Несколько пачек разномастных облигаций трёхпроцентного займа. Тоже отправляются в ту же сумку. Мешочки с золотыми монетам, а их с десяток, не меньше… Не монеток с десяток. А мешочков с ними.
А это мы удачно зашли. Что тут ещё? Снова мешочки. Но на ощупь не монеты… Золотые украшения. С камнями и без. Современные, неказистые и изысканные подревнее. Может и дореволюционные есть. Яиц Фаберже не обнаружилось. Ну и хорошо. Куда их сбывать в это время в Советском союзе я понятия не имею. Да и с этими связываться тоже неохота.
— Натан! Мы сможем продать украшения, не засветившись перед милицией.
— Не знаю.
— А сотрудники Андропова нами не заинтересуются.
— Кто?
— Как кто? Комитетчики? Андропов же у нас глава КГБ?
— Инга! Ты что-то путаешь. Югий Владимигович Ангопов умег несколько лет назад. У него были больные почки. А после поездки в Китай в шестьдесят шестом он ещё чем-то заболел. Скончался уже… давно.
— Да. Я не знала. А кто руководит КГБ тогда?
— Малыгин Агдалион Николаевич.
— Как, как его зовут?
— Агдалион…
— Ясно Ардалион. Точно. Есть такое имя.
Сразу вспомнился фильм с Ириной Муравьёвой «Карнавал». Там как раз преподавателя звали Евдоксия Ардалионовна.
— А кто тогда замом у него? Цвигун?
— Да. Заместитель — Цвигун.
— Понятно…
* * *
А что мне стало вдруг ясно и понятно? Да то, что это на хрен совсем не мой мир. Почти такой же. Но не такой. Очень похожий, до мелочей. Но не до всех мелочей. Оказывается…
Надо будет посетить библиотеку, да полистать умные учебники. Может и ещё какие отклонения найдутся. Вдруг здесь не было, например Пифагора или Архимеда. Тут без стакана… То есть без информации не разберёшься. Но то, что этот мир не совсем мой… Ну или совсем не мой… Да хрен его разберёт. Не мой, и всё тут. Это мне уже стало ясно. Может и маньяков здесь нет из нашего мира. Может и Сливко не Сливко, и Чикатило не Чикатило. Блин…
* * *
— Ладно. Потом со всем разберёмся. Собираем всё, а дома решим, что с этим всем делать…
Что-то положили в сумку Натана, что-то в мой вещмешок. Я быстренько пробежался по квартире, но ничего нового для себя не нашёл. Стараясь не оставлять лишних следов. Мы наскоро закончили свои сборы и покинули квартиру. Надеюсь, что мы ушли так же незаметно, как и вошли. По крайней мере моя чуйка молчала. Покатавшись на метро, мы вернулись домой. Уже была вторая половина дня. Мы пообедали. Причём довольно плотно. даже с употреблением алкоголя. Каюсь, это была моя идея. Уж больно за эти дни накопилось всего на душе. Музыкант извлёк откуда-то плоскую бутылочку коньяка. Где он её прятал, не знаю. Вроде вместе с ним порядок в квартире наводили. Не заметил. Странно.
Натан разлил коньяк в две хрустальные стопочки. Примерно по грамм пятьдесят, не больше. Я поднял свою повыше и произнёс тост:
— Помянем наших близких и родных, так рано покинувших нас. Не чокаясь! До дна!
И мы выпили. Молча. После чего, так же молча ели суп, который я приготовил ещё позавчера. Ничего, вроде не прокис ещё в холодильнике. На второе были пельмени. Обычные, магазинные. А потом, после обеда так почему-то потянуло в сон. Что я ни слова не говоря удалился в комнату и выпал в осадок на диване. Как воздушный шарик из которого разом выпустили воздух.
Спал весь вечер, всю ночь и даже ещё немного. И лишь зов природы поднял меня, заставив бежать в туалет.
Натан сидел на кухне и копался со сломанной скрипкой. Дно у скрипки было отломано. А сверху была целая.
— Добгое утго!
— И тебе того же! Скрипку ломаешь.
— Да. Нет. Думаю, как починить…
— А может не надо…
Я метнулся в комнату, извлёк из портфеля оба нагана. Прямо с глушителями. Ну а на кухне пристроил оба револьвера внутрь корпуса скрипки. Положив всё это в скрипичный футляр, стал рассматривать более внимательно. Если особо не приглядываться, то сразу и не заметишь, как огнестрельное оружие прячется, прикрывшись музыкальным инструментом. А неплохо получилось…
— Натан! Отдашь мне эту скрипку с футляром для перевозки и переноски оружия?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Мне не жалко. Я это купил для Маши. Она её даже и не видела… У неё была своя… Поменьше этой.
В глазах его снова появился блеск.
— Не надо грустить! Ты отомстил за своих.
— Не буду.
Помолчали. Он первым нарушил тишину.
— А что мы будем делать дальше?
— Сегодня? Чистим оружие. Считаем деньги. Разбираем драгоценности. Думаем, что с этим делать дальше. И отдыхаем. Согласен?
— Согласен.
И мы стали заниматься самой рутинной работой. Я стал разбирать и смазывать свои револьверы. Ну а Натан… Всё остальное.
Ещё один хороший день.
Глава 12
Денег оказалось довольно много. Конечно же по советским меркам. Сто восемьдесят пять тысяч только чисто деньгами. Облигациями ещё около ста тысяч. Больше трёхсот золотых монет. Среди них были как николаевские червонцы, так и разнокалиберные по пять рублей и даже по семь с половиной. А ещё были монеты периода Александра третьего плюс с десяток «сеятелей». Можно коллекцию открывать.
А вот с драгоценностями было туго. Их набралось достаточное количество, а вот сколько… Как подсчитать? Натан хоть и еврей, но отношения к золоту никогда не имел. И в ювелирном деле тоже не разбирался ни на грамм. Он вспомнил, что кто-то из родственников жены из Одессы, кто-то из двоюродных братьев, кажется, был женат на дочери ювелира.
А я тут же вспомнил, что в Одессу и сам собирался наведаться. Только вот не знал как. Теперь знаю. Но моя тема, связанная с Одессой, была далека от золотых украшений. В памяти вертелась тема эпидемии холеры 1970 года.
* * *
Совсем недавно… В моей прошлой жизни, конечно… Тему летней холеры усердно мусолили в интернете, снимали на эту тему сериал и т. д.
Я помню, что начало эпидемии было не в Одессе, а в Батуми. Ещё в середине июля там был выявлен первый заболевший, который умер. Очаг заражения в Батуми быстро ликвидировали. Всего заболевших было около двадцати человек.
Говорили, что болезнь привезли из жарких стран на торговых судах. Начали на арабов наезжать. А после…
А после было хуже. В конце июля холера уже унесла несколько жителей в Астрахани. Масштаб эпидемии прогрессировал. В Астраханской области от холеры скончалось около сорока человек. А всего было выявлено примерно полторы тысячи заболевших.
В августе зараза пришла в Одессу, Крым, Новороссийск. Заболевших выявляли и в других городах СССР. Даже в Москве и Ленинграде было от десяти до двадцати заболевших.
Но в Одессе… Курортный сезон. Август. Неконтролируемое количество отдыхающих в санаториях и диких туристов. Больше ста пятидесяти заболевших. Несколько больных не выжило.
Советское руководство ввело такие меры, которые в будущем ввести не удалось бы. Военные кордоны. Отлов людей пытающихся прорваться через оцепление. Хлорки столько вылили на улицы заражённых городов, что можно было бы ещё одно Чёрное море наполнить… Ну может не Чёрное, но Азовское точно… Меры были предприняты жёсткие… Но ведь справились. Погасили эпидемию, задушили в зародыше и спасли от смерти множество советских людей.
Когда холера пришла в Одессу я точно не помню. Кажется в начале августа. Поэтому надо бы помочь одесским родственникам Натана избежать заболевания.
Как я понял близких и дальних родственников в Одессе у Мириам Левиной там было… Не сосчитать… И у всех у них есть соседи и знакомые, а потом ещё и знакомые знакомых… Как бы не навести такую панику, лавину которой потом не остановить. Вот тогда мною точно заинтересуются люди в штатском… КГБ под чутким руководством Ардалиона Малыгина.
* * *
И вот, кстати, новая тема. Если в этом мире что-то уже немного не так, как в моём прошлом… Может быть поинтересоваться в чём ещё отличаются наши миры. Ведь есть где-то тот перекрёсток, на котором история свернула не туда. А может наоборот. Это наш мир пошёл не туда, а этот…
