заплатили сумасшедшие деньги. Это было не так-то просто: подобраться к моему отцу.
– Я тоже думаю, что операция разрабатывалась не один месяц. И не один человек был в этом задействован.
Снегин наконец решился и ступил на пристань. Яхты у Петровского не было, все же река была мелковата, а вот прогулочный катер имелся. Пляж был оборудован тут же. Под навесом стояли шезлонги, в воду спускалась лестница с никелированными поручнями.
– Переоденься, я не смотрю, – сказала Алла, протянув ему плавки.
– А вот я бы для начала хотел оглядеться. Ты ведь мне хочешь что-то сказать?
– Почему отец ничего не заметил? Ни он, ни охрана. Наблюдение ведется круглосуточно, повсюду видеокамеры.
– А тот берег снимают? – Снегин кивнул на густые ивы.
– Нет. Никто же не думал, что это будет так.
– Тогда грош цена вашей охране.
– Вася, подойди! – крикнула Алла.
Снегин заметил, что они не одни. Секьюрити умело маскировался, но он здесь был.
– Иди сюда, не бойся, – Алла кивнула на скамейку в беседке. – Присядь.
– Не верите, значит, – сказал Вася, окинув Снегина цепким взглядом. Он понял, что Вася его срисовал. Отпираться бессмысленно.
– Я здесь по личной инициативе, – Снегин порозовел. Хорошо, что жарило солнце и его пылающие щеки можно было списать на загар.
– В Шерлока Холмса, значит, играете. Детективов насмотрелись. Дети вы еще.
– Мне вообще-то тридцать. Старший лейтенант Евгений Юрьевич Снегин, – разозлился он.
– Сроду бы не подумал. И что тридцать, и что старший. Чего надо-то?
– Ты ничего подозрительного в тот вечер не заметил? Когда папу убили? – спросила Алла, пока Снегин дулся.
– Меня уже сто раз спрашивали. Заметил бы что – сказал.
Снегин вздохнул и, прищурившись, стал рассматривать ивы. У него была небольшая близорукость, как и у большинства молодых людей его поколения. Которые постоянно торчали в гаджетах. Зато Алла оказалась зоркой.
– Опять эта белая в яблоках. Красавица!
Снегин перевел взгляд влево, где кусты заканчивались. И тоже увидел лошадь. Верхом сидела женщина, в седле она держалась уверенно. Следом ехала еще одна, на вороной.
– Что там, на противоположном берегу? – спросил он.
– Конеферма. В этом месте мелко, они часто к воде спускаются, особенно в жару.
Всадницы и в самом деле спустились к реке. Снегин невольно залюбовался. Не только на воду можно смотреть бесконечно. Еще и на лошадей, особенно купающихся.
– А вы тоже лошадками увлекаетесь? – повернулся он к Алле. – Петровские? Небось Полина то и дело прыгает в катер, и… Или ее отвозят?
Алла вдруг замкнулась. Снегин понял, что затронул больную тему.
– Из всех, кто здесь бывает, только Юля заезжает теперь на конеферму, – нехотя сказала Алла после паузы. – Она обожает лошадей. Постоянно тренируется. Юля не смогла расстаться со своим хобби.
– Юля – это кто?
– Папин финдиректор и партнер по бизнесу. Его друг, ну и наш тоже.
– Если я правильно понял, что-то случилось? Ты сказала: теперь.
– Давай не будем об этом.
– Вот и в тот день лошади проезжали, – вздохнул Вася. – Я на них и отвлекся. Красивые, заразы.
– И как прицел в кустах блеснул, ты не видел, – в упор посмотрел на него Снегин.
– Да не блестело там ничего! Он, гад, хорошо замаскировался.
Снегин встал, потом опять сел. Посмотрел на противоположный берег. Что-то Евгения насторожило. Он прикрыл глаза: по зеленому сукну прокатился черный бильярдный шар и замер у лузы.
Что Петровский делал в беседке? На лошадок смотрел?
– В этом году их стало больше, – сказала вдруг Алла. – В санатории беженцев разместили.
– Что ты сказала?! – резко повернулся к ней Снегин.
– Беженцы, а что? – удивилась Алла. – Неподалеку от конефермы находится санаторий. Сейчас повсюду селят тех, кто уехал из-под обстрела. Донецк, Мариуполь, Херсон… А на конеферме работники нужны. Теперь с этим нет проблем, вот они и расширяются. Лошади – это модно. Экотуризм, – усмехнулась она.
«Значит, худшая из версий может подтвердиться, – напрягся Снегин. – Убийца затесался среди беженцев, многие из них со справками и даже с потерянными документами. Киллер ловко это обыграл и устроился работать на конеферму. Выгуливал лошадок, наблюдая за усадьбой на противоположном берегу. Искал подходы к Петровскому и в итоге срисовал его на пристани. Оставалось дождаться подходящего момента. Судя по тому, что все получилось, операция была разработана детально. Ни в каком болоте снайпер оружие не топил и десять километров по лесу не топал. Все было по-другому».
Евгений разволновался.
– Еще вопросы будут? – лениво спросил разомлевший от жары Вася, который был в черном костюме.
– Если только один: со слухом у тебя порядок?
– Ну что вы все ко мне привязались?! Я уже и сам не помню, что именно услышал!
– Может, не пупс, а упс? – предположил Снегин.
– Папа не мог так сказать, – заупрямилась Алла. – Тем более перед смертью.
– Но он улыбался. Вдруг это был просто бред умирающего?
На противоположном берегу раздался смех. Женщины разделись и теперь купались вместе с лошадьми, белой и вороной. Снегин почувствовал, что щеки и шея горят, теперь уже точно от солнца. Пристань раскалилась, а от воды шла живительная прохлада.
– Давай уже и в самом деле искупаемся, – и Алла стала стягивать футболку. – Жарко.
– Я могу идти? – по-военному спросил Вася.
Обилие женщин в купальниках – двое на том берегу, одна на этом – его смутило. Тем более хозяйская дочка. На этих вообще смотреть противопоказано. Полину Петровскую несчастный Вася боялся как огня. Хорошо, что она никогда не купалась в реке, брезговала.
– Что с тебя взять? Иди, – вздохнул Снегин.
Петровский явно пренебрег охраной. Вариант со снайпером никогда, видать, не рассматривался. Усадьба охранялась тщательно, к ней было не подступиться. Единственное – с воды.
Сколько же бизнесмена пасли? Надо ведь было еще найти контакт с одним из членов его семьи. Завербовать или использовать втемную.
Он задумался и не заметил, как Алла разделась. Когда Снегин обернулся, она солдатиком прыгнула в воду.
Стягивая брюки, он подумал: «А вдруг коряги? Или банки консервные на дне? Хотя вряд ли. Как-никак олигархи».
И тоже прыгнул. Вынырнувшая из воды Алла посмотрела на него одобрительно:
– Думала, сдрейфишь.
– Что я, лягушек не видел?
Потом они лежали в соседних шезлонгах, и Снегин старался не смотреть на то, что обтягивал мокрый купальник. Грудь у Аллы и в самом деле оказалась не пацанская. Младшая дочь Петровских была похожа на мать, а у Анастасии Сергеевны, как невольно заметил Снегин, были хорошие формы.
– Что будем делать дальше? – спросила Алла. – Расследование зашло в тупик, да?
– Нет. Всех, кто с вами контактировал, будут проверять.
– Мы под колпаком?
– Снайпер – это не хулиган с рогаткой. Его обязательно надо найти.
– Я могу помочь?
– У тебя есть доступ к телефону сестры?
