется оказаться где-нибудь на далеком острове с прекрасной девушкой и забыть обо всем дня на три, – голосом змея-искусителя проговорил он.
Ага! Он пошел в своих рассуждениях дальше, чем я предполагала, и намекает уже на поездку куда-нибудь, чтобы спокойно позаниматься там чем-нибудь, кроме футбола. И все бы ничего, только вот не надо было трогать тему с островом!!! Я невольно вспомнила Энрике.
Глава 7
Я посмотрела на часы.
– О, уже девять!
Подобные реплики всегда действуют на мужчину должным образом. После этих слов он впадает в некоторое оцепенение секунд на десять, и у женщины есть время разыграть ситуацию в нужном направлении. Проморгала ситуацию – ровно через пятнадцать секунд получишь «угловой» в свои ворота.
Аниной задачей на этот вечер было все-таки показаться Цареву профессионалом, а уж в своей сексуальности она не сомневалась ни на секунду. Поэтому девушке просто необходимо было вынести из этого разговора хотя бы минимум информации, чтобы на следующий день составить предварительный план продвижения для Короля.
– У нас есть еще полчаса, – ровно через четырнадцать секунд сообщила я и по глазам футболиста поняла, что мои слова его немного расслабили.
Я взяла ручку.
– Тебе это может показаться глупым, но расскажи мне: чем ты увлекался когда-либо? Твои хобби, увлечения, помимо футбола, мечты, пусть даже самые бредовые…
– Понял. – Он задумался. – Нет, все-таки легче придумать мне хобби. – Андрей умоляюще посмотрел на меня.
– Нет, давай вспоминай, а уж если будет совсем критическая ситуация, то будем вместе шевелить извилинами.
– Ладно, – кивнул он. – Я любил в детстве раскрашивать модели самолетиков…
– Так, – я одобряюще кивнула.
– Помню, нравилось стенгазеты для школы делать, собирать макулатуру…
– Стоп, макулатура – это лишнее, а вот со стенгазетами мысль можно развить. – Я с идиотским видом фиксировала «гениальные» идеи у себя в блокноте, стараясь оставаться максимально серьезной в абсолютно бредовой ситуации.
– Ты знаешь, на самом деле мне всегда очень нравилось рисовать. – На лице Царева появилась мечтательная и немного смущенная улыбка. – Хотя ребятам, которые, как и я, с детства серьезно занимались футболом, очень сложно было находить время не только для хобби, но и для того, чтобы элементарно успевать за школьной программой.
– Но, как показывает практика, футболистам приходится начинать думать в другом направлении деятельности примерно…
– После двадцати шести, – ответил за меня Андрей.
– А ты планируешь открыть какое-нибудь дело? Свечной заводик, так сказать…
– У меня есть дело. Я – один из учредителей детского спортивного клуба. Там же занимается мой сын.
– У тебя есть сын? – Я была удивлена.
– Да. – Он улыбнулся. – Это – единственное приятное воспоминание о семейной жизни.
– Что-то чем больше я слышу о чужой семейной жизни, тем меньше мне хочется заводить свою.
– Ты не замужем? – спросил Царев с такой поспешностью, словно ждал момента, чтобы задать этот вопрос.
Я, испытав кратковременный приступ гордости по поводу этого нескромного интереса, успокоилась так же быстро, потому что ничто не действует на женщину столь же гипнотически, сколько интерес мужчины к ее семейному положению. Это очень вредный рефлекс! Хотим мы того или нет, но это означает, что мужчина автоматически в нас заинтересован. Если вы ответили отрицательно на этот вопрос, скорее всего, после него последует: «А парень есть?» – и от этого наше женское тщеславие вообще расцветет пышным цветом, и мы тут же ответим, кокетливо улыбаясь: «Не-е-ет!» – и захлопаем ресничками…
Напрасно.
Мужик – существо дикое, пугливое и необузданное, как мустанг, который вряд ли польстится на гору сочных яблочек возле уютного домика с кирпичной трубой, а скорее предпочтет щипать пожелтевшую на солнце травку где-нибудь в пыльных прериях, подальше от домашнего уюта…
