* * *
МРАМОРНОЕ МОРЕ. ОСТРОВ ХРИСТА. РЕЗИДЕНЦИЯ ИХ ВЕЛИЧЕСТВ. СОВЕЩАНИЕ. 3 сентября 1936 года.
Ольга устало потёрла переносицу. Который раз она проклинала себя за длинный язык. Зачем она так глупо сломала негласный договор там, в лифте проклятом? Да, у неё было множество вопросов к брату. Да, его объяснение было откровенно слабым. Да, нет никакого сомнения в том, что Маша и Саша знают куда больше, чем она. Вон как они переглядываются. Но, накипело.
Накипело.
Да.
Но, кто она такая? Сестра Императора? И что? Имеет право?
Но, слова сказаны. И назад их не вернёшь уже.
Никак.
* * *
МРАМОРНОЕ МОРЕ. ОСТРОВ ХРИСТА. РЕЗИДЕНЦИЯ ИХ ВЕЛИЧЕСТВ. СОВЕЩАНИЕ. 3 сентября 1936 года.
Маша хмуро прокручивала в голове события последних суток. Покушения. Однозначный заговор. Могло ли это быть простой акцией каких-то экстремистов-бомбистов? Нет, почти невероятно.
И выводы из этого всего были очень плохими. Кто-то внутри Империи — предатель. Кто-то ждал итогов покушений и был готов выступить в случае успеха террористов. За два десятка лет сформировалась новая фронда.
Как же не вовремя всё это. И если бы только это.
Шифрограмма из Рима откровенно пугала. Брат Умберто в Африке подцепил какую-то заразу. Высокая температура, беспамятство и всё прочее. Из Италии уже вылетел самолёт в Римскую Центральную Африку. С лучшими докторами Италии. Маша сегодня тоже была занята отправкой лучших врачей Ромеи на помощь брату, но даже диагноз на месте пока не могли толком поставить. Говорят, что похоже на менингит.
Похоже…
Господи, за что ей это всё?
* * *
ВЕЛИКОБРИТАНИЯ. ИСТ-РЕТФОРД. ПОЗИЦИИ ПЯТОЙ АРМИИ DEUTSCHES KAISERLICHES HEER. 4 сентября 1936 года.
Светало.
Генерал Рокоссовский прислушивался к гремящей канонаде. День наступления начался. Ещё несколько десятков минут и войска Нордического союза двинутся вперёд. Двинутся на Шеффилд, Манчестер и Ливерпуль. Они уже пылают от ударов тысяч бомбардировщиков. Войска немцев и голландцев пока в окопах, хотя и в полной готовности. А пока артиллерия Рейха и германо-испанская авиация проламывает британскую оборону. И среди германо-испано-голландских войск немало и русских.
Россия пока не воюет.
Пока.
Официально.
Но и он сам тут не только в качестве наблюдателя.
Битва за Британию вступает в свою самую острую и самую кровавую фазу.
Глава 3
Вооружен — значит предупрежден?
МРАМОРНОЕ МОРЕ. ОСТРОВ ХРИСТА. РЕЗИДЕНЦИЯ ИХ ВЕЛИЧЕСТВ. 5 сентября 1936 года.
Они не были дружны и даже особо близки. С тех пор, как она вышла замуж, они редко виделись. Да и раньше…
Он был вредным мальчишкой. Всегда доставал своих старших сестёр. Любимый жест — растопыренные пальцы над головой и показанный им язык. Мол, он наследник короны, а они просто принцессы. Которых выдадут куда-нибудь замуж с глаз долой. В рамках державных интересов.
За что и был регулярно поколачиваем своими сёстрами. Даже она, Иоланда, нередко отпускала дерзкому и вредному младшему брату затрещину.
Родители ругались на них. Но, что это меняло?
И вот теперь, она, Мария, стала Императрицей Единства. Мафальда стала Царицей Болгарии, а Джованна стала Великой Княгиней Сунгарийской, ожидающей, когда Пантократор Восточных Церквей Михаил Александрович дарует её мужу царскую корону Сунгарии.
А Умберто просто умер…
Какая глупая смерть.
Африка. Менингит.
Диагностировали не вовремя. Плохой уровень медицины. Климат.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Взрослые редко болеют. Детская болезнь. Но взрослые болеют очень тяжело. А тут ещё и практически взрывное течение болезни.
Вот и всё.
Вот и всё…
* * *
МРАМОРНОЕ МОРЕ. ОСТРОВ ХРИСТА. РЕЗИДЕНЦИЯ ИХ ВЕЛИЧЕСТВ. 5 сентября 1936 года.
Господи. Господи-Господи! Как же всё сложно, Господи!
Я очень мало знал Умберто. Больше полагался на мнение и влияние жены, много и часто полагался на тестя, личные встречи с ним были не такими уж и многочисленными, но случилось то, что случилось.
Умер наследник престола Рима. Всё просто и всё очень непросто в то же самое время. Я говорю тут не о человеческих отношениях, не о том, что чувствует Маша, я о том, с чем неизбежно сталкивается правитель. Союзное государство оказалось в неопределённости. Да, у Умби есть трехлетний сын-наследник. Но есть и жена, теперь уже вдова. Беременная третьим ребёнком. Если, конечно, не дай Бог, ничего не случится у неё в связи с нервами. В принципе, есть ещё старшая дочь Мария Пия, но в Италии престол наследуется по мужской линии, так что сейчас трехлетний Виктор Эммануил является первым в очереди на корону. И единственным, если обойтись без киношного живописного хаоса. А, ведь, если с царственным дедом в ближайшее время что-то приключится, то власть в империи перейдёт по факту к регентскому совету во главе с матерью малолетнего императора. А мать у нас — Анна Орлеанская. Ох уж мне эти Орлеаны…
Да, так и ждёшь от них какого-то подвоха. Да, моя дочь Викуся — Императрица Франции и супруга главного Орлеана. Жена главы Дома. И её царственный муж вроде как не дурак. Но его мать — стерва, каких ещё поискать. Его старшая сестра Изабелла — королева Великобритании. Со всеми неожиданными последствиями. Его вторая сестра Франсуаза — императрица Эллинов. Греция, конечно, наш союзник, важнейший союзник на Средиземном море, скажем прямо. Но кто знает этих Орлеанов во главе с их мамой, мать её…
И если Греция наш важнейший союзник, то что тогда говорить об Италии? Ах, Умби-Умби, как же ты умудрился всё так усложнить своей глупой смертью!
Я посмотрел на Машу. Нет, она не рыдала, не заламывала от горя руки. Она просто сидела и глядела куда-то в окно, явно не видя ничего перед собой. О чём она думает? Может и ни о чём. Может обо всём. Не знаю. Лезть ей в душу с глупыми словами сочувствия и утешения я не стал. Сделаю ведь только хуже. Так что я просто сидел в кресле и молчал.
Наконец Маша сказала каким-то бесцветным голосом:
— Мне нужно будет ехать в Рим на похороны.
Киваю.
— Да, поедем вместе.
Ответный кивок. Без оценок и без возражений. Просто кивок.
Похороны. Пока с этим сложно. Всех, кто контактировал с Умберто, тех, кто контактировал с ними, и, реально, всех подряд в городе, посадили под жесткий карантин, а его тело, вероятнее всего, просто кремируют. Но и это, пока неизвестно когда. Разбираются. Не дворник же умер. Так что в Рим мы, конечно, поедем, но пока нет сроков даже ориентировочно.
Конечно, на церемонию соберутся многие. И никакой, даже столь печальный, повод не отменит неизбежное перерастание похоронного обряда в последующий саммит «на полях». А времена сейчас сложные.
Очень.
Немцы и их союзники наступают севернее Шеффилда. Наступают пока с большим трудом и мои аналитики говорят, что, скорее всего, это ложный удар. Хотя бы потому, что союзная авиация усиленно бомбит порт и железнодорожный узел Ливерпуля, а не проламывает войскам путь сквозь укрепления англичан.
Вильгельм III, кстати, готов был у меня купить ещё одну БОМБУ. За любые деньги. И я подозреваю, что именно для Ливерпуля. Основной узел снабжения, как никак. Я пока не дал ответа. По крайней мере вразумительно-однозначного. Потому как я и сам не знал, как правильнее поступить. И не потому что мне было как-то жаль десятков и сотен тысяч гражданских, коими сейчас набит Ливерпуль, хотя и это тоже.
Да, мне нужно опрокинуть Британию до вступления в войну США. Но я и не хочу легкой победы Германии. По крайней мере, не хочу победы без нашего явного и видимого участия. Наши БОМБЫ забудутся быстро, а немецкая пропаганда расскажет, что это были продукты германского научного и технического гения. А мы ведь не ради престижа немцев войну затеяли. Нам нужны свои плюшки.
