Впрочем, отметим самое главное: ни возникновение, ни утрату харизмы не стоит считать ни чем-то благотворным, ни чем-то вредным. Харизма сопротивляется попыткам оценить ее в категориях «хорошо» или «плохо». Харизматическое влияние хорошо к месту, но бывают и случаи, когда оно совершенно неуместно и даже приводит к трагедиям.
В этой книге мы поговорим и о тех лидерах, которых харизма в конечном итоге сгубила, и о тех, кого она привела к вершинам власти и успеха. Мы выясним, что такое харизматический миф, как он возникает и рушится, как лидеры-харизматики ставят механизмы мифотворчества себе на службу и как они допускают промахи.
Поскольку любая харизматическая фигура – неизбежный продукт мифотворчества, в остальных главах этой книги мы рассмотрим отдельные элементы харизматического мифа.
1. Особые психологические качества.
2. Особая картина мира и особое отношение к себе и к людям.
3. Наличие миссии и склонность к борьбе.
4. Особое происхождение и прошлое.
5. Особая внешность.
6. Уникальный образ и необычные способности.
7. Ореол тайны и загадки.
8. Особая позиция лидера и его способность создавать ритуалы.
Мы разберемся, в чем заключаются эти составляющие мифа, увидим, как по-разному они могут проявляться, и, наконец, выясним, как из этих составляющих складывается цельная мифологическая картина фигуры харизматического лидера. Элементы харизматического мифа мы, разумеется, будем обсуждать, обращаясь к жизнеописаниям выдающихся харизматиков прошлого и настоящего. А затем посмотрим, кому из них удалось создать долговечный миф, вошедший в историю человечества.
Глава 3. Психология лидера
Харизма – это не судьба, она не предопределена заранее. Влияния может добиться и властный, решительный человек, и неуверенный, комплексующий, сомневающийся в себе. Харизматическим лидером может быть и открытая, экстравертная личность, и замкнутый, молчаливый интроверт. Человек, склонный к исследованиям и открытиям, и человек действия.
Рациональный, склонный к компромиссам Барак Обама, тщеславный, жаждущий власти оппортунист Бенито Муссолини, ранимый диктатор Стив Джобс, любитель роскоши и женщин Сильвио Берлускони. Кажется, между ними нет почти ничего общего. Но мы уже знаем ответ: объединяет этих – и многих других – харизматических лидеров тот эффект, который возникает, когда они управляют своей аудиторией. У каждого харизматика свои предпосылки и свой подход к влиянию. А конечный результат один – власть, способность влиять, авторитет.
Харизматичная личность может страдать (или наслаждаться) глубокими внутренними противоречиями. В 1930 году вышестоящее начальство давало офицеру Георгию Жукову такую характеристику: «Сильной воли. Решительный. Обладает богатой инициативой и умело применяет ее на деле. Дисциплинирован. Требователен и в своих требованиях настойчив».
Однако незадолго до составления этой характеристики будущий маршал, один из полководцев, выигравших Вторую мировую, получил выговор «за пьянство и неразборчивость в связях с женщинами». В продолжительные отношения с женщинами Жуков вступал четырежды (у него было четыре дочери), а в непродолжительные, видимо, куда чаще. Сослуживцы характеризовали его не вполне лицеприятно: «По характеру немного суховат и недостаточно чуток. Обладает значительной долей упрямства. Болезненно самолюбив». Звучали и другие формулировки: «вражеские методы в воспитании кадров», «безудержная тяга к стяжательству», «человек, опустившийся в политическом и моральном отношении».
Подложили ли эти противоречия – независимо от того, насколько они соответствуют действительности, – мину под харизму Жукова? Едва ли. Возможно, даже укрепили ее. Неслучайно Сталин, воспользовавшись «трофейным делом», снял Жукова с высоких постов: скорее всего, видел в нем сильного лидера и возможного соперника. Но Жукова помнили и после смерти Сталина вновь вернули к руководству армией. А затем опять отправили в опалу и даже ограничили свободу передвижения. Несмотря на это, Жуков оставался народным героем, легендарным военачальником. На похороны его собрались огромные толпы.
При всем разнообразии лидеров-харизматиков можно выделить качества, которые довольно часто встречаются у таких людей. Хотя, разумеется, не бывает реальных лидеров, вылепленных по такому шаблону. Каждый харизматик – это уникальная личность и уникальная судьба.
Лидер и свобода
Одно из качеств, без которых харизма едва ли мыслима, – это значительная внутренняя свобода. Харизматики не только видят мир по-своему, но и освобождают себя от некоторых ограничений, с которыми другие люди покорно соглашаются. Харизматический лидер позволяет себе изобретать собственные цели, а не принимать те, что навязывает общество.
Давление доминирующей культуры заставляет большинство людей желать того же, что есть у других: «Роллс-Ройс», дача, яхта, жена-модель и так далее. Этот конформизм исследовал социолог и психолог Эрих Фромм в своих книгах «Бегство от свободы» и «Человек для самого себя». Фромм писал, что капитализм освободил человека от личной несвободы Средневековья. Но многие индивиды так и не поняли, что с этой свободой делать – чем занять свое свободное время, как ориентироваться в мире резко расширившихся возможностей, как принимать решения, если выбор так велик.
Новая экономическая формация, по Фромму, задала фундаментальный внутренний конфликт. Потенциально свобода каждого человека велика, почти безгранична. Но, с другой стороны, та же экономика, что задает этот потенциал, готовит большинство людей к роли незначительного элемента в индустриальной машине. И для этого винтика свобода – уже обременение, груз неудовлетворенных желаний. Она отвлекает и бередит душу, она требует усилий и готовности к неизвестному. И в результате многие люди бегут от себя, не говорят себе правды, у них развиваются неврозы и другие расстройства. И они приходят к выводу, что от этой нежеланной свободы лучше вообще отказаться. Вручить ее кому-то другому, который будет решать за них.
Харизматический лидер – на другой стороне этого уравнения. Он как раз из тех, кому конформисты вручают свою свободу. Почему? А потому, что он свой собственный конфликт между внутренней свободой и внутренним рабством разрешил в пользу свободы. Он может желать того, чего способны желать немногие, прокладывать путь, который обычному человеку покажется фантастикой или безумием. Хотя это не значит, что от яхты и «Роллс-Ройса» он откажется.
