Поскольку я недостаточно осведомлен о ситуации в России, предоставляю принятие решения по вопросу о необходимости контактов с господином Цивиным на усмотрение Вашего превосходительства. Во всяком случае, я бы посоветовал поддерживать связь с Цивиным, вначале в качестве эксперимента, и посмотреть, какие результаты будут через несколько недель. Контакты с Цивиным имеют то преимущество, что он сам является активным членом русской партии, и никто не подозревает, что он поддерживает отношения с нами, в то время как агенты, связи которых с нами не являются тайной, не пользуются доверием партии и, следовательно, не получают актуальной информации и не могут влиять на развитие ситуации. Было бы жаль, если бы нам так и не удалось использовать созданный с помощью австрийских средств аппарат, не говоря уже о том, что отсутствие субсидий привело бы к значительному сокращению пропаганды в России, которая, без сомнения, служит нашим целям.
Поэтому я предлагаю дать господину Цивину 25 000 франков, которые он просит, и сказать ему, что решение о постоянных контактах с ним мы примем позже.
Так как г-н Цивин должен срочно сообщить своим агентам, следует ли им прекратить свою деятельность или нет, я просил бы Вас принять решение как можно скорее.
Еще я просил бы Ваше превосходительство рассмотреть это дело конфиденциально. Барон Хеннет сообщил мне обо всем строго по секрету. В курсе всего дела только военное бюро австро-венгерской миссии и Верховное главнокомандование сухопутных войск. Австро-венгерским дипломатическим инстанциям обо всем этом ничего не известно. Также, может быть, было бы целесообразным не делать запрос в австро-венгерское Верховное главнокомандование сухопутных войск, хотя барон Хеннет и заверил меня, что не имеет ничего против такого запроса. Однако у меня сложилось впечатление, что в результате такого запроса у барона Хеннета и полковника фон Айнема могут возникнуть определенные неприятности[122].
Ромберг[123]
Черновик телеграммы, адресованной Бетману-Гольвегу[124]
Его превосходительству рейхсканцлеру
г-ну фон Бетману-Гольвегу
Берлин, 30 августа 1916 г.
На сообщение № 1885
Цивин получит 25 000 франков при условии, что это будет одноразовая выплата.
В течение четырех месяцев мы уполномочены выплатить Цивину 25 000 франков, но это должна быть одноразовая выплата. Мы оставляем за собой право […][125]
Сообщения русского агента Вейса
Содержание: план Цивина поехать в Осло, чтобы издавать там вместе с Черновым большую газету. Его должны переправить в Швецию итальянцы.
№ 2215, Берн, 5 октября 1916 г.
Секретно!
Недавно наш русский агент Вейс передал мне копию записок, в которых раскрывается характер деятельности партии социалистов-революционеров во время войны.
Затем господин Вейс показал мне номер выходящего в Поволжье революционного журнала «Клич», упоминавшегося в этих записках. Насколько я понял из тех отрывков, которые мне зачитал Вейс, журнал энергично выступает против правительства, в поддержку мира. Господин Вейс заверил меня, что этот журнал нелегально имеет широкое хождение в России и что его вызывающее содержание оказывает на читателей немалое влияние.
К сожалению, г-ну Вейсу пришлось отдать тот экземпляр журнала, который он показал мне, г-ну Боброву; но он попытается достать для меня еще один экземпляр. К сожалению, пока что г-н Вейс не получил сообщений из России, которых он ожидал. Он опасается, что их либо не пропустила Германия, либо, может быть, просто задерживает их. Однако он рассчитывает, что теперь сообщения для него уже поступили в Норвегию.
Как сказано в записках, в ближайшее время в Норвегии начнет выходить крупная газета под руководством лидера партии [эсеров] Чернова. Газета будет выступать за мир.
Как мне доверительно сообщил Вейс, по его сведениям Чернов сейчас находится в Италии. Он уже некоторое время назад должен был уехать в Норвегию. Вейс написал ему, что в интересах дела отъезд больше откладывать нельзя. Вейс полагает, что итальянские социалисты помогут Чернову с поездкой в Норвегию.
Кстати, то, что Чернов, действительно, играет важную роль и вообще влиятельный человек, мне недавно подтвердили и из другого источника.
Секретарь г-на Чернова, арестованный некоторое время назад в Италии и затем снова освобожденный, сейчас уже в Норвегии.
Сам Вейс собирается поехать в Норвегию в конце этого месяца и позаботиться о том, чтобы по возможности скорее осуществить упомянутое предприятие. Однако помимо этого он собирается обговорить со своими товарищами по партии возможность быстро и надежно переправлять отчеты из России в Швейцарию. Он не может договориться об этом, находясь здесь. Сложность заключается в том, что они ни в коем случае не должны знать, что он поддерживает связь с нами. А в Норвегии он мог бы изучить местную обстановку и назвать им человека, местного жителя, которому они могли бы передавать свои сообщения. Он мог бы сказать им, что завербовал этого человека и что у него есть возможность пересылать письма нелегально в Швейцарию. Разумеется, в действительности этого норвежца должна разыскать имперская миссия в Кристиании[126]; он будет передавать сообщения миссии, а та будет передавать их мне или Вейсу.
Таким образом, нам будет гарантировано регулярное и надежное получение сообщений из России.
Конечно, г-н Вейс может поехать в Норвегию только через Германию, поскольку он опасается ареста в случае проезда через страны Антанты. Так как у его товарищей по партии могут появиться подозрения, если он без проблем получит разрешение на проезд через Германию, он собирается прикрыться местным социалистом Грейлихом[127]. Грейлих должен ходатайствовать перед нами о разрешении на проезд через Германию для своего больного друга – у Вейса действительно серьезно больны легкие. Вейс собирается пробыть в Норвегии недели три и затем снова вернуться в Швейцарию.
Детали этой поездки мы сможем уточнить лишь после того, как физическое состояние г-на Вейса улучшится и только в том случае, если Ваше превосходительство даст согласие на поездку. Я думаю, что г-н Вейс начнет нам регулярно приносить пользу после того, как осуществит свои планы в Норвегии.
С разрешения Вашего превосходительства я выплатил второго числа прошлого месяца г-ну Вейсу 25 000 франков, подчеркнув, что это единовременная плата и что решение о наших отношениях в дальнейшем мы примем позже.
Как я уже говорил, в свое время г-н Вейс сказал мне, что «этой суммы хватит, чтобы работать в течение трех-четырех недель». В последний раз он сказал мне, что для продолжения работы ему необходимы еще деньги.
Я предлагаю еще раз предоставить г-ну Вейсу 25 000 франков, но при этом поставить условие, чтобы он принял все меры, благодаря которым мы могли бы регулярно получать сообщения из России и максимально подробную информацию о переговорах, намерениях и успехах его товарищей по партии.
Так как г-н Вейс снова посетит меня 13-го числа сего месяца, я был бы весьма благодарен Вашему превосходительству за подробные указания по этому поводу, уполномочивает ли меня Ваше превосходительство выплатить г-ну Вейсу вышеуказанную сумму. Я должен получить соответствующие указания не позднее 11-го числа сего месяца, чтобы получить наличные деньги. От этой выплаты зависит, сможем ли мы поддерживать наши контакты с Вейсом, лично я ожидаю от этих контактов весьма положительных результатов.
Ромберг
Германский посланник в Берне – канцлеру
Его превосходительству рейхсканцлеру господину
Бетману-Гольвегу
6 декабря 1916 г.
Содержание: сообщение Цивина о событиях в России и резком росте революционной волны; сообщение, что Чернов едет в Осло, что там эсерами создается крупная центральная организация и что поэтому ему, Цивину, необходимо лично поехать в Осло, чтобы поговорить с делегатами и дать им соответствующие указания. Просит предоставить ему еще денег.
Берн, 6 декабря 1916 г.
Срочно!
Наш русский агент Вейс сообщил мне вчера, что в Швейцарию, наконец, поступили некоторые из сообщений, которые были получены в Норвегии из России, и эти сообщения находятся у него в руках. К сожалению, несколько важных сообщений он так и не получил; однако имеющиеся у него материалы позволяют сделать однозначный вывод, что мы можем быть довольны ходом развития революционного движения в России.
Как следует из этих сообщений, на фабриках Петербурга сейчас ощущается значительное влияние революционных партий. На некоторых фабриках это влияние столь широко распространилось, что различные революционные партии уже спорят между собой за влияние. Имеющая очень большое значение фабрика Семянникова в Петербурге, производящая большое количество военной техники, полностью находится под влиянием партии эсеров – на этой фабрике работает более 10 000 человек. Сильное влияние эсеров ощущается и на правительственных заводах Путилова и Добукова. Правительство с тревогой следит за ростом этого движения и уже принимает контрмеры, например, посылает на фронт ненадежных рабочих. Но это не может остановить движение, оно продолжается.
