Предвкушая вскоре столь желанные плоды омоложения, старик неожиданно рассмеялся.
Сухой смех Седовласого разносился по крыше элитной высотки.
— Пора напомнить им кто я такой и за что меня раньше боялись и уважали… — Манфреди гордо приосанился, смахнув прохладные капли с лица, он вновь засмеялся. — Нужно как можно быстрее собрать группу из лучших учёных и тогда мы найдём выход или решение из сложившейся ситуации! — удовлетворённо хмыкнув, старик привычно и с какой-то аристократичной ленцой достал портсигар с целебными самокрутками.
Втянув приятный аромат лечебных трав, он неторопливо достал бензиновую зажигалку фирмы Зиппо и прикурил. Пребывая на последней или же как любят говорить эскулапы-врачи терминальной стадии рака, он мог себе позволить без зазрения совести курить всё что вздумается. Впрочем, лишь куря травку, он мог забыть о той вечной боли и клетках опухоли, что теперь делятся только быстрее. Были ещё треклятые метастазы, что всё активней распространялись на соседние органы и ткани. Старик знал, что ему осталось не так уж и много времени, что отвёл ему бог, поэтому он наслаждался каждым мгновением своей постоянно угасающей жизни…
— Когда этот чёртов дождь уже закончится? — проворчал Седовласый, всё-таки затушив самокрутку ботинком.
Угрюмо бредя в сторону своего кабинета, старик неожиданно понял, что ему плевать на судьбу дочери.
Недобро рассмеявшись, он всё так же неспешно побрёл по влажной крыше личного небоскрёба.
Вспоминая статьи некого Коннорса, старик покачал головой, он не верил во что-то одно и предпочитал совмещать всё самое лучшее, следовательно для более наилучшего результата потребуется соединить технологии, и передовые открытия в области магии.
— Где мне найти магов? — вслух размышлял Манфреди.
Думая о грядущем проекте Седовласый прикидывал, где ему взять столько ресурсов и не развязать ли победоносную войну захватив территорию у своих оппонентов? Манфреди думал недолго и быстро решился, нынче его время стоило много! Впрочем, захватить власть было не сложно, найми армию головорезов и перебей всех врагов, сложнее всего будет удержать новый кусок пирога, а уж пережевать его будет на порядки сложней, да и к тому же всегда есть шанс подавится и уйти к праотцам раньше положенного.
Всё же добравшись до своего уютного кабинета, старик вызвал всех своих советников и управленцев используя старенький коммуникатор.
Молча открыв ящик стола, он достал М1911 с усиленным магазином.
Следом за кольтом появилась и массивная пепельница, и прибор для бесшумной стрельбы.
Без лишних слов прикручивая глушитель, старик размышлял, что неплохо бы вновь затянутся.
Злая улыбка заиграла на иссохших губах, закончив установку глушителя, он достал портсигар и свою любимую Зиппо.
Манфреди любил основательность и был в какой-то мере педантом, так что тактично дожидался своих подчинённых. Устало зевнув, старик вновь закурил, приятно потягивая папироску, он думал о своём уже строя далеко идущие планы, пуская очередное облачко дыма, Седовласый грезил о сыне. Сильвермейн был донельзя честолюбив и хоть иногда ему и казалось, что он любит дочурку эти мысли быстро сменялись размышлениями о том что сын всё-таки лучше и сможет, продолжит семейное дело!
Живя в Карлеоне, Седовласый видел всякое и понимая природу преступников всё-таки не хотел чтобы его империю унаследовала Алисия. Женщинам не место в структуре от и до построенной архаичным мужчиной! И хоть он понимал, что его малышка донельзя хороша, предрассудки Седовласого всё равно не позволяли ему полностью поверить в дочурку. Таков был старик, и он совершенно не хотел меняться впрочем, ради бессмертия Манфреди был готов потерпеть и не такое…
С ностальгией разглядывая свой излюбленный кольт, старик с улыбкой вспомнил фирму производителя.
Зингер!
Или же производитель швейных машин…
Было выпущено всего пять сотен образцов данной продукции.
Старик бережно хранил старого друга.
Да и к тому же старина кольт был его первым символом силы и неуклонно растущей репутации у криминалитета.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Будучи, ещё совсем юным, Манфреди занимался рэкетом и грабежом и отжал его у трясущегося бухгалтера.
Сейчас же кольты делают даже китайцы!
Вспоминая что-то не самое приятное из своей жизни, старик резко поморщился, словно откушал лимон.
Спустя час в его кабинет всё же начали прибывать всевозможные белые воротнички, управленцы и прочий криминальный сброд.
— Рад, что мне всё-таки удалось завладеть вашим вниманием господа! — снова закуривая свою целебную самокрутку, Манфреди всё же продолжил, с удовлетворением отмечая пугливые глазки всего собравшегося истеблишмента. — Вы не оправдали мои ожидания… — хмыкнул старик, убирая в пиджак массивную Зиппо. — Могильщик закрой, пожалуйста дверь с той стороны. — синемордый амбал лишь кивнул тут же исполняя указания своего босса. — А теперь, пожалуй, начнём! — привычно чувствуя силу, он направил раритетный пистолет на первого управленца в строгом костюме.
Бах.
— Альберто, а ведь я верил тебе словно родному племяннику, а хотя почему словно? — старик усмехнулся, для всех прочих тихий хлопок прозвучал подобно удару грома средь бела дня и они всё так же парализовано продолжали стоять, так и не проронив не единого слова. — Девять! Одного из вас я не застрелю, решайтесь кто это будет. — считая боезапас Седовласый недобро оскалился. — Не рекомендую вам пытаться сбежать или напасть… — скупо продолжил старик, меланхолично играя в считалку выбирая очередного агнца.
Бах.
Бах.
— Сержи и Маркус! Ублюдки вы крали прямо из нашего общего кармана… — свирепо надул ноздри Сильвермейн.
Бах.
— Янис… продажная душонка. Ты сливал нас АНБ! — сплюнул старик на упавший труп пухлого грека.
Бах.
— Диас! Не думал, что ты окажешься шпионом Амбала. Ну что есть кто, ещё из желающих сдать ближнего своего? — Манфреди усмехнулся, всё ещё прибывая в изрядном бешенстве. — Нет? Что ж тогда сыграем в игру! Все вы, так или иначе, виновны и мешали моему возвышению… — Сильвермейн вновь выстрелил.
Бах.
Бах.
Бах.
— Из-за вас похитили мою дочь! — тяжело продолжил старик. — Это и послужило причиной прихода ветра перемен… — грустно улыбнулся Сильвермейн. — Знаешь в какой-то мере, я даже признателен вам, ведь это дало толчок для обновления и вновь подарило желание жить! — Седовласый вновь усмехнулся.
Бах.
— Ну что Джонас? Может, хоть ты ответишь мне на простой мать его вопрос? Нет? — седовласый тут же опасно набычился, отложив пистолет, он ловко прихватил увесистую пепельницу и нанёс хлёсткий удар по голове своего зама, а потом, ещё и ещё пока голова Симона Джонаса не превратилась в одну большую кровавую кашу.
Прошипев что-то про бесхребетных, седовласый поставил массивную пепельницу на место и всё-таки потушил почти и так потухшую самокрутку об край стола. Убрав кольт во внутренний карман своего итальянского пиджака, Манфреди привычно отдал в коммуникатор приказ устроить уборку в своём кабинете.
Равнодушно переступая через каждое из одиннадцати тел, старик всё же постучал в дверь и Могильщик открыл.
— Хорошо сработанно босс! — удовлетворённо произнёс здоровяк.
Сильвермейн лишь хмыкнул и поманил своего недалекого громилу на крышу.
— Что ты видишь Могильщик? — всё так же скупо поинтересовался старик, наблюдая как прохладные капли дождя стекают по синему лицу здоровяка. — Никому нельзя доверять дружище… — слишком уж невесело улыбнулся лидер криминального мира.
— Город? — лаконично ответил громила.
Старик лишь покачал головой.
— Это сердце нашего мира! — веско парировал Манфреди. — Мира теней, продажной любви и всевозможной коррупции… — вновь на его хмуром лице заиграл всё тот оскал. — Только подумай громила, что этот город целиком и полностью может принадлежать нам? — Сильвермейн усмехнулся. — Но есть одно скромное но! Придётся устроить войну и утопить всех крови… — усмешка тут же пропала, а огни большого города начали медленно тухнуть ведь рассвет уже близко. — Решай Могильщик! С кем ты и за кого будешь сражаться. — вновь ироничный смешок в стиле всезнающего мудреца. — Я дам тебе больше чем Фиск. — добил громилу старик.
