— Должно быть, это воздух Вата, — тихо сказала Рут. — Он и сам, без всякой воды, исцелит любую хворь. Не правда ли, мистер Мортон?
— Именно так, именно так! — Его лицо прояснилось. — О, дорогая миссис Прайс, все мои надежды я возлагаю на то, что Редфорды знают мисс Ренфрю и что они окажутся там.
— Не беспокойтесь об этом, — сказала Рут. — Если их там не окажется, я, не ожидая официального представления, просто попытаюсь подойти к ней и начать разговор. Ведь это так естественно для любопытной женщины — желать поболтать с кем-то, кто ей пришелся по нраву. Я вам скажу, сэр, пусть мисс Ренфрю и богатая наследница, но вы ведь тоже достаточно значительная особа.
Нистер Мортон даже слегка заважничал от такого комплимента, тотчас принявшись подтверждать значительность своей особы:
— Должен вам сказать, миссис Прайс, что мой батюшка нажил свое состояние в Индии. Ны переехали туда почти сразу после ее завоевания. Само собой, Нартлесхейм-Хауз был одной из наиболее роскошных резиденций в Уилтшире, но даже это…
— Постойте, как же вы попали в Хартфордшир, если, как вы говорите, ваш фамильный дом в Уилтшире? — спросила Рут.
Нистер Мортон сконфузился.
— Мой брат обиделся на то, что отец, разделив состояние между нами поровну, дом завещал одному мне. Брат после этого меня невзлюбил и порвал все отношения со мной… ну и я почел за благо удалиться оттуда. Тем более что моя вторая жена родом из Сент-Ол — банса.
— Я не знала, что вы дважды вдовец!
— Увы, — печально сказал мистер Мортон. — Моя первая жена умерла родами. Наш первенец родился мертвым.
— Простите, — тихо произнесла Рут. — Вам, наверное, тяжело об этом вспоминать.
Мистер Мортон взглянул на нее с легким удивлением.
— С тех пор прошло уже тридцать лет. Если бы в гостиной не висел ее портрет, я бы почти поверил, что этого вообще никогда не случалось. Она была такая красивая, так любила меня… Знаете ли, миссис Прайс, мы с вами в чем-то похожи. Мы оба потеряли в юности своих любимых.
Рут смотрела себе под ноги, так и не придумав, что ответить.
«Памп-Рум» был, как обычно, переполнен, но Редфордов нигде не было видно. Мистер Мортон выискивал взглядом еще кого-нибудь из знакомых, кто мог бы их представить. Но он слишком давно не приезжал в Бат, и знакомых у него здесь заметно по-убавилось.
— Не волнуйтесь, — сказала Рут. — Главное, что миссис Ренфрю со своей матерью здесь. И не забывайте, что вы значительная особа и что, представляясь им, вы оказываете честь этому семейству.
— Дорогая моя миссис Прайс, что бы я без вас делал? — восхищенно прошептал мистер Мортон. — Вот теперь я совершенно не сомневаюсь, что они будут гордиться знакомством со мной.
Рут взглянула на старика, беспокоясь, как бы тот не переусердствовал, желая казаться значительным, но в это время они приблизились к мисс и миссис Ренфрю.
Действительно, завязать с ними знакомство оказалось делом совсем не трудным. В Бате очень хорошо знали Чарльза Морто-на — красивого молодого человека, про которого к тому же поговаривали, что он унаследует значительное состояние. Никто не придавал никакого значения ограничениям, связанным с его правами наследования, равно как и его репутации распутника и гуляки.
— Это моя дочь, Кора. А это моя кузина, мисс Эмили Ньюком, — церемонно представила своих родственниц миссис Ренфрю. — Мой муж, к несчастью, умер пять лет назад. С тех пор мисс Ньюком стала для меня верным другом и величайшей опорой в жизни.
Мисс Ньюком состроила улыбку, призванную изобразить, с одной стороны, благодарность миссис Ренфрю за похвалы в ее адрес, а с другой — собственную непоколебимую уверенность в том, что никакой похвалы недостаточно, чтобы передать все ее достоинства. В ответ Рут тоже улыбнулась ей, продемонстрировав новым знакомым великолепные белые зубы. Но при всем том ни искорки подлинного чувства не вспыхнуло на ее лице.
— Весьма рада нашему знакомству.
Рут произнесла это столь теплым и непринужденным тоном, что все забыли о дерзости, с которой эти двое представили себя сами. Безупречные манеры Рут приобрела давно, еще в те времена, когда пастор, ее батюшка, был жив и занимался воспитанием дочери. Так что никто из присутствующих и мысли не допустил бы, что она едва ли не впервые вышла в свет.
— Это мой первый визит в Бат, так что знакомых у меня пока очень мало, — продолжала она. — Но как удивительно приятно знакомиться с новыми людьми, не правда ли?
Миссис Ренфрю улыбнулась и проворковала:
— Вы смело можете присоединить нас к числу ваших новых друзей, дорогая миссис Прайс.
Рут с улыбкой поблагодарила миссис Ренфрю за приятные слова и села рядом с Корой, надеясь, что мистер Мортон сумеет расположить к себе и занять приятной беседой двух пожилых леди.
— Мне кажется, вы часто бываете в Бате, — сказала она Коре. — Должно быть, вы здесь всех хорошо знаете.
— Надеюсь, что так, миссис Прайс. — Девушка говорила очень неуверенно.
Красотой Кора явно не блистала, но ее даже можно было бы назвать хорошенькой, если бы не стеснительность, которая все портила, заставляя девушку сутулиться и двигаться несколько неуклюже. К тому же сейчас она очень волновалась, поскольку не знала Рут и не знала, о чем с ней говорить. Но сама Рут прекрасно умела расположить к себе человека, особенно такую молоденькую девушку.
— Я просто в восторге, но все еще чувствую себя немного чужой в этой галерее, да и вообще в городе, — призналась Рут. — Мы приехали только два дня назад. Последние несколько лет я жила очень уединенно. Возможно, мисс Ренфрю, вы найдете время показать мне некоторые достопримечательности Бата?
— Я буду очень рада, миссис Прайс, — сказала Кора, став немного увереннее в себе от того, что почувствовала расположение и доверие Рут.
Следующие несколько минут молодые леди обменивались оживленными замечаниями и маленькими тайнами. Беседа сопровождалась озорными взглядами Рут и хихиканьем прикрывшейся веером из перьев Коры.
Несмотря на то что Рут стремилась завоевать доверие Коры в своих личных целях, ей не пришлось изобретать изощренных ловушек, чтобы вызвать девушку на откровенность. Рут любила людей, она действительно радовалась новым знакомствам и поэтому легко расположила к себе Кору. И потом, она еще хорошо помнила себя в ее возрасте — возрасте, когда сердце полно ожиданием и надеждами, а глаза смотрят на мир радостно и невинно.
— Вы, должно быть, очень привязаны к вашему кузену. — Кора сама наконец коснулась интересующей Рут темы. — Он ведь прекрасный молодой человек, не так ли?
— Боюсь, что я мало знаю его, — как бы извиняясь, ответила Рут.
