- Как-то мудрено загнул, бьюсь об заклад, ты сам не понял и половины из своей речи, - покачал головой Сакаки, пропустивший большую часть объяснений мимо ушей, а потом посоветовал. - Ты уж определись, а то: "тут помнит, там не помнит"... и давай ближе к делу!
- Я придумал новую тренировку, специально для нашего случая, - пропустив мимо ушей подначку, ответил он. - Это особая медитация...
- Может быть, лучше оставить все как есть? - выдвинул Кенсей встречное предложение. - От добра добро не ищут. Кеничи утратил мотивацию, но мы с этим худо-бедно справились, так зачем усложнять и себе, и ему жизнь?
- Зато твои мотивы, как на ладони, - еле заметно поджал губы мастер джиу-джитсу. - Отбрось свой эгоизм и подумай о... хотя бы о Мию!
- А что Мию? - всполошился мужичок: как только заходил разговор о девушках, он всегда проявлял небывалое оживление. - Да, она немного симпатизирует Сирахаме, но не более! Уж поверьте мне как эксперту, она не из тех вертихвосток, кто за пару недель влюбляется до беспамятства в первого встречного!
- Хорошо, пусть так, - согласился Акисамэ. - А ты не думал о том, как отреагирует Хаято? Ему могут не понравится произошедшие с учеником Редзанпаку изменения.
Посерьезневший Ма Кенсей задумался на пару секунд, а потом медленно произнес:
- Да, ты прав. Но даже если он все вспомнит, то далеко не факт, что к нам вернется прежний Кен-тян.
- Попытка не пытка, - пожал плечами мужчина. - Сами знаете: Старейшина не позволит тут обучаться абы кому... Итак, голосуем!
- Я "за", - равнодушно ответил Сакаки. - Можешь тренировать его хоть до смерти.
- Не возражаю, - вздохнув, откликнулся мастер кэмпо и тут же добавил, - но я тоже приму участие.
- Сигурэ-сан?
С крыши послышалось одно короткое слово:
- Против...
- Что?! - удивился Коэтсуджи, не ожидавший такого ответа.
- Мне не нравится, когда меня боятся... - сделала она заявление, вразрез идущее с ее недавними действиями.
Воцарившееся среди мастеров молчание первым нарушил Сакаки. Он, постучав ногтем по бутылке, привлек внимание и сказал:
- Чего примолкли? Три голоса "за" и один "против". Победило большинство. Кстати, парень очнулся.
- Быть посему: сейчас подлечим нашего ученика и отправим домой, а завтра...- Акисамэ сделал многозначительную паузу.
- Тогда я пойду с ним, - вызвался добровольцем Кенсей, почувствовав на себе взгляды, наполненные подозрением, он поспешил объясниться, - должен же кто-то ввести его в курс дела?
- Пусть идет... Ты только учти, что для этого тебе придется выиграть у Апачая в "Камень-Ножницы-Бумага". - Парень со шрамом мерзко, как умел только он, ухмыльнулся. - Хе-хе.
Полчаса спустя.
Некоторое время Кеничи и провожающий его мастер молча шагали по улицам города. У покрытого синяками школьника не было никакого настроения разговаривать, и он, вяло перебирая ногами, размышлял о сегодняшнем дне, оказавшимся столь богатым на события. Кенсей же, баюкая пострадавшую руку (победа над удачей белобрысого парня не досталась ему даром), пытался определить, не следит ли за ними кто-нибудь из его соратников. Наконец убедившись, что в округе царят мир да благодать, он обратился к своему подопечному:
- Скажи, Кен-тян, как ты поступишь, если на твоих глазах начнут приставать к девушке? А если эта девушка окажется твоей сестрой?
Парень покосился на мастера, но промолчал.
- Можешь не отвечать: у тебя на лице все написано. "Мол, что я могу?" Так вот, это и есть ответ на твой невысказанный вопрос: "Зачем нужны боевые искусства?" Чтобы смочь... А вообще у них много достоинств, - китаец внезапно переключился на другую, более близкую ему тему. - К примеру, девушки, занимающиеся ими - красавицы все как одна. За примерами далеко ходить не надо: только сегодня тебе удалось пообщаться "тет-а-тет" с тремя.
- Почему с тремя, - отозвался наконец Сирахама. - Мастер Сигурэ и та девушка с длинными ногами...
- Кисара-тян, - подсказал провожатый. - А третья Мию-тян. Или ты уже забыл, как утром попытался прижаться к ней сзади?
- Это случайность! - поторопился откреститься парень от такой интерпретации, даже не уточнив, откуда Кенсею известно об этом случае.
- А жаль, - искренне расстроился мастер. - Ну, да ничего! У тебя еще все впереди! А пока вот, держи!
Он протянул юноше запечатанный конверт, который Кеничи взял с некоторой опаской.
- Что там?
- Дополнительный стимул для занятий боевыми искусствами и твой приз, - оглянувшись, скороговоркой выпалил Кенсей. - Мне пора, до завтра, Кен-тян!
- А... - не успел парень и рта раскрыть, как мужичок прыгнул с места и легко взбежал по отвесной стене, а затем скрылся на крыше трехэтажного дома, мимо которого они проходили. Когда школьник, задравший голову вверх, вернул взгляд назад, то удивился еще сильнее: на расстоянии вытянутой руки стояла хорошо знакомая ему девушка, Косака Сигурэ собственной персоной.
"Сменила кимоно", - такова была первая мысль, которая посетила парня, порядком расстроившегося данным обстоятельством. "Неужели она пришла отдать приз", - невпопад подумалось ему следом, и Сирахама невольно улыбнулся.
- Отдай.
- Что? - парень вздрогнул, вынырнув из омута своих фантазий, и непонимающе уставился на нее. - Мастер Сигурэ?
- Дай мне письмо, Кеничи, - повторила брюнетка, и только после этого он заметил протянутую руку.
- Конечно, Сигурэ-сан. - Парень передал ей зажатый в кулаке конверт.
По мере ее ознакомления с содержимым послания (как успел заметить Кеничи, там был какой-то снимок и записка) находиться рядом с девушкой стало как-то неуютно. Если бы школьник знал всю подоплеку дела, то наверняка сейчас не чувствовал бы себя в безопасности и в десяти километрах от этого места.
Прочитав "свое" признание в любви к Сирахаме и изучив, на сей раз, свою фотографию в полуобнаженном виде, Косака смогла произнести лишь одно слово:
- Убью...
Пока парень завороженным взглядом рассматривал изрядно посветлевшие глаза своего мастера, она подкинула в воздух "приз" Кенсея, и три бумажки разделили судьбу листика, который был использован Сигурэ при недавней демонстрации.
- До встречи, Кеничи, - прошелестело с крыши, на которую забралась девушка, повторив фокус Кенсея.
- До свидания, - пробормотал ей вслед Сирахама, уже устав удивляться скорости, с которой развивались события вокруг него.
Понаблюдав с минуту за тем, как ветерок играется с бумажной "пылью", он в недоумении пожал плечами и отправился домой, где его ожидала "теплая" встреча.
- КЕНИЧИ! Что с твоим лицом?! - изумленно воскликнула Саори, едва ее сын показался в прихожей.
- А что с ним? - парень еле-еле нашел в себе силы изобразить удивление.
- Да на нем живого места нет! - возмутилась женщина такой реакцией, точнее практически ее отсутствием.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
