Читаем без скачивания Леденящее пламя - Джуд Деверо

— Я уже, говорила вам, — сказала она, — я выдавала себя за сестру и поэтому вела себя так, как, я полагала, она ведет себя с мужчиной, которого любит. Я не думала, что буду наказана за то, что оказалась хорошей актрисой.

Рид поднял одну бровь:

— Полагаю, ни одна актриса не заводит свою роль столь далеко.

— И я не позволю, чтобы ты или кто-то другой марал имя Хьюстон, — закричал Дункан. — Она не поступила бы, как ты. Она — честная девушка.

— А я нет, по-вашему? — спросила Блейр, разрываясь между слезами и гневом.

— Порядочная женщина не…

— Я услышал все, что хотел, — произнес Ли, выступая вперед. — Оставьте нас, пожалуйста, с Блейр наедине.

Блейр хотела возразить, что она не хочет быть с ним наедине, но, может, он не будет кричать на нее, как все остальные.

— Налить тебе шерри? — спросил Ли, когда они остались одни.

— Пожалуйста, — ответила она, беря стакан дрожащими руками.

Он нахмурился, заметив это:

— Я и не представлял, насколько он ужасен. Хьюстон говорила мне, но я не мог вообразить себе и половины.

Блейр с благодарностью выпила вино, надеясь, что оно успокоит ее нервы.

— Если ты не думал, что он настолько плох, почему ты прибегнул к его помощи в осуществлении своего абсурдного плана?

— Я использовал ту возможность, которую имел.

Я подумал — и был прав, — что, если я пойду к тебе один, ты засмеешься мне в лицо.

— Сейчас я не смеюсь.

— Хорошо, будем считать это улаженным. Приглашения печатаются, и нужно только изменить имя Хьюстон на твое.

Блейр вскочила со стула:

— Из всех слышанных мною глупостей эта — самая ужасная. Ты что, не слышишь? Я не хочу выходить за тебя. Я ни на минуту не хочу задерживаться в этом жутком городе. Я хочу домой и хочу, чтобы моя сестра получила назад своего жениха. Что мне сказать, чтобы вы все поняли? Я хочу домой!

Вопреки всем своим стараниям, она упала на стул, закрыла лицо руками и разрыдалась.

— Он прав, — плакала она, — я погубила жизнь Хьюстон.

Ли встал перед ней на колени и нежно убрал ее ладони от лица.

— Разве ты не понимаешь? Я хочу жениться на тебе, а не на Хьюстон.

Она посмотрела на него, ощутила его теплое прикосновение на своих запястьях и задумалась, но, прежде чем смогла заставить себя поверить, встала и подошла к окну.

— Ты принадлежишь моей сестре. Она мечтала стать твоей женой с детства. У нее целый сундук белья с вышитыми переплетенными инициалами «Л» и «X». Она никогда не хотела быть никем другим — только миссис Лиандер Вестфилд. Она любит тебя, разве ты не знаешь? А я люблю медицину. С двенадцати лет медицина стала для меня жизнью, а теперь я добилась интернатуры, и я хочу получить ее, выйти замуж за Алана и быть счастливой всю жизнь.

Ли переменился в лице и выпрямился:

— Алан? А кто это, черт возьми?

— С тех пор как я вернулась сюда, никто не спросил меня о моей жизни в Пенсильвании. Гейтс кричит, что я безнравственна, мама только сидит и шьет, Хьюстон проводит время, заказывая новые платья, а ты… ты стоишь тут и отдаешь мне приказания.

Выражение лица Ли переменилось несколько раз.

— Кто это Алан?

— Мужчина, с которым я помолвлена. Мужчина, которого я люблю. Мужчина, который через два дня приедет в Чандлер, чтобы познакомиться с моей семьей и сказать им, что он почтет за честь жениться на мне.

. — Я прошу этой чести.

— Я уверена, что ты влюбился в меня из-за одной только ночи.

К ее удивлению, Лиандер ничего на это не ответил. Он поигрывал ножом для бумаги на столе.

— А что', если я заставлю тебя захотеть выйти замуж за меня? Что, если через две недели ты захочешь пойти со мной к алтарю?

— У тебя нет ни малейшего шанса, что это случится. Скоро здесь будет Алан, и, кроме того, я тебе сказала, ты принадлежишь Хьюстон.

— Да? — спросил он, в мгновенье ока пересек комнату и обнял Блейр.

Его поцелуй почти лишил ее чувств, как и прошлой ночью, когда она играла роль сестры. Когда он отпустил ее, она почувствовала, что ослабла.

— А теперь скажи, что у меня нет ни одного шанса, — он отошел от нее. — А тебе не приходило в голову, что Алан может отказаться от тебя после того, как ты объяснишь, почему твое имя стоит на приглашениях?

— Он не такой. Он все понимает.

— Что ж, посмотрим, насколько он все понимающий человек. Через две недели ты выйдешь за меня замуж, и тебе лучше привыкнуть к этой мысли.

Кое-как Блейр удалось сохранить спокойствие, пока мистер Гейтс не привел ее домой — и здесь она увидела лицо Хьюстон. Ее сестра выглядела так, словно ничто в жизни больше не имело для нее значения.

Блейр так беспокоилась о будущем Хьюстон, была настолько уверена, что едет с Лиандером единственно для того, чтобы убедиться, что сестре будет с ним хорошо. Но добилась лишь того, что разрушила это будущее.

Блейр умоляла сестру ответить ей, но Хьюстон отказалась с ней разговаривать, и, даже когда Блейр расплакалась, Хьюстон не смягчилась.

Мистер Гейтс загнал Блейр в ее комнату на третьем этаже и запер дверь на ключ. Даже когда подошла Опал, хотевшая поговорить с дочерью, Гейтс не пустил ее.

Блейр долго сидела в темноте. Она уже не могла плакать, потому что плакала весь день и часть ночи. Теперь нужно подумать, как выбраться из этой неприятности. Она не собиралась позволить силой оставить ее в городе или выйти замуж за человека, чьей женой она не хотела становиться, и у нее не было намерения отказываться от интернатуры в больнице св. Иосифа.

Она сидела тихо, пока в доме не умолкли все звуки. Тогда она подошла к окну. Ребенком ей удавалось спуститься отсюда на землю по длинным, извилистым ветвям старого вяза, росшего у восточной стены дома. Если она прыгнет, она сможет ухватиться за самую большую ветку, а если она промахнется… Ей не хотелось думать об этом.

Она поспешно уложила в мягкую сумку кое-что из одежды и бросила ее на землю. Немного подождала, не поднимется ли тревога. Так, пока все идет хорошо. Кажется, никто ничего не услышал. Блейр надела юбку-брюки и залезла на подоконник, держась за него одной рукой, а другую вытянула насколько возможно. Она смогла дотянуться до ветвей деревьев. Она знала, что у нее нет другого способа добраться до дерева, как только прыгнуть. Блейр собралась и, с силой оттолкнувшись, одним большим прыжком достигла дерева и уцепилась за одну из ветвей.

Она висела, слыша легкое потрескивание дерева. Ей понадобилось несколько попыток, чтобы обхватить ветку ногами, прежде чем ее руки совсем ослабли. Прилагая все силы, работая руками и ногами, чувствуя при этом шероховатости и неровности коры, она смогла передвинуться к стволу. Здесь Блейр дала себе короткую передышку и начала спускаться.

Добравшись наконец до земли, она оглянулась на дом, ощущая себя победительницей. Ее не могут принудить находиться там, где она не хочет.

Звук слева заставил Блейр круто повернуться. Зажглась спичка, и ее пламя осветило лицо Лиандера — он подносил спичку к сигаре.

— Помочь донести вещи? — осведомился он, взглянув на Блейр.

— Что ты здесь делаешь?

— Охраняю то, что мне кажется моим, — ответил он, улыбаясь.

— И ты был здесь, когда я боролась за свою жизнь на вершине дерева?

— Ну, не совсем на вершине, и мне не показалось, что тебе грозила реальная опасность. Кто научил тебя так лазать по деревьям?

— Уж, конечно, не ты. В детстве ты был слишком занят спасением жизней, чтобы научиться лазать по деревьям, как все мальчишки.

— Какое странное у тебя обо мне представление. Даже не знаю откуда. А теперь, если ты закончила свои ночные упражнения, я предлагаю вернуться назад в дом. После вас, миледи, — сказал он, делая легкий поклон в сторону дерева.

— У меня нет намерения возвращаться в этот дом.

Скоро поезд на Денвер, и я уеду.

— Нет, если я скажу Гейтсу. Я уверен, что он погонится за тобой с винтовкой.

— Ты этого не сделаешь!

— Не забывай, что именно я начал все это. Я не собираюсь позволить тебе покинуть Чандлер ни сейчас, ни потом.

— Кажется, я начинаю ненавидеть тебя. , — Прошлой ночью ты меня не ненавидела, — мягко произнес он. — Ты хочешь, чтобы я снова продемонстрировал тебе, как сильно ты меня ненавидишь, или хочешь, чтобы я помог вернуться тебе в будуар?

Блейр сжала зубы. Должен же он когда-нибудь спать, и, когда это случится, она будет наготове.

— Перестань смотреть на меня так, будто я подан тебе на завтрак. Пойдем!

Он ухватился за нижнюю ветку, подтянулся и протянул ей руку. Она нашла некоторое удовлетворение в том, что почти не помогала ему, и Лиандеру пришлось принять ее, как мертвый груз.

Когда они добрались до крыши, он помог ей забраться в окно, нагнулся вперед и прошептал:

— А как насчет прощального поцелуя? Чуть улыбнувшись, Блейр потянулась к нему, словно намереваясь поцеловать, но в последнюю минуту захлопнула окно, и Лиандеру пришлось отскочить, чтобы не прищемить пальцы. По ту сторону стекла Блейр собрала губы трубочкой, как для поцелуя, и тут же опустила занавеску.