Ленин полагает, что Луначарского еще можно вернуть в лоно марксистского миропонимания. «Позорные вещи, до которых опустился Луначарский, — не исключение, а порождение эмпириокритицизма, и русского, и немецкого. Нельзя защищать их „хорошими намерениями“ автора, „особым смыслом“ его слов: будь это прямой и обычный, то есть непосредственно фидеистический смысл, мы не стали бы и разговаривать с автором… Если этого нет — а этого еще нет — то исключительно потому, что мы видим „особый“ смысл и воюем, пока еще есть почва для товарищеской войны».
В 1909 году редакция большевистской газеты «Пролетарий» приняла резолюцию, в которой определяла богостроительство как течение, порывающее с марксизмом. Ленин в письме Горькому писал: «Богоискательство отличается от богостроительства, или богосозидательства, или боготворчества и т. п. ничуть не больше, чем желтый черт отличается от черта синего… Всякий человек, занимающийся строительством бога или даже только допускающий такое строительство, оплевывает себя худшим образом, занимаясь вместо „деяний“ как раз самосозерцанием, самолюбованием, причем „созерцает“-то такой человек самые грязные, тупые, холопские черты или черточки своего „я“, обожествляемые богостроительством. С точки зрения не личной, а общественной, всякое богостроительство есть именно любовное самосозерцание тупого мещанства, хрупкой обывательщины, мечтательного самооплевывания филистеров и мелких буржуа, „отчаявшихся и уставших“»… (14 ноября 1913 года). Хотя в критических откликах Ленина на религиозные искания Луначарского порою брани было больше, чем аргументов, все же они имели некоторую убедительность и служили делу отстаивания марксистской ортодоксии. Ленин не раз выступал как редактор Луначарского-журналиста. Например, он избавляет статью Луначарского «Банкротство полицейского режима» от излишнего пафоса. Луначарский пишет: «Пока этот светлый богатырь не построит храм общечеловеческого счастья», Ленин же правит: «нового социалистического здания» (выделено мной. — Ю. Б.).
Ленин резко критиковал Луначарского за его религиозные искания и его отзовизм — идею отзыва членов партии из легальных организаций. В апреле 1908 года Ленин писал Луначарскому: «…Не забывайте, что Вы — сотрудник партийной газеты, и окружающим не давайте забывать… У меня дороги разошлись — и, должно быть, надолго — с проповедниками „соединения научного социализма с религией“ да и со всеми махистами».
В 1909 году Луначарский становится одним из организаторов левой антипартийной группы «Вперед» и партшколы на Капри и в Болонье. В эту группу входили также Богданов, Г. А. Алексинский, М. Н. Покровский, В. Р. Менжинский. Группа действовала среди русских политических эмигрантов и выступала против использования думской трибуны и других легальных возможностей революционной работы РСДРП. В 1910–1911 годах Луначарский участвует в работе фракционных партийных «школ» в Италии.
В 1910-х годах Луначарский занимает позиции интернационалистов. Еще за три года до этого он участвовал в Штутгартском конгрессе Интернационала, а затем — в Копенгагенском. Во многих российских газетах и журналах он выступает против шовинизма в искусстве.
Влияние Ленина, дружба с профессиональным революционером-большевиком И. Ф. Дубровинским («товарищем Иннокентием») ориентировали Луначарского на преодоление отклонений от марксизма в философии, политике, эстетике. В 1912 году Луначарский отошел от «впередовцев», а в 1913 году стал членом редколлегии газеты «Правда».
В Швейцарии Луначарский посещает школы и народные дома, изучает специальную литературу по проблемам народного просвещения. Он следит за повседневной жизнью культурных центров Европы, публикует в русских и иностранных газетах и журналах множество статей и рецензий о литературе, театре и других искусствах. Он занимается самообразованием и благодаря этому и мощной памяти обогащается энциклопедическими знаниями в области культуры, знаниями, по его словам, осмысленными «под углом зрения революции и ее великих задач».
Революция 1905 года потерпела поражение, и вскоре Ленин, Луначарский и многие другие русские профессиональные революционеры вновь оказались в эмиграции.
…После ужина, несмотря на сопротивление Владимира Ильича и его сетования на необходимость закончить работу, Надежда Константиновна настояла на прогулке к озеру. Они двинулись вдоль набережной. Ленин, держа под руку Надежду Константиновну, шел молча.
Темное озеро сонно плескалось о берег. Огни вечерней Женевы искрились и переливались в тихих, лениво колышущихся волнах. Надежда Константиновна решила не прерывать молчания мужа, чувствуя, что он сосредоточен на чем-то важном и серьезно его беспокоящем.
Ленин действительно сосредоточенно размышлял, потому и молчал. «Дело даже не в том, что после разгрома революции 1905 года многое нужно начинать сначала, — рассуждал он про себя. — Главная трудность в том, что поражение революции породило в душах многих социал-демократов смятение, возникли даже мировоззренческие метания, отступления не только от марксизма, но даже от элементарного материалистического взгляда на мир». Такой степени душевной растерянности и мировоззренческой капитуляции перед наступающей реакцией трудно было ожидать, по крайней мере — от некоторых авторов «Очерков по философии марксизма». Ленин считал, что правде нужно смотреть в глаза: левая интеллигенция сильно накренилась вправо и в мировоззренческом, и в политическом отношении. А «Очерки по философии марксизма» ввиду отхода от материалистического взгляда на мир следовало бы назвать «Очерками против философии марксизма».
Революция была разгромлена. Среди революционной интеллигенции, к величайшему огорчению Ленина, возникли религиозные верования. Это были верования не ортодоксальные по отношению к господствовавшей в стране православной вере, имевшей многовековую традицию. Возникло богостроительство — философско-религиозное течение, приверженцы которого искали бога, в котором, несмотря на философские ухищрения богостроителей, многовековая религиозная традиция видела некую высшую надмирную сущность. Сторонники богостроительства стремились «построить» бога из мощи коллектива. Создателями идеологии богостроительства стали революционные интеллигенты-социалисты, и в их числе А. В. Луначарский. При первой же встрече с Горьким он стал внушать ему богостроительские идеи.
— Алексей Максимович, задам вам самый тривиальный вопрос, какой всегда задают писателю. Над чем вы работаете?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
