и производства бытовой электроники дают гипотезу, которая может быть продуктивно исследована в последующих примерах:
круги компенсации являются функцией международной изоляции и высокого уровня регулирования. Из этого следует, что по мере снижения воздействия этих переменных круги компенсации сами будут снижать свою значимость, улучшая перспективы глобализации. Проверим это предположение на примерах таких японских фирм, работающих в глобализированных секторах за пределами Японии, как SoftBank, Daikin, Unicharm и Rakuten[55].
Эвристическая ценность и последствия для политики
Последующие главы изобилуют конкретными приложениями концепции кругов компенсации, а также подробной оценкой существенных политических последствий, которые необычная значимость этого социально-политического явления в Японии имеет как для профилей японского роста, так и для связей Японии с остальным миром. Достаточно сказать, что круги компенсации встречаются практически во всех сферах жизни Японии, начиная с сельского хозяйства и заканчивая транспортом, финансами и производством. Связь между финансовыми отношениями и земельной политикой, которую поддерживает Япония, позволила стране в годы высоких темпов экономического роста реализовать амбициозную, но рискованную стратегию «инвестируй, а затем экономь». Концепция кругов компенсации имеет дополнительную эвристическую ценность для объяснения неторговой стороны японской политической экономии, где глобальные рыночные силы, естественно, менее значимы, чем при непосредственном участии Японии в международной торговле.
Круги компенсации повышают стабильность человеческих отношений и одновременно усиливают парохиализм. В краткосрочной перспективе они могут препятствовать экономической эффективности, так как распыляют риск неспособности одного из своих членов ответить на внешний вызов. Однако в долгосрочной перспективе круги также делают более осуществимыми мегапроекты — гигантские предприятия, от огромных сталелитейных заводов до атомных электростанций и высокоскоростного транспорта. Многие из этих мегапроектов в противном случае не смогли бы быть легко реализованы, хотя они, вероятно, способствуют социальному прогрессу в целом.
Круги компенсации по своей сути привлекательны для своих членов, не в последнюю очередь с экономической точки зрения, поскольку они интернализируют выгоды от сотрудничества и снижают транзакционные издержки. За счет социального сотрудничества между членами круги повышают цены на производство и распределение выше уровней, которые преобладали бы в случае более широкой рыночной конкуренции, и снижают необходимость обращаться к посторонним за информацией и другими ценными ресурсами. И наоборот, круги экстернализируют издержки своего существования, создавая более высокие цены или больший дефицит для других. Таким образом, именно не входящие в круги аутсайдеры — как иностранные, так и отечественные, — которые не имеют к кругам прямого отношения, в конечном итоге покрывают большую часть краткосрочных издержек, связанных с исключительными привилегиями. Однако долгосрочные издержки неадекватной конкуренции и потока информации, такие как низкий уровень инноваций в ответ на изменения окружающей среды, могут в конечном итоге оказаться губительными и для инсайдеров.
Выводы
Японская политическая экономия демонстрирует парадоксальное поведение в своих моделях экономического роста и реакции на глобализацию. Она быстро развивалась в 1950-х, 1960-х и начале 1970-х годов, но с начала 1990-х по многим параметрам находится в состоянии стагнации. Концепция кругов компенсации представляет собой потенциально важный инструмент для оценки и объяснения этих парадоксальных, на первый взгляд, противоречивых результатов. При этом она помогает нам понять и объяснить некоторые из наиболее характерных и значимых аспектов японского поведения, используя концепцию, имеющую потенциальное применение и в других странах мира. Казуальные наблюдения имеют особую эвристическую ценность для понимания опыта развития позднеиндустриальных КРЭ в континентальной Европе, Южном конусе Южной Америки, Турции, Индии и Корее, а также Японии.
Круги компенсации имеют пять определяющих признаков. Они имеют четко определенный набор членов, который можно расширять. Взаимодействие между членами круга носит итерационный характер. Круг распределяет ресурсы внутри себя, экстернализируя затраты, которые должны быть поглощены теми, кто членами круга не являются. Таким образом, круги по своей сути являются замкнутыми и консервативными в своем реагировании на внешние силы.
Круги компенсации действительно способствуют стабильности и преемственности. Однако они также порождают сопротивление реформам и могут препятствовать структурным изменениям — даже там, где адаптация крайне необходима в качестве ответа на угрожающие внешние события. Как конкретно круги компенсации формируют ответ Японии на возникающие политические вызовы и, следовательно, более широкую жизнеспособность и роль Японии в мировых делах — вот вопросы, к которым мы сейчас обратимся.
Глава 3
Политическая экономия взаимосвязанности
В следующем обзоре и шести главах, посвященных отдельным секторам, представлены конкретные способы регулирования и внутренней организации ключевых социально-экономических секторов Японии, а также влияние такой организации на функционирование этих областей политической экономии. Мы последовательно рассматриваем, как устроены финансовый, земельный и жилищный, сельскохозяйственный, энергетический, транспортный и коммуникационный секторы, уделяя особое внимание тому, как изменения в финансовой сфере трансформируют всю систему в целом[56]. Эти примеры выбраны потому, что они являются ключевыми неиндустриальными каналами, через которые японская экономика взаимодействует с миром, и определяют тем самым ее реакцию на глобализацию. Особое предпочтение отдается вопросам финансовой и земельной политики, поскольку их синергетическая взаимосвязь позволила проводить экспансионистскую политику «инвестируй, затем экономь» в годы высоких темпов экономического роста[57]; кроме того, они были главными вкладчиками экономики Японии «потерянного десятилетия» 1990-х годов и далее. Действительно, в конечном итоге дисфункциональные сети, связывающие банки, политику и недвижимость, подорвали инновационный стратегический капитализм в годы высоких темпов экономического роста и препятствовали глобализации Японии в последующие десятилетия.
Прежде чем приступить к микроанализу конкретных секторов, важно понять на более общем уровне, почему такая субнациональная взаимосвязанность имеет значение. Нам также необходимо уяснить, какую функциональную роль играет эта взаимосвязанность как для секторов, которые мы рассматриваем конкретно, так и для японской политической экономии вообще. В целом значимость кругов компенсации в важных областях, которые мы рассматриваем, имела и продолжает иметь судьбоносные последствия как для японской глобализации, так и для ее долгосрочного национального экономического роста.
Многие аналитики подчеркивают ярко выраженную внутреннюю взаимосвязанность — целостный, холистический характер — японского общества, см., напр., [Abegglen 1958; Aoki 1988; Calder 1988а, 1993; Dore 1986; Okimoto 1989; Samuels 1987; Schaede 2000]. Для описания этого связующего качества на макроуровне были разработаны и используются такие понятия, как Япония, Инкорпорейтед и кооперативный капитализм, а на микроуровне — J-фирма. Аналитики также неоднократно подчеркивали, что для понимания того, как в действительности функционируют социальные сети внутри Японии и в отношениях Японии с остальным миром, очень важно понять, как в реальности работает политическая экономия.
Критическая важность секторальных связей
Меньше внимания аналитики уделяют тому, почему взаимосвязанность имеет значение в Японии, где это значение — наибольшее, как социальные, политические и экономические связи между ключевыми секторами развивались с течением
