– Ну а сколько самое большее длился твой роман? – спросила Эмили у Кейси, возвращаясь к начатому разговору.
– Примерно месяца полтора, – произнес он с виноватой улыбкой.
– Ого! Поделись опытом! – полушутя сказала я.
– Сначала девушки ведут себя так, будто они не против. Но потом они почему-то уходят к другим, – вздохнул он как-то безнадежно. – Но, с другой стороны, мне еще никто не разбивал сердца.
Боже праведный! Похоже, он и вправду хочет влюбиться без памяти. Я могу дать ему такую возможность! Как бы мне хотелось, чтобы кнопки на его наглухо застегнутой рубашке расстегнулись. Клянусь, у него должна быть очень мягкая кожа на груди! Я бы с удовольствием поверила, что он и есть мой Единственный, если бы была уверена, что я ему тоже нравлюсь.
– Еще пива? – Эмили раздала бутылки и придвинула свой стул чуть ближе к стулу Криса. Она спросила его, какой он представляет себе идеальную девушку для ковбоя. (Мы придумали теорию, по которой, если заставить парня описывать девушку своей мечты, и при этом сидеть рядом, он обязательно перенесет свои фантазии на тебя.)
– Певица Шаниа Твейн – объявил Крис.
Выбор неплох, но над ним надо поработать. Эмили больше похожа на стажерку Долли Патрон.
– Но на самом деле мне нужна просто добрая, хорошая девушка.
Ага, уже лучше.
– Кто-то, кто всегда будет рядом. – Он на секунду задумался и подытожил: – Та, что не бросит!
Я задала тот же вопрос Кейси. Он сказал, что ему нравится актриса Элизабет Шу, потому что она не пользуется косметикой. Мне это показалось замечательным, хотя я-то больше смахиваю на другую актрису – Элизабет Херли, поскольку без полного макияжа меня никто никогда не видел. Но следующая его фраза все испортила. Он сообщил, что мечтает встречаться со стриптизеркой.
– Почему? – не удержалась я.
– Потому что они раздеваются! – ответил за него Крис.
Ха-ха, если это все, что ему нужно… Неожиданно все замолчали.
– Ты слышал этот хруст?
Мы быстренько нашли печенье в надежде на еще одну встречу с нашей оленихой. Но она не подошла. Тогда мы рассказали парням о нашем оленьем сафари с мэром, а заодно и о том, что он предупредил нас, что техасские мужчины сами любят проявлять инициативу и не терпят, когда это делают женщины.
– Что за ерунда! – отреагировали они гневным хором.
– Мне вообще сложно сходиться с людьми, особенно если я их вижу впервые, – признался Крис. – Я никогда не знаю, что сказать или сделать, поэтому вечно торчу в углу, как дурак! У меня есть круг знакомых, с которыми я обычно провожу время, и все. – Он на секунду задумался. – Наверное, поэтому у меня и не было никого целый год, потому что я не могу первым заговорить с девушкой. Она должна начать разговор. Я хочу, чтобы девушки подходили ко мне сами и заговаривали со мной!
Кейси воодушевленно кивал в знак полного согласия. Это казалось абсолютно нелепым. Такому потрясающе красивому парню не хватает смелости подойти и познакомиться с девушкой? Но он тоже заявил, что не знает, что сказать. Ради бога, да ему и говорить ничего не надо! На мой взгляд, ему стоит только пальцем поманить, и он вый дет из бара с парочкой девушек на каждой руке. В то же время я попыталась им внушить, что дело не в том, что ты говоришь, а в том, как ты это говоришь.
– Если ты понравился девушке, то ей вообще все равно, какую чепуху ты несешь, – настаивала я.
Кейси вдохновился нашей извращенной мудростью и подтрунил:
– Вам надо остаться в Круглом доме и организовать школу свиданий для обучения местных парней.
– И назовем его «Ранчо Амура». – Мы с Эмили с энтузиазмом подхватили шутку, мечтая только о том, чтобы начать давать первые уроки прямо сейчас.
Смешно, но при всех наших смелых заявлениях и раз говорах о том, что надо жить чувствами, я ни за что в жизни не сказала бы Кейси, что он мне очень понравился. Я просто не знаю, как это сказать. В моем представлении я и так уже миллион раз ясно дала ему это понять, хотя, может, я ошибаюсь? Помнится, я три дня работала с одним фотографом над репортажем и каждый день, возвращаясь вечером домой, кляла себя за то, что буквально вешаюсь на него. Все было без толку. Пару месяцев спустя мы случайно столкнулись на улице и зашли в бар. Я долго извинялась перед ним за свою навязчивость, а оказалось, что он и представления не имел, что нравится мне. Я была потрясена. Мне-то казалось, что единственное, чего я не сделала тогда, – так это не написала помадой свой номер телефона на его руке.
Трудно понять человека, которого плохо знаешь. Наши ковбои ясно дали понять, что им нравятся инициативные женщины, но значит ли это, что теперь наша очередь? На танец мы их пригласить не можем. Я просто не знала, что еще можно сделать. И, кроме того, я не была уверена в том, что они имели в виду нас. Может, мы им и понравились, но они не предпринимают никаких действий, потому что мы из другой страны и у нас с ними не может быть будущего? Единственное, в чем я была уверена, так это в том, что меня парализовало от страха переступить эту черту. Все, чего я хотела, так это лежать рядом с Кейси, смотреть, как он жует травинку и слушать его слегка хриплый протяжный голос. Хоть бы он перестал стесняться, прислонился ко мне и перебирал мои волосы и смотрел на меня сквозь свои длинные черные ресницы и потом…
Мои мечтания были нарушены звуком отодвигающихся стульев. Они уходят! О, нет! Ну почему у нас под рукой нет лассо?
– Вам правда пора идти? – заканючили мы.
Вечер не может закончиться вот так!
– Уже час ночи, а нам в шесть вставать, – объяснил Крис. – Ранчо не то место, где можно взять больничный.
Он, конечно, был прав, но нам было обидно. Видимо, нам так и не удастся испытать их кожаные кнуты.
– Давайте мы вас хоть проводим до джипа, – предложили мы.
Мне почему-то казалось, что в машине будет вонять, как в мясной лавке, и она вся будет в опилках, но на самом деле в ней сладко пахло грушами. Я могла бы наслаждаться этим ароматом всю ночь, но ключ зажигания уже в замке.
– Последний вопрос. – Я наклонилась к окну, сгорая от желания продлить общение.
– Что?
Момент был слишком напряженный, и я не придумала ничего лучше, чем произнести вопрос, который мы с Эмили решили задавать всем мужчинам в каждом штате.
– Чем, на ваш взгляд, техасские мужчины отличаются от среднестатистического американского мужчины?
Крис лукаво на меня посмотрел, завел машину и сказал:
– Вы же слышали поговорку – «в Техасе все намного больше».
С этими словами они умчались. Мы еще немного почесали языками с Эмили и поплелись спать. Наши головы были настолько заняты двумя прекрасными ковбоями, что мы даже не вспомнили про своих друзей-скорпионов.
