У Цезаря был конь, звавшийся Борисфен Аланский. Что означало это имя? Был ли конь действительно аланским? Или это следует понимать в переносном смысле — что Борисфен был хорош, как аланский конь? Еще один примечательный императорский конь — знаменитый Инцитат, любимый конь Калигулы, которого император сделал членом сената. О нем известно, что он был серой масти и происходил из Испании.
В латинском языке использовалось много терминов, обозначающих лошадиные масти. Наиболее распространенный — «albus», то есть «белый», реже встречаются его синонимы «albineus» и «candidus». По мнению С. Д. Клейнер, у римлян могла быть градация степени белизны окраса. Вороную масть сначала называли словом «niger», затем «maurus» (дословно «цвета мавра»). Встречаются термины «rufus», «russeus», «poeniceus», «puniceus», «phoenicatus» (рыжий), «flāvus», «florus», «fullus», «faluus» («желтый» — о конской гриве), «badius» (гнедой), «giluus» (бурый), «spadix» (возможно, саврасая или буланая), «glaucus», «canus», «cinereus» (серый), «cerinus» (буланый). Наличие в латинском языке терминов «murinus» (мышастый — лошадь пепельного цвета с черной гривой, хвостом и черным ремнем по спине), «calidus» (с белой отметиной на голове), «petilus» (с белыми ногами), «varius» (пятнистый), «maculosus» (с темными пятнами) и других им подобных говорит о том, что римляне придавали мастям лошадей большое значение.
Глава 4
Кельтский мир
Когда Римская империя на рубеже двух эр находилась на пике своего могущества, в Европе у нее был серьезный противник — многочисленные, хотя и лишенные организационного единства кельтские племена. Во второй половине I тысячелетия до н. э. они населяли большую часть Европы (территория современных Франции, Германии, Бельгии, Чехии, Словакии, Австрии, Швейцарии, Венгрии, Румынии, Пиренейский полуостров, Британские острова) и некоторые регионы Ближнего Востока (Малая Азия). От их пребывания на карте сохранилось много топонимов: Кремона, Верден, Медиоланум (Милан) и другие. Греческие географы называли кельтов в одном ряду с великими народами древности — персами, скифами и ливийцами, однако в действительности кельты не были единым народом. В понятие «кельты» у античных авторов входило много племен — галлы, белги, галаты… Современные ученые делят кельтов на континентальных и островных. К первым относят жителей римской провинции Галлия (современная Франция), кельтиберов (Пиренейский полуостров), лепонтийцев (современная Швейцария) и галатов (Малая Азия). Островными считают жителей Британских островов и римской провинции Арморика (позднее Бретань, современная Франция).
Если судить по археологическим находкам, кельты были искусными ремесленниками — гончарами, металлургами и оружейниками. Высокая значимость лошади в их культуре подтверждается не только отзывами античных авторов, но и археологическими находками. В кельтских захоронениях часто находят детали повозок и конской сбруи. Для западного варианта гальштатской культуры (примерно 900–400 годы до н. э., современная Испания, Франция, Британские острова) характерны четырехколесные повозки и роскошные сбруи с украшениями из бронзы. В некоторых могилах обнаруживают просто пару колес, — видимо, кельты считали этого достаточным для замещения полноразмерного экипажа, который, вероятно, должен был отвезти умершего в страну мертвых. Лошадей, однако, в человеческие захоронения не клали. Исключение составляет захоронение VI века до н. э. в пещере в Бычи скала в Моравии, на восточной окраине зоны расселения кельтских племен. В пещере найдены останки сорока женщин и двух лошадей, все они были убиты и четвертованы. Возможно, это не обычное, рядовое захоронение, а результат особого обряда, принесения в жертву женщин и лошадей с какой-то определенной целью. В доримской Галлии были найдены останки семи лошадей в специфических позах, это захоронение датируется примерно IV веком до н. э. Эти лошади погребены с оружием, причем погнутым или сломанным, что может также указывать на особый характер захоронения.
Основным транспортом кельтского мира была повозка, запряженная лошадьми. На ступицах колес часто изображались спирали — традиционный для кельтов узор. Встречаются и двухколесные повозки, предположительно для скачек, и боевые колесницы, которые могли принадлежать кельтской знати, и изображения всадников на лошадях без седел. В восточном регионе распространения гальштатской культуры (Малая Азия, современная Румыния и Венгрия) в погребениях была найдена лишь одна повозка — и не настоящий экипаж, а десятисантиметровая модель.
Отдельные части кельтской упряжи были бронзовыми, но на колесах были железные ободья, так как железо прочнее бронзы. Что касается удил, то кельты по большей части пользовались удилами из двух сочленений, а на территории Шампани, в Британии и Ирландии в ходу были даже грызла из трех сочленений. Такие конструкции с незначительными модификациями используются уже много веков. Т. Пауэлл отмечает, что эта модель получила распространение благодаря тому, что она комфортнее для лошади.
Для всех регионов расселения кельтов характерно большое количество изображений лошадей. Боевого коня можно увидеть на реверсе большинства галльских монет. По отзывам античных авторов, это не случайно: в древности Галлия славилась своим коневодством.
Кельты носили штаны, которые в римских источниках называются bracae. От этого слова происходит современное слово «брюки». Возможно, этот предмет одежды был изначально рассчитан на верховую езду, как и у скифов.
Одной из самых почитаемых богинь у кельтов была Эпона, покровительница всадников, коневодства и земледелия. Обычно она изображалась сидящей боком верхом на кобыле, за которой следует жеребенок. Эпона приобрела большую популярность и у римлян, особенно среди воинов. Римская религия адаптировала ее образ, вероятно, потому, что у римлян не было собственного бога — покровителя коневодства. За коневодство у римлян отвечал бог морей и потоков Нептун, да и то в более позднюю эпоху, когда его образ был отождествлен с греческим Посейдоном. Позднее в Британии и Галлии также возник синкретический культ Марса как бога-защитника от всякого зла и болезней, которого изображали в виде всадника.
Много лошадиных образов было в кельтской низшей мифологии. Наиболее популярными среди них были водяные лошадки, у шотландцев келпи — злые духи, которые заманивают человека сесть на них верхом, а затем сбрасывают в воду и иногда топят.
Основным родом войск у кельтов были колесницы, искусству управления которыми придавалось большое значение. В отличие от античных и ближневосточных кельтские колесницы были открыты не сзади, а спереди. Это облегчало выполнение маневра, о котором пишут античные авторы: возница на ходу осаживал лошадей, вскакивал на дышло и пробегал по нему вперед. Было ли это тренировочным упражнением, выполнять которое должны были уметь все воины, или демонстрацией особенной удали, сказать трудно.
Колеса кельтских колесниц сильно гремели. Это пугало непривычных римских лошадей и давало кельтам преимущество в бою. Колесничное войско кельтов успешно противостояло и сильнейшему из римских родов войск — пехоте. Своеобразной была тактика колесничного войска у британцев: сначала они носились перед строем неприятеля и стреляли из луков, устрашая врага уже своим видом, а затем сходили с колесниц и продолжали бой пешими.
По свидетельству Тацита, в кельтском обществе привилегированное положение было у возниц, способных искусно править колесничными лошадьми. Однако это сомнительно. Конечно, для эффективного ведения боя маневренность колесницы очень важна, но непосредственно в сражении все же важнее роль воина, стоящего в колеснице.
Вряд ли у кельтов была настоящая кавалерия, как у ассирийцев или римлян. Кельтские всадники собирались лишь для участия в войне, так что назвать их регулярным войском нельзя. Впрочем, это не мешало им быть эффективными в бою и наводить ужас на врагов. Плутарх сообщает, что галльские всадники, служившие под командованием Публия Красса, хватались за пики парфянских катафрактариев и сбрасывали их на землю или спешивались и поражали вражеских коней в живот.
Географ Павсаний (II век н. э.) пишет о так называемой «trimarcisia» («три лошади») — своеобразном боевом расчете у галатов, состоявшем из трех всадников. Как правило, это был знатный воин с двумя спутниками, в задачу которых входило страховать его во время боя и отдать ему в случае необходимости свою лошадь взамен раненой или убитой. Однако нет точных сведений о том, что это был особый род войск.
Легко догадаться, что кельты при такой важности конницы очень ценили хороших лошадей и были готовы платить за них большие деньги, о чем сообщает, в частности, Цезарь. В 171–170 годах до н. э. в Риме появился царь альпийских кельтов по имени Цинцибил со своеобразной дипломатической миссией — установить торговые контакты, и главным образом ради того, чтобы приобрести римских лошадей. Вместе с лошадьми кельты получили двух рабов-берейторов. Сенат пошел навстречу грозным соседям Рима, поскольку в тот момент были напряженные отношения с Македонией и хотя бы временная лояльность кельтов была чрезвычайно важна.
