Ушла я совсем иной девушкой, чем та, что полчаса назад переступила порог кабинета хозяина дома.
Я чувствовала себя опустошённой, к глазам подступили слёзы. Мир рушился. Да, я представляла, что меня ждут унижения и подчинение, но реальность оказалась жёстче. В ней не было смысла в борьбе и сломленной воле, героизме и самопожертвовании, моя судьба — быть рабыней равнодушного хозяина. Он явно не собирался воспользоваться мной, как женщиной, а значит, моё присутствие в этом доме напрасно. Дальше кухни, комнат для прислуги и гостиной меня не пустят, никакими планами не поделятся.
С одной стороны, это радовало. А с другой… Я чувствовала себя товаром не первого сорта, который приобретают из жалости или чтобы отвязаться от навязчивого продавца. Дома поклонники осыпали меня комплиментами и восхищались красотой волос, которые так оттеняли белоснежный тон кожи, походкой и годеливой осанкой.
Здесь же мне дали понять, что я недостойная, из варварского племени с отсталыми обычаями и верованиями. Конечно, людоволки более развиты в плане всяких бытовых мелочей. У них даже есть постоянный доступ к воде, которую не надо греть перед купанием. Но это не значит, что наша магия и алтарные камни — пережиток бессильного прошлого. И я собиралась в скором времени это доказать. Ему и, прежде всего, себе самой.
Глава 8
Рэв стоял у окна, подставив разгоряченное лицо вечернему ветру, и злился. Подобное чувство он уже испытывал. Давно, будучи молодым волком, он как-то раз долго преследовал крупного оленя и в конце концов загнал обезумевшую жертву до белой пены. Олень упал замертво, украв у охотника чувство полной победы.
Сейчас Рэв злился на Ясмину, занимавшуюся распределением вновь прибывших девушек. Это она сладкоголосыми речами уговорила его пойти навстречу Совету Стаи и явиться на отбор в этом году. Как-то же до этого обходились без его присутствия?
Злился волк и на выбранную девушку, которую вынужденно ввёл в свой дом. Она раздражала его высокомерными речами и пафосными глупостями. А сколько гордости во взгляде, такая спину гнуть не станет, пока не запугаешь! Словно правда была на её стороне. Можно подумать, она приехала сюда как хозяйка или уважаемая гостья! От этой девчонки, державшейся со спокойным достоинством королевы, жди неприятностей и склок в собственном доме.
Да и осторожность не повредит. Прибывшая из земель побеждённого врага не так проста, как хочет казаться. Теперь придётся тщательнее шифровать послания наместникам в другие города, а лучше совсем забрать дешифратор на работу. В каждом из поверженных городов тлеет зерно заговора. Конечно, эти смешные тайные общества с их игрушечными тактиками и стратегиями давно известны Совету, и не разгоняют их только потому, что так легче контролировать заговорщиков. Пусть древние расы обманываются иллюзией возврата к прошлому, не понимая, что их падение было предрешено задолго до прихода в Дольний мир новых сильных и могущественных видов.
Асейе лучше вообще не показывать новую служанку: снова заведёт разговор о том, что ей давно пора переехать в этот дом на правах хозяйки и упрекнёт Рэва в нерешительности.
Ему нравилась подруга и при других обстоятельствах, не будь он так уверен в собственном бесплодии, уступил бы её просьбам и намёкам на свадебный обряд. Та же Ясмина и все целители в голос утверждали, что при переходе через портал произошли сбои в работе организма и скоро всё восстановится, но с тех пор минуло пятьдесят лет, а их волчицы беременели всё реже и рожали слабое потомство. В отличие от местных девок, будто впитавших все соки этой поганой земли!
Храмер как-то обмолвился о делах, разбираемых целителями: мол, за полукровками будущее. Рэв отказывался это признавать и считал глупым мифом. Ведь если его друг прав, то им придётся жить и создавать семьи с местными женщинами, а не со своими волчицами. Следующие поколения волков не будут такими же, как рождённые от чистой крови.
Однако, как показали два минувших года практики давно позабытого обряда Плодородия, в течение которых появились на свет новые сильные особи, смешение родов было на пользу Волкодлакам.
В дверь тихонько постучали.
— Кто там скребётся? — раздражённо спросил Рэв, не поворачивая головы.
— Это я, хозяин, — послышался голос Боаны. Она умела казаться незаметной и незаменимой, была верна ему лично и приютившему их с супругом дому.
Рэв оглянулся и посмотрел на экономку. Женщина, как обычно, стояла, опустив голову в знак почтения, хотя он давно разрешил ей оставить эти формальности, когда поблизости нет чужих глаз и ушей.
— Что тебе? К приходу веры Асейи всё подготовлено?
— Да, хозяин. Ужин будет подан в малую гостиную, слуг я отправила по своим комнатам. Вам точно не будет нужна моя помощь?
Рэв кивнул и перевёл разговор на другую тему:
— Лучше скажи, как тебе новенькая?
— Леонтина? Мне показалось, что она хорошая воспитанная девушка. Бедняжка очень боится.
— Боана, ты помнишь, что вы с Томасом бежали от таких, как она? Разве чистота крови оправдывает смерти на алтарном камне? Или оргии без смысла и цели?
Рэв снова почувствовал себя охотником, учуявшим близкий запах лакомой добычи.
— Она не виновата… — начала было экономка, но поймав взгляд хозяина, пробормотала, поклонившись: — А впрочем, вы как всегда правы, хозяин. Магия, применяемая без контроля, только портит эту землю и развращает всех живущих на ней. Отнимает у судьбы право на естественный ход вещей.
Рэв довольно улыбнулся и чуть расслабился, отпустив наполнявшую его после встречи с черноволосой девкой ярость.
— Надолго она не задержится, но, боюсь, пока девушка здесь, у тебя прибавится забот. Приставь к ней надежных слуг, есть у тебя кто на примете?
Боана на секунду задумалась и уверенно кивнула:
— Сделаем, не беспокойтесь. Дом ей нельзя покидать, а уж здесь проследить легко. Она и так всем, как бельмо на глазу.
— Это только на пять дней. Её наверняка изберут для обряда Плодородия. Ступай, мне надо поработать.
Рэв подошёл к столу и сел в кресло. Здесь он чувствовал себя защищённым, закрытым в скорлупе трудолюбия и хладнокровия, которую не смогли пробить ни одна из его женщин.
— Позволите, хозяин? — замялась Боана почти у самой двери.
— Что такое?
Рэв был недоволен вторжением в мысли, направленные в привычное рабочее русло. Надо было ещё раз посмотреть многостраничный договор с огнедышащими союзниками по минувшей войне. Пора вносить кое-какие поправки и договориться об общем управлении. Разделение Илиоса на два лагеря дольше продолжаться не может, это чревато столкновением интересов и новой войной, которая истощит обе стороны на радость завоёванным расам.
— Если можно, оставьте Леонтину для себя. За два года из тех девушек, кто прошел через обряд Плодородия, мало кто роды пережил. Жалко её: красивая, молодая, образованная и, видно, не дурочка. А что строптива, так она просто боится вас. Если вы дадите добро, я её постепенно подготовлю.
Боана замолчала и вопросительно посмотрела на Рэва.
— Иди уже, я сам разберусь, кого и для чего мне оставить, — ответил тот с внешним спокойствием и проводил глазами экономку, пока за ней не закрылась дверь. Потом с досадой отшвырнул перо и снова подошёл к окну.
Вечерняя свежесть охлаждала голову и остужала мысли. Слова экономки нашли отклик в глубине души Рэва, и это его взбесило. Как будто он и без неё не знал, как следует действовать в таких случаях! Переговорить с Ясминой, обронить слово друзьям в Совете, и дело сделано. Про девушку все забудут, вычеркнут из списков, лазари отнесут её пробы крови как неподходящие для обряда. И всё!
Девушка поступает в его полное распоряжение. Навсегда. Кровь древних рас связана невидимыми нитями с этим миром, на такой почве может и прорасти чужеродное семя. Вдруг это его шанс на отцовство?
