Читаем без скачивания Лад Посадский и компания: Дела торговые, дела заморские - Михаил Русанов-Ливенцов

— Да не томите вы меня! — взмолился Лад. Лоб его покрылся испариной от дум тревожных, и жалость сердце кольнула — больны старики! Что же делать теперь?

— Сперва побывали вы у Девы Песков. Она сама вас нашла, когда вы помирали от жажды посреди пустыни Хасары. Так как ей вы были обязаны жизнью, она, нечисть проклятая, хотела вас при себе оставить навсегда. Но тут гоблин, Сэр Тумак то есть, посоветовал тебе вспомнить слова Сичкаря... Тут я не понимаю в чем дело. Ты что, с главной нечистью встречался перед дорогой? Неосмотрительно, да-а, неосмотрительно... Так вот, вспомнил ты что-то и предложил Деве Песков сыграть в игру, которую она еще не знала. И она согласилась. В ее-то годы!!! Больно старуха на новизну падкая оказалась... Сэр Тумак вспомнил, что довелось ему однажды присутствовать на игре, в которую играли урки одесские в Фан-Сранциско. Называлась игра та «бура». Что урки одесские в Фан-Сранциско делали, гоблин не сказал.

— А я спрашивал? — усомнился Лад, проглатывая навернувшуюся слюну. Про урок он никогда не слыхал, как, впрочем, и про город Фан-Сранциско.

— Спрашивал, — Седобород подсел к столу и выпил вина.

Лад сдерживал себя, успокаивал, но слюна, будь она неладна, мелкой пеной наползала на язык.

— Так вот, — продолжал Комер-сан, — Сэр Тумак сыграл с Девой Песков в буру и выиграл. До того игра понравилась старухе, что она тут же предложила считать итог игры недействительным, и сыграть еще раз. Справедливость ее довода была подкреплена демонстрацией дыбы, на которой растягивали какого-то демоненка, и котлом с кипящим маслом, в котором кипели неизвестные вам представители пустынной нечисти. Тогда вы признали справедливость ее претензий, и гоблин сыграл с ней еще раз... И так было шестьдесят пять раз подряд. Ушло на это три дня. И ни разу Дева Песков гоблина не обыграла. По твоим словам выходило так, что причина этого кроется в длинных волосатых руках гоблина, только почему, ни я, ни Седобород так и не поняли. За три дня вы отыграли свои жизни, свое барахло торговое, свободу смерти (не знаю, кто тебя об этом просил?!), голубей заговорных, почтовых, две телеги серебра чеканного, стол бильярдный, шило, которое в мешке не утаишь, кота в мешке, мешок пыльный, еще одно шило, которое меняется на мыло, и итайскую вазу династии Сам-Чай-Пей, за что спасибо тебе огромное.

— Почему? — удивился Лад.

— Из письма твоего следовало, что даришь ты эту вазу дивную мне, — Комер-сан позволил себе улыбнуться довольно. — Она стоит в моей спальне. Редкая вещь, красоты необычайной...

— Постой, — перебил учителя Лад. — Как же все эти вещи в Посад попали? Ведь мы только что вернулись!

— Ты всё, что попадалось вам в руки, отправлял в Посад с пыльными демонами. Они любое огромное расстояние сжимают до нескольких десятков метров. Подковы, которыми они лошадей подковывают, делают дорогу быстрее. Это связано как-то с законами физики...

— Это я знаю.

— Откуда? Ты же ничего не помнишь!

— Я помню, как мы выехали из Посада, как встретили пыльных демонов и гоблина, потом... Потом мы пили пиво, была ночь... а утром оказались около врат посадских... Значит, я всё посылал в Посад?

— Да.

— И много послал?

Лицо Комер-сана приобрело деловое выражение.

— Много. После вычетов купцам, которые обоз собирали, десятой части совету Посада, десятой части самому Посаду, одного процента мне за ученичество и после равного дележа между всеми участниками экспедиции всего оставшегося, выходит так, что стал ты одним из крупнейших купцов во всех землях посадских!

Лад дрожащей рукой схватил бокал хрустальный (очень редко Комер-сан выставлял посуду такую гостям), и одним залпом выпил содержимое. Потом оттер пот со лба.

— Правда? — спросил он у Седоборода. Тот кивнул.

— Ну дела! — Лад не мог прийти в себя. Вчера отправлялся он в поход дальний не бедным купцом, но всё же не богатым. А сегодня утром оказался богаче самых богатейших! — Мне нужно время всё это осмыслить... Что же было дальше?

— Когда?

— После Девы Песков.

— Вы отправились в Итай.

— В Итай? Почему в Итай?!

— Кроме тебя никто не знает. Известно лишь, что Дева Песков настаивала на том, чтобы вы отправились во Франзонию, главную страну Союза Приозерского. Но ты повел обоз в Итай. Там вы столкнулись с разбойниками. Это были беглые самраи. И Яром с Пустолобом доказали в битве той, что не зря Посад кормит дружину. Потом встретились вы с купцом итайским Стен Великим. Ты имел с ним долгую беседу наедине. После чего обоз тронулся во Франзонию. Из Итая ты отправил три телеги товара — шелка, бронза, семена каких-то цветов. Мы с Седобородом таких никогда не видели, хотя Седобород стар, а я сам родом из Итая. По дороге Донд дважды спасал твою жизнь от тайных заговорщиков. Кто они, почему хотели лишить тебя жизни, кто дал им такой наказ — неизвестно.

— Думаю, это были они. — Седобород дернул волос из бороды и обмотал им палец.

— Кто «они»?

— Те, кто перемены затеял. — Он многозначительно посмотрел на Комер-сана.

— Во Франзонии, — продолжал Комер-сан, — вас обвинили в неуважении к обычаям страны. Причиной тому послужил не сдержанный язык Ярома. Но Наковальня выручил. Он одержал победу в единоборстве, очень популярном во Франзонии и известном как бои без правил. Бои те полулегальные, их организацией занимаются представители людей Мафии, и Донд помог в переговорах с ними. Ставкой в бою стала ваша свобода. Против Наковальни вышел боец, известный в тех краях — Щас Вам Как Дам... Наковальне удалось уложить его лишь с третьей попытки... Донд тайно сделал ставку на Наковальню, и вы выиграли почти сто тысяч «хевро»! Деньги немалые...

— Я их тоже в Посад послал?

— Конечно. Они находятся в конторе М. Уолта... После боя того зауважали вас во Франзонии. Торговля ваша пошла в гору. Из твоих писем стало нам известно, что там тоже обеспокоены переменами грядущими, но сути всей никто не знал. Обманула вас Дева Песков, отомстила за проигрыш гоблину... Из Франзонии вы отправились на поиски могилы великого путешественника Улисса. Что вас на это подвигло, ты не сообщаешь. Единственно, о чем ты пишешь, так это о встрече с Ролоссом Кодосским. Много неприятностей доставил вам этот мерзкий тип... Думаю, шпионил он за вами... Сначала прибился к вашему обозу, затем выпил всё пиво Сэра Тумака, потом поссорил Ярома и Донда, наплел Пустолобу, что он самый гениальный полководец всех времен и народов. Это Пустолоб-то!!! После чего обозвал его, гнус презренный, генералиссимусом! И никто на него управу не мог найти. По доброте душевной ты приказал не трогать карлика. Да только он, прихвостень нечисти, выгоды стал искать собственной от вашего хорошего расположения. Так вам надоел, что вы только повода искали избавиться от него. Выручил опять-таки Наковальня. Однажды он надел на Ролосса Кодосского чан медный, который придавил карлу к земле, да так и оставил на ночь. После этого случая заскучал Ролосс с вами, а через три дня и вовсе исчез... Должен сказать тебе, Лад, что из всех врагов ваших он больше всего возмутил люд посадский. Такого зануду еще поискать надо... Могилу Улисса вы не нашли. Зато побывали в Ольбии Туманной. Именно там тебе стало известно о сути перемен. Именно в главном посаде Ольбийском — Донлоне, на родине Сэра Тумака, ты узнал, откуда они идут и что несут миру. Из Ольбии Туманной было последнее твое письмо. Вот так.

— Странно всё это. — Лад запустил ладонь в седые кудри. — О неизвестном поведал ты. Ничего подобного не знаю я. Что скажите, мудрые, о делах таких?

— А что тут говорить? — Седобород поднялся из-за стола. — Добра ты послал в Посад много, так что с этой стороны поход твой удачен был. Наука Комер-сана впрок тебе пошла. Что же касается перемен... думаю, беспамятство твое сильно связано с ними. Будем ждать.

— Чего? — не понял Лад.

— Когда пройдет амнезия.

Лад сплюнул, Комер-сан укоризненно покачал головой.

— Вот что, Лад, нам с Седобородом еще поговорить надо. А ты ступай на праздник, повеселись. Но сперва в дом свой новый загляни.

— ?!

— Это моя затея, — нехотя признал Седобород. — Подумал я, что негоже купцу богатому без собственных хором жить, вот и выстроили мастера посадские тебе дом. — Седобород закашлял и снова метнул взгляд быстрый на Комер-сана.

— Вот что, говорите всё, как есть, — не выдержал Лад. — Чую я, скрываете вы что-то. Итак, что еще меня ждет?

— Так, мелочи... — Комер-сан пригубил вино и уставился в окно резное. — Надо бы тебе зайти еще к М. Уолту, он даст тебе отчет обо всех твоих богатствах. И... — Лад с нетерпением ждал продолжения.

— И с женой своей поговори! — резко сказал Седобород. — Больно вредная она у тебя. Везде нос свой сунуть норовит! Ох, и натерпелись мы от нее!!!

— К М. Уолту зайду, а жена... Ты же знаешь, Седобород, бабы народ странный... ЖЕНА?! — Глаза Лада на лоб полезли. — КАКАЯ ЖЕНА?!!!

— В этом-то и вся загвоздка. С четвертым обозом из Франзонии послал ты в Посад девицу молодую. Она показала совету посадскому грамоту, написанную тобой, где утверждалось, что девица сия, именем Гадина, есть жена твоя по законам франзонским. Жена так жена, решили мы. Сначала я приютил ее, да только больше недели сил моих не хватило сносить характер ее вздорный! Потом Седобород пригласил ее. Но он выдержал лишь три дня.