Ситуация усугублялась еще и тем, что Джонсон создал четкую, близкую к идеальной командную вертикаль и настаивал на том, чтобы никто от нее не отклонялся. Вместо того чтобы разговаривать напрямую с Объединенным комитетом начальников штабов (который, к вящему недовольству Джонсона, часто не мог прийти к единому мнению), он использовал его председателя и Макнамару для фильтрации новостей. Джонсон, возможно, даже не предполагал, как много всего от него скрывают. Очень яркий пример приводится в книге Макмастера. Когда в 1964 г. Объединенный комитет начальников штабов проводил военную игру под названием «Сигма-1», многим было ясно, что полномасштабная война неминуема. Макнамара не согласился с результатами игры «Сигма-1», потому что его вооруженные компьютерами аналитики выдали иные прогнозы. И Джонсон так никогда и не узнал об этих результатах. Этот случай был не единичным, и он ярко свидетельствует о том, что президента и военных советников разделяла настоящая информационная пропасть.
Можно было бы возложить всю вину на одного только Макнамару, однако известно, что начальники штабов пытались переговорить с Джонсоном, используя неофициальные пути, но президент недвусмысленно дал им понять, что хочет обо всем узнавать через Макнамару. Джонсон разговаривал только со своими советниками, поэтому его решения принесли ему краткосрочный политический успех и последующее тяжелое поражение в войне. Идеализированная иерархия отомстила за свое создание: неверно оценивающая ситуацию группа единодушно выдавала неверные решения, а выстроенная вертикаль стала идеальным барьером для поступления информации наверх. Как заключил Макмастер, с ноября 1963-го по июль 1964 г. Джонсон, «почти не отдавая себе в этом отчета, принимал важные решения, из-за которых США оказались втянутыми в войну».
Прошло 40 лет, и нежелание Дональда Рамсфельда прислушиваться к несогласным чуть не погубило силы союзников в Ираке. Да, стратегия оказалась плоха, но куда хуже было то, что Рамсфельд не давал улучшить ее. Книга Макмастера вскрыла неспособность высшего эшелона военных властей США извлекать хоть какие-нибудь уроки из своих ошибок. Казалось, за эти годы там так ничего и не изменилось.
5. Урок Таль-Афара
Для США ситуация в Ираке стала меняться за несколько месяцев до кровавых событий в Хадите и печально известной пресс-конференции Дональда Рамсфельда.
Первые проблески успеха стали заметны весной 2005 г. в городе Таль-Афар. Это древний иракский город с населением четверть миллиона человек, расположенный у границы с Сирией. Силы США неоднократно вытесняли из него боевиков, но стоило американцам уйти, как они возвращались. К концу 2004 г. Таль-Афар, и без того слывший прибежищем контрабандистов, превратился в оплот суннитских экстремистов и базу для прибывающих из Сирии иностранных боевиков, которых там вооружали, обучали и отправляли в разные районы Ирака для борьбы с шиитами, войсками союзников и коллаборационистами.
К этому времени значительная часть армии США в Ираке располагалась в пунктах передового базирования, так называемых ФОБах (F.O.B. – forward operating base), своеобразных базах-крепостях. Некоторые из этих баз занимали такую огромную площадь, что для передвижения солдат использовались автобусы, ходившие по расписанию. На базе военнослужащим обеспечивалось довольное комфортное существование: там были кафе-мороженое «Баскин Роббинс», кинотеатры, бассейны и даже магазины, в которых можно было купить бытовую технику. Симметричное расположение бетонных коробок на таких базах порадовало бы любого современного архитектора, да и в тактическом смысле такая упорядоченность оправдывала себя: расположенные посреди пустыни, они были неприступны для разрозненных групп боевиков. Солдаты на базах вели жизнь столь размеренную, что к ним быстро приклеилось прозвище «ФОБбиты», а один капитан как-то мрачно пошутил: «Мы здесь сидим для того, чтобы охранять идущие на север грузовики с мороженым». Другими словами, американская стратегия в Ираке переродилась в стратегию избежания потерь в живой силе. Но, честно говоря, для этого проще было бы просто вывести войска в штат Колорадо или Техас.
Один из экспертов по борьбе с терроризмом назвал редкие вылазки на бронетехнике из таких баз «экскурсиями в ад». В ходе этих «экскурсий» американские военные могли разве что прочесывать такие города, как Таль-Афар, в надежде на то, что им удастся подстрелить пару-тройку «плохих парней». Некоторые из вылазок заканчивались кровавыми бойнями, такими же, как в Хадите. Беда в том, что боевики могли в любой момент спрятать свое оружие и смешаться с толпой. Жители Таль-Афара, конечно, отличили бы их от своих, но для американских солдат все арабы были на одно лицо, а местные помогать им не собирались.
Один из специалистов по антитеррористической деятельности, Джон Нагль, служивший в Ираке с 2003 по 2004 г., быстро понял, что на сотрудничество местных жителей рассчитывать не приходится. В первый день своего пребывания в Ираке майор Нагль отправил одного из капитанов в полицейский участок, чтобы познакомиться с его сотрудниками. Однако, завидев приближающегося американца, полицейские стали выпрыгивать из окон и разбегаться так, словно в подвале здания только что обнаружили взрывное устройство. Нагль подумал, что капитан сделал что-то не так, и на следующий день сам отправился в полицейский участок, но повторилось то же самое. В конце концов Наглю удалось-таки организовать совместное с иракцами патрулирование, но выглядело оно так: впереди шел полицейский, а за ним американский солдат с автоматом, стволом упирающимся тому в спину. Несмотря на весь свой опыт в области антитеррористической деятельности (а Нагль защитил докторскую диссертацию по этой теме в Оксфорде), даже он далеко не сразу понял, почему полиция не хотела сотрудничать с американцами.
Так почему же местное население отказывалось помогать армии США? Проще всего было бы предположить, что в соревновании за симпатии населения американские военные проиграли боевикам. Даже опытные командиры, например генерал Абизаид, который к тому времени уже командовал всеми вооруженными силами США на Ближнем Востоке, считали, что проблема заключается именно в этом и мир не наступит до тех пор, пока американцы не покинут страну, да и то сомнительно, что это произойдет сразу.
Некоторые иракцы действительно ненавидели американцев, однако большинство отказывалось от сотрудничества вовсе не поэтому. Они отказывались сотрудничать из чувства страха. Любой, кто оказал бы содействие американцам во время очередной зачистки, был бы убит сразу, как только солдаты США уйдут. Именно поэтому майор Нагль мог рассчитывать на помощь местных полицейских только под дулом автомата. Именно поэтому иракские учителя вежливо отказывались от установления переписки с американскими школьниками. Риск был слишком велик, даже если предположить, что иракские дети могли бы писать своим американским сверстникам прекрасные письма. Именно поэтому редкие американские зачистки иракских городов не могли никому помочь и не встречали поддержки у населения.
Итак, Таль-Афар оставался оплотом боевиков. Днем его улицы принадлежали суннитам, а ночью на них хозяйничали «эскадроны смерти» полицейских-шиитов. Это была иракская гражданская война в миниатюре.
И именно в такой ситуации предстояло действовать Третьему подразделению армейской разведки, насчитывавшему 3500 человек, которым командовал полковник Х. Вид у него суровый – крепкая мускулистая фигура и бритая наголо голова, но на самом деле это приятный, общительный человек с искрометным чувством юмора и задорной заразительной улыбкой.
У полковника Х завидная репутация. Он командовал американскими танками в знаменитой битве, произошедшей во время Войны в заливе в 1991 г. Кроме того, он известен как человек вдумчивый и умеющий отстаивать свои взгляды. Когда он решил коренным образом изменить ситуацию в Таль-Афаре, он уже понимал, что американская стратегия в Ираке оказалась провальной.
Для того чтобы победить в Таль-Афаре, подчиненные полковника должны были быстро адаптироваться. Еще до того, как они прибыли в Ирак, полковник готовил их к новому месту службы, знакомя с литературой по этой стране. Он не уставал повторять, что солдаты должны относиться к иракцам уважительно, а на учебном плацу в Форт-Карсоне, штат Колорадо, отрабатывал всевозможные сложные ситуации: солдатам предлагалось найти правильную форму поведения с пьяными, с беременными женщинами, с вероятными смертниками, готовыми в любой момент взорвать себя. Все это снимали на видео, а затем обсуждали и разбирали допущенные ошибки. «Каждый раз, когда вы неуважительно относитесь к иракцу, вы действуете на пользу врагу», – говорил полковник своим солдатам.
Прибыв в Таль-Афар, подразделение начало постепенно завоевывать симпатии жителей. Помощники полковника организовывали встречи с представителями местной власти. Они пытались примирить умеренных суннитских националистов с шиитами, преобразовать шиитскую полицию и сделать так, чтобы ее сотрудники представляли весь город, а не отдельные слои населения. Они назначили нового мэра – багдадца, который даже не говорил на местном наречии, но зато и не держал ни на кого зла. Они организовали 29 небольших блокпостов по всему городу. У них не было ни мороженого, ни бассейнов, ни даже регулярного горячего питания. Но подразделение полковника Х решило не сдавать завоеванных позиций, даже несмотря на регулярные нападения боевиков.
