в жертву своих прихотей. Спи на диване, уговорила.
Лицо Юли немного вытянулось от первого удивления, затем она невольно поджала губы, случайно выдавая, что такой расклад ее не слишком радовал.
— Но знай, что я оставлю свободной половину кровати, на случай если передумаешь.
Вальяжная широкая улыбка расползалась по лицу.
Этот раунд он почти выиграл. Но… ПОЧТИ.
— Ладно. Но мы оба слегка не одеты. Тебя не смущает такой факт при соседстве на постели?
— Волновать — волнует, но точно не смущает.
— Это ли не прекрасно? Тогда надо достать дополнительные простыни. Каждый спит под своей.
— Как скажешь, дорогая супруга.
Остаток вечера они провели мирно, попивая газированный праздничный напиток, обсуждая жутко нудную речь регистратора, перекошенные от удивления лица друзей, конфузы резко опьяневших гостей, так же Марк рассказал о каждом незнакомом ей его друге и его паре (если таковая была).
Закрыв плотно шторы, выставив нужную температуру кондиционера… они легли спать.
— Не подглядывай, — просмеялся Марк, скидывая уже высохшее на нем полотенце.
— Ой! — вырвалось, когда Юля быстро отвернулась, увидев уже мелькнувшие ягодицы.
И с упреком добавила:
— Ты хоть бы заранее предупреждал, что Марк младший собирается прогуляться перед сном.
— Можешь повернуться, старая развратница. Я уже лег.
Но она не повернулась, а просто скинула халат и нырнула под простынь.
— Один-один, — полупростонал, полупрорычал Марк.
Юля победно улыбнулась.
Спокойной тебе ночки, муженек.
Темнота комнаты баюкала, прохлада расслабляла напряженное тело, и хоть рядом беспокойно крутился и пыхтел чужой мужчина без трусов под простынёй, усталость победила. Юля провалилась в сон без сновидений.
Глава 8
Настало время последствий свадьбы номер два… В восемь утра на прикроватной тумбочке взревел телефон. Кое-как открыв один глаз, Юля пыталась сообразить, где она и как сюда попала. Сонный мозг очень медленно запускался и не сразу сообразил, что собственно за жуткий звук его разбудил.
— Ответь уже.
Где-то рядом на подушке простонал хриплый низкий голос. Уже хотела было испугаться, но вспомнила…
Точно… Я же вчера замуж вышла.
Пошарив вслепую по поверхности, она, наконец, схватила источник звука. К этому времени вибрация и мелодия прекратились. В пропущенных значилось "Мама". По спине пробежал неприятный холодок. Звонок в такую рань, может что-то случилось? Юля уже хотела нажать "перезвонить", как прилетело смс.
" Доча, я тут пришла на работу, а меня тетя Люда, Зоя Михайловна и Олечка поздравляют с какой-то свадьбой. Ты не хочешь ничего мне объяснить?"
Вот же черт!
— Что там?
На локте поднялся заспанный помятый Марк. Его встревожила ее бледность и явный испуг.
— Мама.
— Что мама?
— Спрашивает, с какой такой свадьбой дочери ее поздравляют.
— А кто-то не предупредил родителей о зяте?
— Можно подумать, ты своим сказал.
— Нет. Но они бы и не поверили, подумали, это розыгрыш.
— Бли-и-и-ин… Что же теперь делать?
Юля застонала, отложила телефон и закрыла лицо подушкой.
— Знакомить тещу и тестя с зятем. Будто это единственная сложность, — хмыкнул Марк и отобрал подушку.
"Мамочка, обещаю перезвонить и все объяснить".
Не успела улететь эта смс, как пришла другая, от Лили.
" Готовься, с нами Гаргона к вам едет".
— Серьезно?! Еще же так рано!!!
— Что такое?
— К нам уже едут. Миша, Лиля… и с ними твоя любимая Лина.
— Прекрасно! — потянувшись и сладко зевнув, он заложил руки за голову и лег поудобнее.
— Ты не хочешь встать? Одеться?
— Зачем? Лина едет не за этим. Тебе не кажется, что разведка тебя предупредила не для того, чтобы ты умылась, почистила зубы и оделась поприличнее?
Немного прикинув, Юля поняла, что он прав. И лучше встретить мерзавку в простынях и удачно голыми. Но не хватало деталей для антуража. Она решительно встала, схватила халат и полотенца и унесла назад в ванную. Забрала со змеевика свои постиранные и единственные трусы, где-то по пути схватила его и небрежно кинула на спинку и подлокотник дивана. Там же на пол она бросила его брюки. Рубашку кинула поближе к постели. И забралась обратно. Они стали ждать.
Крутя в руках телефон, она судорожно пыталась сообразить, что сказать маме. Отца у нее не было. Как не было ни братьев, ни сестер. Всех их заменили ей мама и дедушка. Крохотную однушку, в которой растила дочь, мама стала сдавать, а сама переехала к деду в деревню, когда его парализовало. Устроилась там процедурной медсестрой в поликлинику. И вот… Дочь вышла замуж, а мать и не в курсе. Было стыдно. С одной стороны, что мама не знала о свадьбе единственной дочери, с другой — что она вообще о ней узнала.
Марк безмятежно похрапывал, когда неожиданно сменились с красного на зеленый цвет лампочки замка, и стала поворачиваться ручка двери. Первое, что пришло в голову, — это кинуть телефон и пристроившись к Марку притвориться спящей.
Когда она положила голову и ладонь ему на грудь, он хмыкнул, не просыпаясь и, вытащив одну руку из-за головы, обнял ее за плечи привычным, механическим жестом.
Слышались шаги и перешептывания. Вот хихикает Лиля, что-то воскликнул Миша…
— Да ла-а-адно!
У изножья кровати стояла в позе "сахарницы" Лина. Ее длинные черные волосы были распущены и лаково блестели. Пухлые губы добротно намазаны маслянистым блеском. Зеркальные солнечные очки закрывали половину лица. Ультракороткие шорты больше были похожи на трусы, а из майки торчал кружевной бюстгальтер, из которого вот-вот выпадет грудь. Она жевала жвачку с каким-то приторным фруктовым запахом, который тут же заполнил все пространство.
Марк приоткрыл один глаз.
— Что за невоспитанная горничная врывается утром в
