4.1. Рационализм человека Нового времени
B XVI–XVII вв. в Европе сформировался принципиально новый взгляд на мир, место в нем человека, возможности человеческого разума в познании истины и возможности преобразования природы и общества. В философии утвердился классический рационализм, яркими представителями которого были Б. Спиноза, Ф. Бэкон, Р. Декарт, Этих философов объединяла вера в возможности человеческого разума.
Однако в конце XVII в. Дж. Локк, а в XVIII в. Дж, Беркли и Д. Юм указали на границы человеческого разума, определили пределы постижения истины человеком рациональными методами.
Целостные системы, демонстрирующие комплексное знание мира и человека, которые сформулировали Спиноза, Декарт, оказались не до конца подтвержденными, не получили полного обоснования в системе рационального знания. Взгляды на возможности человека, его основные качества, стали постепенно меняться.
Рассмотрим модель человека, предложенную философами XVI–XVII вв., а затем ее критику и дополнения в работах Дж. Локка и Д. Юма.
В работах философов, определивших воззрения на человека «нового времени», проявляется, в отличие от эпохи Ренессанса, тенденция создать схематичное, обобщенное представление о рациональном, «среднем» человеке. Эти философы исследуют свойства обычного, хотя и образованного, но обыкновенного человека не обладающего особыми признаками гениальности, творческим потенциалом. С одной стороны, такой подход возвышал обыкновенного человека, позволяя находить во всех людях признаки, свойственные рационально мыслящему индивиду, ищущему истину, т. е. средний человек выступает как личность в предпосылках этих философов. Стечением времени рационалистическое направление все более продвигалось в сторону создания моделей каждодневного, обыденного поведения человека в самых обычных жизненных ситуациях, установления универсальных законов логики, принятия обоснованных решений, доказательства истины, чего бы эти решения ни касались. В сферу экономики эти законы поведения человека проникли уже в XVII в. Изучение поведения человека в сфере экономики строилось на обоснованных в философии предположениях об общих законах человеческой деятельности.
В этой связи интересно проследить формирование таких основополагающих постулатов:
• рациональность в принятии решений;
• эгоизм как господствующий жизненный принцип;
• стремление к удовлетворению потребностей как главная цель человека.
Исследование сущности богатства общества и путей его преумножения было основано именно на этих предположениях о поведении отдельного индивида. Чем дальше продвигалось исследование богатства общества, тем важнее становились предпосылки естественного поведения человека в области экономики. Рассмотренные постулаты стали основой естественного поведения человека.
Первый постулат (рациональность в принятии решений) покоится на доктрине разума и его роли в деятельности человека. Разум любого человека (не только гения или художника) может познать единые законы движения природы и общества, а также самого себя. Это возможно, так как между земным и небесным никаких различий нет, все управляется естественными законами, они доступны пониманию, и их можно описать математическими формулами. Естественные законы, или законы природы, нейтральны в этическом смысле, но могут быть познаны человеком с помощью разума, так как едины с разумом по своей природе. Вместо этических или религиозных идеалов на место главной ценности в деятельности человека ставится разум, способность познавать истину, а истина, лишившись религиозной, мистической окраски, стала просто означать проверяемый опытом, логикой образ мира.
Вследствие этого перехода к рациональным, разумным законам познания мира изменилась и самооценка человека. Он перестал быть венцом творения и центром вселенной. Средневековая иерархия ценностей, которая отчасти сохранялась для человека Возрождения, стала разрушаться. Это привело к возрастанию активности человека, более агрессивному поведению по отношению к окружающему миру. С одной стороны, человек получил стимул активных действий в принципиальной доктрине о познаваемости мира, с другой – он был должен доказывать себе и миру свое исключительное положение, так как это уже не имело вид религиозных догматов. Наконец, место идеалов истины как спасения, блаженства, счастья заняли идеалы познания, преобразования, достижения большего удовлетворения от деятельности. Человек не может совершенно отказаться от ценностного восприятия мира, поэтому на смену одним идеалам обязательно приходят другие, более соответствующие современным доктринам и целям деятельности.
Эгоизм (второй основополагающий постулат) как главный принцип деятельности человека Нового времени сформировался под влиянием доктрины разума, Он покоится на рациональном представлении об этике, моральной природе человека. С XVII в. развилось и укрепилось употребление специального термина «мораль», «моральный» как названия сферы научной и практической деятельности, которая не связана с религией, правом или эстетикой[43].
Исследователи этой сферы, чаще всего философы, пытались обосновать нравственные правила поведения человека, исходя из доктрины разума, общим рациональным подходом к природе и обществу. Это привело к появлению новой модели человека, который следует правилам нравственности, исходя из собственной выгоды, полагая, что эти правила создадут ему условия для благополучного существования. Следовательно, нравственность была включена в общую систему удовлетворения потребностей, достижения благосостояния. Этот аспект особенно ярко проявился у философов, которые соприкасались с экономическими проблемами (Д. Локк, Б. Мандевиль, Б. Франклин, Д. Юм). Такое толкование этики представляется более гуманным, чем чисто религиозное. Оно не навязывает человеку норм морали, которые находятся вне его собственных потребностей, интересов. Такая мораль ориентирована на достижение счастья отдельным индивидом за счет его собственных усилий. В отличие от эпохи Возрождения толкование природы человека становится более демократичным. Если для философов и общественных деятелей XIV–XV вв. толкование природы человека включало явно завышенные требования к его творческому потенциалу, то теперь все больше имеется в виду самый обычный средний человек с его потребностями, желаниями и страстями. Толкования природы человека ориентируются на реально существующего обывателя, а не на образец творца, гения и т. д.
Между тем современные исследователи (обзор в книге A. Maкинтайра), сравнивая этические постулаты Декарта, Локка, Юма, Дидро, замечают, что данные постулаты, связывающие этические принципы с основными эмоциями и желаниями человека, не могут стать полноценной заменой религиозной этики. В любой религиозной этике (Аристотеля, Платона, Фомы Аквинского, других христианских деятелей) главным звеном всех рассуждений была внеличностная абсолютная цель, определявшая истинную сущность человека. Эта цель являлась объективным и последним критерием всех нравственных норм, определяющих путь совершенствования конкретного человека. Особенно ярко и отчетливо эти нормы и их объективный характер представлены в учении Фомы Аквинского.
Отказ от религиозного обоснования этики и введение принципа разума уничтожили эту цель. Человек следует своей природе инстинктивно, ему не нужно совершенствоваться. Если последовательно развить данный постулат, то становится ясно, что наиболее моральными должны считаться «естественные люди», не испорченные ложными, надуманными общественными нормами и предрассудками. Их поведение в наибольшей степени соответствовало бы как природе, так и разуму. В крайнем своем выражении эти взгляды проявились у Дидро, Руссо, Вольтера. Однако в первоначальной стадии развития философии Нового времени мораль еще опиралась на религиозные нормы – как католические (Декарт), так и протестантские или близкие к ним (Локк, Паскаль). Эти нормы являются для философов традиционными, усвоенными с детства, не подлежащими обсуждению. Им только находят новое, более рациональное обоснование, показывают, что их исполнение не противоречит природе и разуму, но их не опровергают и не подвергают сомнению. Такой подход согласуется и с традиционным поведением человека этой эпохи. Однако многие энергичные люди (Генрих VII, его сын Генрих VIII, Ф. Бэкон, Елизавета Тюдор, ее приближенные, У. Рейли, Ф. Дрейк, Кромвель и его соратники), поняли, что новая этика вполне освобождает их от внутренних ограничений в действиях. Они никогда не каялись в своих поступках (в отличие от Ивана Грозного), достигая вполне рациональных успехов и благополучия. Не было у них и особых, выдающихся талантов, они не были гениальными (как многие деятели эпохи Возрождения или Ф. Сидни и его окружение). Основные «подвиги» многие деятели наступающей эпохи совершали на ниве казнокрадства, присвоения добычи от пиратства (вернее, каперства), межевания земель. Возникает «встречное движение»: правители, дают образцы свободного следования своим интересам, не обладая сверхъестественными способностями, а обыватели освобождаются от сакрального, мифологического восприятия власти, короля, церкви и воспринимают рациональный взгляд на общество, экономику и мораль[44].
