Фигурка у эльфийки была так себе — на мой вкус, слишком спортивная, да и в плане размера груди она была полной противоположностью Анне Семенович. И все же в этот момент Альха показалась мне самой желанной в обоих мирах. То ли я слишком долго был без женского общества, то ли дело совсем в другом…
Эльфийка с показным изумлением посмотрела на меня, а затем призывно улыбнулась. Не совсем отдавая себе отчет в том, что делаю, я шагнул ближе и попытался обнять Альху. И тут же жесткий удар в грудь отбросил меня на пару метров и повалил на спину.
Когда я снова встал, мой взгляд наткнулся на две неприятные детали — злющие глаза обнаженной эльфийки и кинжал, непонятно откуда появившийся в ее руке. В моем воспаленном мозгу как два сумоиста сцепились первобытные инстинкты: размножения и самосохранения.
От того, чтобы наброситься на эльфийку подобно горилле во время весеннего гона, меня сдержал жуткий холод страха, буквально сковавший позвоночник. Судя по сработавшим умениям, если не удастся сдержать дикое и явно искусственно вызванное влечение, меня сейчас будут тупо убивать, причем под самым благовидным предлогом.
С трудом заставив себя развернуться, я на деревянных ногах дошел до свободной кабинки. Одежда полетела прямо на пол — вещи казенные, пусть берут все, кто не боится столкнуться с жадностью Лакиса. Вывернув до максимума оба рычага, я затрясся под тугими струями обжигающе холодного душа.
Холод остудил мою голову и дал возможность нормально мыслить. Первым возник вопрос, почему не сработали мои пресловутые умения, когда я собственноручно пихал в себя возбуждающую либидо отраву? Скорее всего, потому что ничего опасного со мной не происходило — ну перевозбудился, что тут такого? А вот когда эльфийка собралась нарезать меня мелкими ломтиками, наконец-то пришел страх. Опять же, первый подход к обнаженному телу почему-то не вызвал особых опасений. Так что с даром пророка у меня не фонтан. Лакис прав — тут намешано всего понемногу.
Не знаю, сколько я простоял в кабинке. Судя по тому, как сильно замерз, — немало. Наваждение наконец-то отступило. К тому же вызывали интерес голоса за дверью кабинки. До меня доносилось рычание Лакиса, так что можно выходить, не опасаясь подвоха.
Орк в гневе — не самое приятное зрелище. Если бы меня и без того не колотило от холода, наверняка по коже пробежался бы озноб страха.
Из мало похожего на человеческую речь рычания мне все же удалось понять, что орк обзывает закутанную в простыню эльфийку тупой курицей. Также он пояснил, что именно сделал бы хозяин с ушастой идиоткой за убийство ценного раба, даже если бы имелась сотня свидетелей моего нападения и ее вынужденной самообороны.
Продолжая прислушиваться к ссоре, я быстро оделся, но дойти до двери не смог. Озноб куда-то улетучился, и меня опять бросило в жар. Вот же ушастая зараза! Отравила-таки, гадина.
Увидев, как я ухватился за стену, орк прекратил рычать и бросился ко мне. Сознание куда-то уплыло и вернулось уже в знакомой комнате мага.
— Пей, — сказал Эливай, тыча мне в зубы пробирку с какой-то зеленой гадостью.
Выбора у меня не было, поэтому пришлось пить. Сознание снова померкло, а затем попрощалось со мной уже надолго.
Глава 3
Следующие десять дней катились по накатанной колее. С утра и вечером — тренировки, а между этим — посиделки в кабаке, где я пытался понять хоть что-то из окружающей реальности и разобраться в местном языке. Временами орк выдавал мне крохи знаний, из которых никак не удавалось сложить картину этого мира. Получался лишь своеобразный карандашный набросок. Все усугублялось тем, что мы практически не общались по-русски, используя лишь всеобщий язык, который являлся основным средством межрасового общения. Похоже, Лакис решил, что знание языка для меня намного важнее, чем другая информация. Пока удалось выяснить, что я нахожусь в городе под названием Вадарак-ду. Что это значит, было непонятно, потому что в словаре орка таких слов не было. Мои успехи в освоении языка оставляли желать лучшего, но орк особо не печалился, так как считал, что сотни выученных слов вполне достаточно. Мне же казалось иначе.
Все изменилось на десятый день моего пребывания в этом мире. Прямо с утра орк ввалился в мою комнату и, не дав даже умыться, потащил за собой. Мы опять оказались на вещевом складе, но не задержались в главном помещении, а прошли через несколько комнат и попали в кабинет Лакиса.
Я с интересом осмотрелся. Все стены комнаты были увешаны шкурами, поэтому казалось, что мы находимся в квадратном шатре. Похоже, моему куратору не чужда ностальгия по степным просторам и дикой жизни, несмотря на всю тягу к стильной одежде.
И все же мы не присели просто на шкуры, а заняли два деревянных кресла.
— У нас произошли кое-какие изменения, — по-русски начал Лакис. — Твое обучение придется прекратить. Я рассчитывал на двадцать дней, но духи решили иначе. Завтра вечером хозяин отправляет Сынка на ежегодный раут Торгового союза Вадарак-ду в городской ратуше. Мы думали, что без этого можно обойтись, но кто-то пропихнул его в кандидаты на звание предводителя молодых купцов. Если затворничество и отсутствие на светских вечеринках еще можно объяснить эксцентричной натурой Сынка, то игнорирование подобного события все воспримут как трусость.
Происходящее свалилось на меня так резко, что вызвало легкое ощущение нереальности. Вид разглагольствующего, как профессор философии, орка ситуации не упрощал.
— Как это касается меня? — спросил я, просто чтобы услышать свой голос.
— Напрямую. Ты идешь вместе с группой телохранителей. Вообще-то нагружать тебя лишними знаниями смысла нет, все равно действовать самостоятельно не придется. Но, чтобы ты не глазел по сторонам с открытым ртом, нужно рассказать тебе о нашем мире хоть что-то. Так что спрашивай, надеюсь, у тебя уже есть вопросы. Сразу предупреждаю: болтать с тобой весь день у меня нет никакого желания.
На пару минут я впал в самый настоящий ступор. И с чего, скажите на милость, начинать?
— Кто такие драконы? — ляпнул я первое, что пришло в голову.
— Да уж, умеешь ты задавать вопросы, — хмыкнул орк и поудобнее устроился в кресле. — Наши ученые и маги до сих пор ничего толком о них не поняли. Тебе нужно знать только то, что эти чудовища пришли в наш мир и устроили тут небольшую войну. Ну как небольшую… Они уничтожили все живое на континенте. Точнее, на трех континентах, два из которых после этого ушли под воду. Люди выжили только на трех больших островах и полуострове Исхас — прародине всех орков.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
