мерно жуя лопух, пропустила без попытки сближения. Нынче же именно березовая деревяшка не дала девице вовремя ощутить, что сумка полегчала.
Свитер, обернутый холстиной, мог вероломно перекочевать в чужой мешок, а мог и нечаянно выпасть – ручки у сумки длинные, от донышка к верху она расширяется.
“Напрасно взяла ее нынче, пусть и подходит к платку по цвету…”
Тяжело дыша от бега в старенькой шубе, Арис опять очутилась на рынке. Возле прилавка с мандаринами не было уже ни телеги, ни грузчиков, ни малейших следов свитера на изрядно потоптанном снегу.
Вблизи сугроба на обочине, где Арис выудила мандарин, мостилась лавчонка с рядами варений в глиняных горшочках. Слегка уже растрепанная и безумная, девица метнулась к немолодой торговке, скучно переминавшейся за этой конфитюрной выставкой.
– Доброго дня, тетушка. Не дайте пропасть, скажите, не тут ли сверток с вязаным свитером я обронила?
Торговка улыбнулась ободряюще.
– Не трясись, девица, нашелся твой сверток. Сама ведь это диво вязала?
Арис выдохнула, уняла свои колени и позволила себе даже похорохориться.
– Сама! Интересная идея, правда?
– Вот, точно так он и сказал.
– Кто? – нахмурилась Арис, на сей раз восприняв комплимент без ликования.
– Огромный такой купец, – втолковала торговка, – который твой сверток выхватил из-под самых копыт лошади с мандариновой телегой. Еще бы чуть-чуть и пропала твоя работа. Везучая ты.
– Вязучая, – бездумно поправила девушка обиходной своей остротой, ощущая меж тем дурное предчувствие. – Где же чудом спасенное мое сокровище?
– Спаситель и унес. Просил, коли вернешься, зайти прямо к нему, в большую оружейную лавку на улице Резного листа. Разговор, мол, есть к мастерице.
Везение мастерицы раскрывалось со всей очевидностью.
– Спасибо, тетушка, – пролепетала девица, строя предположения, зачем она чужедомному оружейнику понадобилась. Ни одно по душе ей не пришлось нимало.
– Варенье-то купи, дочка. – торговка стала совать обомлевшей счастливице бурый горшочек с портретом не то малины, не то морошки.
– Давайте, бабушка, – вздохнула Арис, не особенно им интересуясь. – Такое везенье мне еще заедать и заедать.
Дом оружейника меж построек делового квартала было найти так же трудно, как разглядеть самовар среди чашек на столе. Он навис над Арис едва ли не раньше, чем она свернула на улицу Резного листа. Вся спешка сразу позабылась. Ноги делали шаг, глаза находили тысячу поводов задержаться.
Оттягивать стало уже невозможно, когда девица оказалась у крыльца с гигантской дверью и вывеской «ООО: очень острое оружие». Обнаружив, что к порогу добрела, согнувшись почти вдвое, она распрямилась и взялась за чугунную ручку.
– Это вы потеряли свитер? – голос раздался за ее спиной, отчего последняя вновь потеряла треть высоты.
Робко обернувшись, Арис обнаружила мужчину, по габаритам способного соперничать с дверью своей лавки. Богатый зимний кафтан сидел на нем очень ладно, но господин все равно походил на воина в купеческой маскировке. Светлые усы и бородка, принятые у нордических мечников, выправка и мощные кулачища плохо сочетались с его нынешней профессией. Сходу было ясно, что начинал он с другой специальности.
– Я, – выдавила она с трудом и на всякий случай добавила вежливо, – добрый день.
Девица отметила короткие взгляды нескольких прохожих. Зачем он ославил ее растяпой на всю улицу, сообщив о потере свитера гласом трубным? Благо, хоть не юбку вязаную несла, не то вопрос вызвал бы еще больший ажиотаж.
– Я не задержу вас, если отвергнете мое предложение, – трубил между тем оружейник. – Возвращаю вам прежде потерю, чтобы не пеняли мне шантаж.
Сверток с небрежно сложенным свитером перекочевал обратно в мастерицыно владение, отчего она тут же весьма благородно простила ему громогласие.
– А теперь прошу вас уделить мне несколько минут для разговора, – купец приглашающе указал на свою лавку.
Вежливый какой. Он правда думает, что с ним можно полемизировать?
Арис покорилась, и слава ее на этой улице вторично возросла – из окошка напротив излился сугубый интерес одной быстроглазой девицы.
В сенях рачительный хозяин подал гостье маленький тощий веник, как бы намекая, что именно чистота – залог его богатырского здоровья. Снова почему-то пристыженная, та обмела снег с края юбки и валенок, для верности глухо ими потопав.
Просторный торговый зал был ожидаемо увешан оружием. Внимание Арис поймали новенькие шпаги: приходящие на смену тяжелому мечу, они украшались поистине богатыми гардами. Алебарды и специфичные бердыши вдоль правой стены тоже могли показаться любопытными, но жуткого вида моргенштерн не давал забыть, для чего вся эта красота предназначается. Арис невольно содрогнулась и отвела глаза.
За прилавком общался со здоровенным покупателем бойкий молодец, безбородая копия хозяина. Очутившись этом ратном царстве девица испугалась, что богатыри непременно разнюхают про ее скалочку и окончательно поднимут ее на смех.
Левее входа обнаружился проем во второй, еще больший зал, предлагающий стеганые тегиляи, нагрудные панцири и шлемы. Большего она не разглядела, нырнув за своим провожатым в дальнюю дверь.
Они оказались в каком-то великанском кабинете, обустроенном скудно и безо всякого стиля – значение имела только крепость предметов мебели. На столе покоились расходные тетради, а с краю сиротливо жалась чашка с горячим вишневым компотом на квадратной подставке.
Оружейник предложил девице стул и представился:
– Для начала, меня зовут Дарий Сильванович. Как я могу обращаться к вам?
– Арис, – назвалась девица без формального отчества.
Села гостья слишком глубоко, ноги не достали до пола, и она попыталась скрыть это глупое положение юбкой.
– Рад встрече с вами, Арис, – радушничал великан. – Как видите, дело моей жизни связано с оружием. Я прошел много сражений, но обзавелся семьей и увлекся технической стороной вопроса. На меня работают лучшие кузнецы столицы, мы ищем новые способы ковки, свежие формы. Я вооружаю элитные войска империи.
Арис ощутила легкую панику. “Он мне сейчас свой товар сватает? Кто мог рассказать ему о моей жалкой скалочке?”
Купец, впрочем, не ждал ответа, вдохновенно продолжая:
– Однако, главное мое увлечение – не оружие, а защитное вооружение.
На пацифиста он походил довольно мало, но девушка, конечно, не озвучила это соображение.
– Мы куем кольчуги непревзойденной плотности – даже попадание чарованной стрелы им нипочем.
– Впечатляет, – вежливо вставила Арис, решив как-то обозначить свое внимание.
Собеседник так и не сел, продолжая монолог в активном движении. Это было сущим облегчением, ведь воспитанная барышня должна смотреть ему в глаза, а такое испытание требует мужества.
– Я вынужден признать, что мы оказались в тупике, – вдруг завернул он. – Кольчуги тяжелы, как их не чаруй. Маги готовы делать их в разы прочнее, но такая защита все равно не пригодна к носке. Имперский Двор тоже давно ждет защиту от холодного оружия, которую можно будет носить под одеждой, не
