– Любезный Д’Ориньи, – спросил де Вега по дороге, – вы ведь прибыли к нам недавно?
– Да, – подтвердил Арчи, внутренне насторожившись. Надо будет сменить платье и присмотреться внимательнее к местным манерам, слишком явно и просто в нем определяют приезжего. – Я приехал только вчера.
– Что ж, похвально, что вы сразу же, не откладывая дела в долгий ящик, решили наведаться сюда. Решительность и молодость всегда пробьют себе дорогу.
«Эге, – подумал Арчи. – Самому-то ему на вид не больше тридцати. Кажется, господин де Вега – большой любитель пустить пыль в глаза».
– А позвольте полюбопытствовать, – продолжал спрашивать де Вега. – Где вы остановились?
– В гостинице «Честь и доблесть».
– У старика Гоша, – проявил изрядное знание города де Вега. – Знаю, знаю. Достойное место, у вас хороший вкус. И цены у него божеские.
«Да, – совсем расстроился Арчи. – Помимо того, что я из провинции, еще и видно, что с деньгами у меня не все ладно… Нет, так дело точно не пойдет».
– И кухня на редкость хорошая, – продолжал расхваливать де Вега. – Ах, эти замечательные запеченные на медленном огне рябчики…
– Если вы сочтете меня достойным, – предложил Арчи, – то я с удовольствием пригласил бы вас отужинать в любой удобный для вас день.
– С удовольствием, – восхитился предложению де Вега. – И всенепременно. Но давайте сначала разберемся с вашим делом. К тому же мы уже пришли.
Аллея закончилась. Они вышли к шикарному трехэтажному особняку, украшенному по моде этих лет вьющимися растениями. Это и была знаменитая штаб-квартира Гвардии, где собирался весь ее цвет и где проживал нынешний ее глава. У особняка, как снаружи, так и внутри, постоянно собирались гвардейцы, чтобы узнать последние новости, получить назначения на дежурства, договориться о совместных планах на вечер и иногда просто посплетничать.
Внимание Арчи привлекла группа гвардейцев, яростно что-то обсуждавших, размахивавших при этом руками и совершенно не стеснявшихся присутствующих товарищей.
– А я вам говорю, Филипп, – чуть ли не кричал один из них, элегантный дворянин лет тридцати, – что он никогда на это не пойдет. Ни за что! Попомните потом мои слова! Все же он человек чести!
– Все возможно, дорогой Жан, все возможно, – ласково уговаривал его сосед, крупный гвардеец с пышными усами.
– Это невозможно потому, что невозможно никогда! – яростно завершил спор первый гвардеец и, разозленно отвернувшись, поднялся по ступеням широкой лестницы и скрылся в особняке.
– О чем это они? – шепотом спросил у де Веги Арчи.
– О! – ответил де Вега, нисколько не стараясь понизить голос, чем привлек внимание многих гвардейцев, которые с крайне заинтересованным видом стали внимательно прислушиваться к разговору. – Они говорят о герцоге Норландском. Это самая модная тема последних трех дней. Говорят, что герцог нанял нескольких профессионалов, чтобы те выкрали для него принцессу Анриетту, в которую он давно и безнадежно влюблен.
– Как это – выкрали? – изумился Арчи.
– А очень просто: выкрали, похитили, умыкнули.
– Принцессу? Но это же просто невероятно! Она же не вещь, чтобы ее можно было, как вы говорите, умыкнуть.
– Конечно, мой друг, – согласился де Вега. – Вы правы. Естественно, принцесса – это не вещь, которую удачливый вор может положить в карман. Поэтому и говорят, что герцог нанял для этого дела самых лучших – Фиолетовых Братьев – и заплатил им такую сумму, что можно было бы купить пару провинций, если бы, конечно, они продавались.
– Фиолетовых Братьев? – переспросил Арчи. О группе людей с таким странным названием он никогда не слышал.
– Именно, – подтвердил Филипп. – Это страшные люди. Они могут все! Поэтому я и пытаюсь третий день доказать необходимость усиления патрулей.
Гвардейцы опять шумно заспорили, и де Вега, воспользовавшись этим обстоятельством, прошел по лестнице вслед за Жаном, поманив Арчи за собой.
Внутри особняк поразил воображение Арчи своей роскошью и вниманием ко всем мелочам. Несмотря на то что и здесь толпилось множество людей, все содержалось в идеальной чистоте – слуги капитана де Жевре в совершенстве знали свои обязанности. Де Вега, не останавливаясь, стал подниматься на второй этаж, миновал его и продолжил восхождение по мраморной лестнице дальше, на третий этаж, где и находились приемная и рабочий кабинет капитана де Жевре.
В приемной, как и везде вокруг, людей было так же много, темы обсуждались всевозможные, но преобладали все же, как понял Арчи, различные предположения и домыслы о возможном похищении принцессы.
Де Вега миновал прихожую и, не раздумывая, толкнул массивную дверь, ведущую в кабинет де Жевре, сделав знак Арчи немного подождать. Арчи послушно встал в сторонке, со своим всегдашним неиссякаемым любопытством оглядываясь по сторонам, прислушиваясь к разговорам и, наконец, просто рассматривая гвардейцев в их естественном окружении.
Арчи заметил господина Филиппа, который на улице уверял всех в необходимости усиления охраны принцессы. Он и здесь не оставил своих попыток, доказывая всякому, кто хотел его выслушать, свое мнение. Впрочем, долго выслушивать его многочисленные аргументы Арчи не довелось. Де Вега выглянул из кабинета и позвал его внутрь.
Глава четвертая,
в которой у героев появляется множество новых знакомств, а Макс обретает неожиданный статус
Личный кабинет капитана де Жевре – сердце Гвардии Короны – сразу же внушил Арчи трепетное уважение. Кабинет был отделан богато, в той строгой и лаконичной, но в то же время изящной манере, которую могли себе позволить только люди со вкусом. На стенах висели множество карт и превосходная коллекция боевого оружия разных стран, начиная с метательных боло диких людей Южного, еще малоизученного континента и заканчивая самыми современными пистолями, о которых Арчи доводилось только слышать, но воочию их видеть еще не привелось. Говорили, что из этих пистолей можно наповал убить человека с тридцати шагов – конечно, не ахти какое расстояние по сравнению с хотя бы тем же боевым арбалетом, но все же…
На одной из стен висел шикарнейший шанаханский ковер, стоимость которого, по самой слабой Арчиной оценке, составляла годовой бюджет его отца. Арчи тут же вспомнил слухи о бывшей связи де Жевре с королевой Шанаханской. Возможно, таким образом капитан отдавал дань памяти своим молодым годам.
Арчи отвел глаза от ковра и встретил внимательный взгляд самого капитана де Жевре, поднявшегося из-за огромного стола красного дерева, заваленного всевозможными бумагами.
Капитан был мужчиной между пятьюдесятью и шестьюдесятью годами, но сохранил свою великолепную физическую форму. Статный, высокий, широкоплечий, он и в эти годы отличался завидным здоровьем и тем азартным блеском в глазах, благодаря которому так часто попадал в различные передряги в дни молодости.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
