«везет-то» на лордов?.. Что ж приступим!
Рассуждая вслух, я параллельно вспоминала классификацию ядов: грибы, растения, химические элементы и заклинания. Перебрав в голове все это, я пришла к выводу, что клинок был заговорен, то есть кто-то очень хотел избавиться от своего противника. Заговоры обычно применялись целенаправленно, на конкретную жертву. Их можно нейтрализовать, если с момента вступления их в силу прошло не более двух часов.
– Надеюсь, я не опоздала, – прошептала я и тут же стала читать заклинание – нейтрализатор. – Анавыка – бусура – кораву – закхем, – я посмотрела на мужчину. Он лежал не подвижно. – Неужели опоздала? Давай, давай, ты сильный у тебя все получится! – уговаривала я.
И вдруг мужчину резко скрутило и стало трясти. Я практически упала на него, не давая биться о землю, чтобы он не повредил себе еще что-нибудь. Через минуту его резко выгнуло, и он затих. Отпустив его, я тут же призвала магию и пустила в организм мужчины. Заклинание подействовало, черные магические нити исчезли. Я стала останавливать кровь и залечивать поврежденные участки. Сколько прошло времени – не знаю. Но очнулась я, когда рана полностью зажила, и мужчина мирно спал.
– Что я и говорила, полностью на нуле, – прошептала я, отодвигаясь от мужчины. На четвереньках подползла к сумке и, положив ее себе под голову, отключилась. Во сне я слышала тихий шелест волн и чувствовала легкое покачивание, как в колыбели. Хорошо!..
* * *
Из царства снов меня вырвал леденящий душу холод. Как бы не старалась я его игнорировать, но организм уже проснулся. И следующая мысль заставила меня открыть глаза: я же уснула на улице! Резко попыталась подняться, но за шею что-то сильно потянуло, и я упала обратно, из горла вырвался хрип. Сон как рукой сняло. Я попыталась потрогать шею и определить, что так ее стягивает? Поднеся руки к горлу, увидела на запястье рук железные обручи и тянущиеся от них цепи. Я была в шоке! С ужасом осмотрела свои руки, опустила глаза на свои ноги. Они тоже были закованы в кандалы. Обуви рядом не было. Рабство!? Паника начала стремительно набирать обороты. Сердце с бешеной скоростью стучало в груди, в носу неприятно защекотало. Хаотично начала рассматривать помещение, в котором нахожусь. Кругом царила темнота. И тут за стеной я услышала тихий шелест волн. Душа ушла в пятки. Заметив небольшую щель в стене, поднялась на колени и заглянула в нее. Солнечный свет обжег глаза, но то, что я увидела, было намного страшнее всякого солнечного света. За стенами было море! Безграничное море! То самое, что сливается на горизонте с небом. Я на корабле! В трюме! В кандалах. С ужасом осела на пол, заставив металлические цепи с грохотом упасть рядом. Я поджала к груди колени и с ужасом смотрела на металлические наручники. О, Великие, чем я вас так прогневала?..
Вдруг, тишину нарушил тихий кашель. Я всмотрелась в темноту. Тихо. Только корабль тихо постанывал на волнах. Но не могло же мне это померещиться?.. И тут послышался со стороны другой звон цепей. Внимательно всмотревшись, я увидела недалеко от себя девушку, также закованную в цепи. Она подняла на меня глаза и глубоко вздохнула. На лице читалась обреченность. Я попыталась подняться, но тяжелые цепи загрохотали. Грохот металла отдавался эхом в моей голове.
– Не шуми, иначе тебя убьют, – тихо прошептала девушка. Я посмотрела на нее. Темные волосы у нее были неаккуратно острижены и спадали на лицо, все тело было в ссадинах и кровоподтеках, а из-под наручников сочилась кровь. Девушка была очень слаба.
– Где мы? Как я сюда попала? – тихо спросила я.
– Мы на борту корабля работорговцев. Тебя принесли сюда не так давно, – ответила девушка.
– Не может быть! Этого не может быть! – перед глазами все поплыло, слезы ручьями полились из глаз. Меня трусило, толи от слез, толи от холода. Я вспомнила о Вороне, который остался там, в Дункане. Что будет с ним?! И слезы с двойной силой брызнули из глаз.
– Поплачь, станет легче. Я на себе проверила и уже не так страшно. Скорее безразлично, – тихо прошептала девушка.
– Это какая-то ошибка! Я не должна быть здесь! Мне нужно назад – в Дункан. Я не могу смириться, мне нужно в Дункан, – сквозь слезы причитала я.
– Все мы здесь не по своей воле. Кого-то перепродали, кого-то просто на улице арестовали. А кто-то оказался не в том месте не в то время, – шепотом произнесла девушка, облокачиваясь о корпус корабля, – Посмотри вокруг, неужели мы все здесь рады своей участи?
И я оглянулась. В трюме находились люди, такие же бедолаги, как и я. Кто-то лежал, кто-то сидел, обреченно опустив голову на колени. И все они с безразличием и отрешенностью взирали в пространство. О, Боги…. Я вытерла щеки рукавом и глубоко вдохнула. Уныние тяжелым камнем повисло в душе.
– Как твое имя? – поинтересовалась девушка.
– Илис, а твое? – шмыгая носом, спросила я.
– Беатрис.
Я вымучено улыбнулась. Но тут над головой раздались тяжелые шаги. Обладатель этих шагов остановился у меня над головой, затем медленно пошел дальше. Похоже, палуба прямо у нас над головами, но что-то не слышно, как работают матросы и другие члены команды.
– Что на этот раз у нас за улов, Мёрд? – раздался приглушенный мужской голос. Шаги снова прошлись у нас над головами и остановились прямо надо мной.
– Да ничего особенного, капитан. Как всегда. Правда, всего две бабы, а остальные мужики, – ответил второй мужской голос.
– Подними их всех на палубу, я хочу посмотреть на них, – скомандовал капитан.
– Есть капитан. Джулиус, открой трюм и выводи всех на палубу, – рявкнул мужчина.
Над головами раздался лязг открывающегося замка, и крышка с грохотом откинулась на палубу. В глаза ударил яркий свет. Народ в трюме застонал.
– А ну вылезай! Живо! Хватит скулить! Вылезай по одному, – крикнул мужчина и в воздухе просвистел свист хлыста.
Народ, звеня цепями, медленно побрел к деревянной лестнице. Беатрис поднялась, цепляясь за деревянный корпус корабля. Я подошла к ней и подставила свое плечо, помогая идти. Она слабо улыбнулась, но помощь не отвергла. Так качаясь из стороны в сторону, мы побрели к выходу. Вслед за мужчинами я и Беатрис поднялись на палубу. Резкий порыв морского ветра чуть не сбил нас с ног. Оглядевшись, я поняла, что мы далеко ушли от берега. До самого горизонта расстилалось спокойное море. Солнце было высоко над нами. Тихий скрип корабельных снастей и не громкий разговор команды, навивал грусть и обреченность.
– О да,
