– Кинг Зигмунд набирает войско для вторжения в земли арнов! Не проходите мимо! Пять кредитов наемнику при вступлении в армию и два за каждого убитого врага! Только самые лучшие и кровавые спецэффекты! Не упустите шанс весело провести время и заработать!
Иван равнодушно прошел мимо.
Лиза разбудила в нем чувства. Он сгорал в их пламени, платил за внезапно вспыхнувшую влюбленность смертельным риском.
Пять кредитов его не устраивали. Пропуск в Высший Слой стоил намного больше. Только гонки без правил могли принести необходимую сумму заработка, но в таких состязаниях пилоты флайкаров нередко получали серьезные увечья и даже гибли. Хозяева нелегальных треков каким-то образом умудрялись поднять уровень интерактивности ощущений до небывалых высот – толпы зрителей платили за драйв, за осознание, что каждое столкновение может стать фатальным.
Ивану пока что везло, хотя, что греха таить, он не геройствовал на треке, отрабатывал свои две сотни в десятке аутсайдеров, не претендуя на сомнительную славу победителя.
* * *
– О, привет! – Проводник стоял на углу здания подле знакомого проулка. – Как обычно? В Высший Слой?
– Угу.
– Сто двадцать кредитов.
– Вчера было сто!
– Не хочешь – оставайся тут, – флегматично пожал плечами проводник.
– Кривой у тебя бизнес! Постоянным клиентам скидка полагается!
– Не ори на всю Сеть! И вообще, шел бы сегодня своей дорогой. Слишком нервный. А мне неприятности ни к чему.
– Ладно, забыли, – примирительно обронил Иван, переводя указанную сумму на счет проводника.
Тот молча исчез в подворотне.
Иван увязался за ним, стараясь не отставать. «Каждый раз новый маршрут, – мысленно удивлялся он. – Интересно, как проводники умудряются находить столько «дыр» в системе безопасности?»
Они вошли в подъезд здания. Пока Иван с некоторым брезгливым удивлением осматривал донельзя странные обшарпанные интерьеры, проводник старинным ключом отпер дверь квартиры, поманил за собой, внутрь.
Темная прихожая источала запахи сырости.
– Ну? Куда теперь?
– Назад, как и вошел. Лимит – два часа. Не успеешь вернуться этим же путем – я не виноват. – Аватар проводника растворился в воздухе.
Иван недоуменно пожал плечами, вновь толкнул дверь квартиры, ожидая увидеть все тот же неприглядный подъезд старинного здания, но ошибся.
За дверью располагалось совершенно другое помещение – светлое, с высоким сводчатым потолком и богатой отделкой.
Иван вышел на улицу, осмотрелся.
Ярко светило солнце. Вокруг простирался парк. Он свернул на перекрестке аллей, стараясь не попадаться в поле зрения других аватаров.
Дом, где жила Лиза, располагался на холме. К красивым постройкам вела стилизованная под старину дорога.
Сердце замирало в груди.
После сетевой атаки двухнедельной давности они встречались трижды. Иван терял голову от пламени чувств и желаний, в которых сгорал, а Лиза, будто нарочно, сохраняла дистанцию, не отвергая его юношескую страсть, но и не отдаваясь ей.
Он изо всех сил сдерживал себя, интуитивно понимая: ее хрупкий образ не приемлет грубости, хамства, но первая любовь пылала все жарче, он погибал в инмоде, его мир с каждым днем становился все серее, у́же, и только тут, среди просторов Высшего Слоя, он ненадолго оживал, питая несбыточные надежды.
Сегодня Лиза встретила его на половине пути.
Она материализовалась посреди дороги, протянула руки, коснулась губами его щеки и тут же выскользнула из объятий.
– Пошли, прогуляемся. Неподалеку есть озерко. Там очень красиво. – Ее улыбка сводила с ума.
– Идем. – Он взял ее за руку.
Мысли путались. Где-то произошел сбой, и на миг он выпал в реальность инмода: почувствовал, как движется под ногами беговая дорожка, а вместо прикосновения девушки пальцы сдавливают нановолокна вирткостюма.
Он едва не взвыл от убивающего рассудок контраста.
– Ванек, что случилось? – Лиза отпустила его руку, невольно отступила на шаг, испуганно и вопросительно взглянула.
– Ничего. Извини. Какой-то глюк. – Он мучительно пытался справиться с острыми, нахлынувшими вдруг эмоциями.
– Неинтересно со мной? Ты какой-то нервный сегодня. И аватар у тебя сбоит. – Она оглянулась в сторону холма. – Может, я пойду?
– Нет, прошу, не уходи, все нормально!
– Ну ладно. – Лиза свернула на едва приметную тропинку, вьющуюся среди цветущего кустарника. Терпкие ароматы показались Ивану неприятными, удушливыми, но вскоре заросли остались позади, стежка вывела к заводи.
Лиза, балансируя руками, прошла по узким мосткам, присела на краю, снизу вверх взглянула на Ивана, звонко рассмеялась:
– Ну чего ты весь такой напряженный, скованный?
Иван присел рядом с ней.
– Ты мне очень нравишься.
– Знаю. – Она тяжело вздохнула. – Ты тоже мне нравишься, Ванек.
Он робко обнял ее, коснулся щеки подрагивающими кончиками пальцев.
– Не надо, – попросила Лиза.
– Почему?
– Это все ненастоящее.
Ивана словно током пронзило.
– Мы, наверное, не увидимся больше, – грустно сказала Лиза. – Помнишь Глеба?
– Угу. – Он ни на секунду не забывал о недавнем инциденте.
– Он видел нас вместе. Позавчера. Сообщил, гад, в сетевую полицию. И отцу моему нажаловался.
– У тебя неприятности?! – Иван напрягся.
– Нет, мне они ничего не сделают. Но отец очень разозлился. Знаешь, я бы очень хотела встретиться с тобой в реале. По-настоящему. Но ты в инмоде, а я… – Она грустно улыбнулась, сложила ладони лодочкой, дунула на них, и в воздухе появились цифры, серой змейкой скользнули в кибстек Ивана. – Мой номер. В реале. Позвони, если когда-нибудь выберешься из инмода.
– Лиза, почему?! Почему мы не можем…
Она ласково закрыла его губы поцелуем.
– Потому что ты мне нравишься. Очень нравишься. А это, – она окинула взглядом кромку берега, кустарник, деревья, – это подделка. Я сыта по горло фальшивой жизнью. Не хочу ее. И наших встреч не хочу. Из них ничего не выйдет.
– Лиза, подожди!
– Иван, не надо. Не хочу иллюзий. Мне противны прикосновения тактильных нановолокон. Позвони, если вырвешься, – повторила она. – Я дам тебе подсказку на прощание: мой отец сделал огромное состояние на миграциях промышленного тумана.
Миг, и она исчезла. Просто растворилась в воздухе.
* * *
Первая любовь. Она повергает нас в пропасть неведомых ранее ощущений, неодолимых желаний, иллюзий, надежд, обжигает, как пламя, лишает рассудок права голоса, заставляя совершать безумные поступки.
Кто из нас не прошел через это?
Свой двадцатый день рождения Иван Стожаров встретил в инмоде.
Адский огонь пожирал его изнутри.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
