И с этими словами он покинул мою спальню, а потом и дом, оставив меня одну.
А я, решив, что на сегодня с меня хватит, упала на кровать и мгновенно уснула.
…Кто сказал, что если ты устал до демонят, тебе ничего не приснится? Дайте этому лжецу лопатой между ушей!
Сначала я шла по лесу, заваленному снегом по самую макушку. Мою, естественно. Проваливаясь и ругаясь во весь голос, я скорее плыла, чем шла. Зачем я шла, и что меня ждало в конце этого поистине трудного пути, я не знала. Но упрямо продолжала барахтаться в снегу. Он холодными иголками залезал мне под плащ, в сапоги, рот, уши, нос… я тонула в этом белом холоде, зарываясь все глубже, пока снежный покров не сомкнулся над моей головой.
Что-то крепко схватило меня за лодыжку и я взвизгнула, пиная неведомого хватателя и пытаясь вынырнуть.
Потом чья-то рука ударила меня по спине.
Я лихорадочно пыталась выбраться, загребая снег руками и изо всех сил пытаясь вдохнуть, отталкивалась от мерзлой земли, но скоро поняла, что под ногами ничего нет.
И я падаю в голодную бездну, полную тягучей тьмы.
Кажется, я закричала во все горло, зовя на помощь своих верных слуг, но мне никто не ответил и никто не пришел.
Я была совершенно одна.
Кажется, я разревелась от отчаяния. Во сне.
А потом обнаружила себя дрожащей от озноба на полу, а мои щеки были мокрыми от настоящих слез.
Хмуро посмотрев за окно, я заключила, что проспала совсем немного: было все еще светло. Даже сумерки не наступили.
А впечатлений столько, что на неделю хватит! Меня трясло так, будто я по-настоящему искупалась в сугробе, а в горле першило. Я кричала и наяву.
И наяву меня тоже никто не услышал. К сожалению, зомби не беспокоится о хозяине. Зомби не утешит. Это всего лишь мертвое тело без души.
Надо привести себя в порядок. После такого кошмара снова ложиться спать не хотелось совершенно. Ну его. Надо выдохнуть и прийти в себя.
Крикнув Хильде, чтобы она несла мне завтрак, который ужин, и приказав Харите приготовить теплую ванную и желательно прямо в спальне, я стащила с себя всю одежду подошла к зеркалу и начала придирчиво разглядывать свое тело. Потому что ощущения мне не нравились.
На спине красовался синяк. И я даже пожалела, что он не в форме чьей-то руки. Так было бы интереснее… загадочнее, по-живому. Но создавалось впечатление, что я просто во сне попрыгала по спальне, потом шибанулась спиной об косяк и разревелась.
Демоны, да я наяву не так интересно время провожу!
Это все из-за Дага и его дурацкого поведения. Я ведь так хорошо жила! Спокойно…
Когда ванная была готова, я не медля окунулась в горячую воду с головой, спасаясь от озноба. Настроение было препаршивое, и как его поднять, я не представляла. Утреннее происшествие с Дагом оставило горький привкус. Как будто мне дали вкусный леденец, дали лизнуть, а потом отобрали, не дав толком распробовать.
Зачем этот гад появился в моей жизни? Зачем добровольно обрек себя на проклятие? Зачем устраивал эту проверку?
Я прекрасно понимала, что когда он придет, не смогу его прогнать. Просто потому что он живой.
Потому что рядом с ним я тоже начинаю чувствовать себя живой. И пусть, когда он уходит, мне становится еще хуже, оно того стоит.
Быть живой.
Хотя бы ненадолго.
Очень ненадолго! Потому что я лично его убью! Прямо сейчас!
— Ты совсем сдурел?! — я забултыхалась в ванной, пытаясь прикрыться.
Даг, впрочем, осознал свою ошибку и сразу отвернулся, но я уже успела наглотаться воды. И не только через рот.
— Это я удачно заглянул, — хмыкнул он, с интересом разглядывая рисунок на портьерах.
Ах, удачно? Где моя лопата? Сейчас я точно не оплошаю и врежу ему так, что мозгов не останется!
— Какого Падшего ты тут делаешь? — взвизгнула я, теряя последние остатки контроля. Честное слово, я была готова бежать за оружием в чем мать родила! Потому что это уже слишком!
— Ну я же обещал, что приду, — продолжая блуждать взглядом по комнате, ответил этот паразит.
— Завтра!
— Кхм… ну так оно наступило…
— В смысле?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Это я что, проспала весь день и всю ночь? Странно тогда, что во сне я только в сугробе успела утонуть…
— Смотрю, кто-то выспался? — захихикал Даг. — А я вот похвастаться таким не могу… Не мог заснуть всю ночь.
— Совесть замучила? — сидеть в ванной голышом при постороннем мужчине и при этом язвить было странно.
— Ага… а точнее тоска великая.
— Слушай ты, тоскующий придурок, может, ты все-таки выйдешь?
— Зачем? — поднял брови он.
— Затем, что мне надо одеться! — вспылила я.
— Тебе и так идет…
Нет, я сейчас его точно убью!
Видимо, он все-таки подглядывал. Или просто перевел взгляд на мое лицо. И, очевидно, узрев высшую степень моего озверения, решил, что пока издевательств хватит.
— Я тебя в гостиной подожду, — неожиданно покладисто сказал он и вышел из спальни.
Убедившись, что он не подглядывает в щелочку, я выскочила из ванны, натянула первый попавшийся халат и бросилась следом, намереваясь все-таки огреть бесцеремонного нахала лопатой.
Не очень сильно.
Потому что сейчас я испытывала стыд, злость, ярость, смущение и еще кучу всяких эмоций, включая даже некоторую радость от встречи.
Потому что я чувствовала себя живой.
И, Падший меня забери, мне это нравилось.
Очень нравилось!
Наглый начальник обнаружился в столовой, где Хильда уже успела накрыть для меня стол. Завтракать я собиралась одна, второго прибора, как и тарелки, не было, но Дага это совершенно не смутило. Когда я зашла, он уже уминал хрустящую булочку с маслом и запивал ее кофе.
Мою булочку он запивал моим кофе!
— Я тебя сейчас опять лопатой огрею, — честно говоря, мне было уже все равно. Я даже не рассердилась особо. После того, как он завалился в мою спальню в момент, когда я принимала там ванную, пожирание моего завтрака уже не казалось чем-то из ряда вон выходящим.
— Да ладно тебе, зачем повторяться? — хмыкнул нахал. — Можешь огреть меня чем-нибудь другим. Сковородкой, например…
— Спасибо за идею, — убедившись, что халат скрывает все, что нужно (хотя, какая разница, все равно же этот гад успел все рассмотреть!), я выхватила у Дага чашку и с наслаждением допила остатки. — Хильда принеси еще… и вторую чашку.
— Хочешь булочку? — тем временем поинтересовалось это ходячее несчастье.
— Ты в курсе, что ты в моем доме?
— И что?
— А то, что это и так моя булочка! А ты ее съел!
— Еще нет! Смотри, почти половина осталась!
Я вздохнула и села напротив него. Как показал опыт, вести совершенно бессмысленные диалоги мой бывший сокурсник умел бесконечно. Удивительно, но это тоже мне, пожалуй, нравилось. Я давно столько не разговаривала… не считать же диалогом приказы, которые я отдаю мертвым слугам.
Конечно, недавно случился Хидан, еще сохранивший способность говорить, но… в любом случае, с живым разговаривать намного интереснее, чем с тупым зомби, который с каждой минутой теряет последние «живые» привычки. Через пару месяцев Хидан перестанет разговаривать… а его тело потеряет память. Он перестанет «бояться» замкнутых пространств. Да он и сейчас не боится. Просто он умер совсем недавно, поэтому его тело и помнит, что когда-то он страдал клаустрофобией.
Хильда принесла еще одну чашку и разлила нам кофе. Брать вторую булочку я не стала, а решила ограничиться остатками нарезанного яблока и вареным яйцом. А еще мне почему-то жутко хотелось ветчины. Прохладной, из погреба, с прожилками мяса и приправленной специями. Но при Даге я решила не показывать свои кулинарные предпочтения. Он и так дразнится по любому поводу, если узнает, что я без ума от жирного мяса, вообще засмеет.
Хотя… он в любом случае будет надо мной издеваться.
Кажется, это составляет смысл его существования.
— Приятного аппетита, — ядовито сказала я, когда Даг ничтоже сумняшеся вгрызся в очередную булочку. Когда он закашлялся, подавившись, с удовольствием посмотрела на его краснеющую рожу, увидела признаки паники во взгляде и только когда стало ясно, что без меня о не справится сжалилась и, поднявшись, похлопала его по спине.
