— Пошли вон, — приказал «кругляш». — У нас тут полицейская операция. Сейчас оппозицию поджигать будем.
— Ррррррренегаты, — подтвердил ворон. И спланировал Гримуэлю на плечо.
— То есть, в каком смысле — поджигать? — обалдел я.
«Кругляш» не ответил. Молча махнул рукой, и из темноты проступили ещё четыре тени в плащах. Через мгновение у них в руках, как по команде, загорелись факелы.
Тени подступили к дому и поднесли факелы к стенам.
— Да вы охренели, что ли?! — сообразив, наконец, кто находится внутри дома, заорал я.
Взбежал на крыльцо и дёрнул дверь. Дверь не поддалась. Я повернулся к ней спиной и со всей дури заколотил по доскам каблуком.
— Убрать смутьяна, — приказал «кругляш».
Одна из теней, выпрямившись, вскинула к плечу что-то нехорошее. Гримуэль направил на тень посох. Нехорошее вырвалось у тени из рук, взлетело и выбило окно на втором этаже.
— Пожар! — заорала Диана, — Спасайся, кто может! — выхватила у ближайшей тени факел, с размаху огрела им тень по башке и одним прыжком оказалась возле «кругляша».
Тот выдернул из-под плаща меч.
— Не трожь богиню! — рявкнул Гримуэль.
И ткнул в «кругляша» посохом. С плеча Гримуэля с заполошным карканьем сорвался ворон. Меч «кругляша» улетел и врезался в другое окно. Посыпались осколки, из дома донёсся визг — до боли знакомый, как будто кошке наступили на хвост.
А стены дома уже пылали — не знаю уж, облили их чем-то ещё до нашего прихода, или магией обработали. Три факелоносца подступили к Диане.
— Умираем, но не сдаёмся! — перекрыл доносящийся из окна кошачий визг голос Иллиниора. — Долой самодержавие! Да здравствует народ!
— Каррррраул! Пожарррррр! — надрывался ворон.
— Гримуэль, — заорал я, — выбей дверь! Фиона! Филеас! Беги, дура!
Гримуэль направил жезл на дверь. Поправку на то, что рядом с ней стою я, видимо, не сделал.
Меня оторвало от крыльца и впечатало в дверь спиной. Вместе мы эпично улетели внутрь дома и на что-то грохнулись.
— Дебил! — гаркнула снаружи Диана. Мне или Гримуэлю — непонятно. Вероятнее всего, обоим.
Мгновение спустя мимо меня промчался вихрь в арестантской робе и взлетел по лестнице на второй этаж.
Я вскочил на ноги. Болели спина и затылок, но, вроде, ничего не поломал. Сверху послышались вопли и топот, и через секунду по лестнице кубарем ссыпалась Фиона. Диана слетела вслед за ней, дёрнула за руку, поднимая. Рявкнула:
— Бежим!
— Стоять! — С лестницы свесился Иллиниор. — Мы вместе начинали этот путь, вместе и погибнем! — В руках он держал арбалет и целился в Фиону.
Я мысленно поклялся себе, что больше в этом мире без меча даже в туалет не выйду, ухватил что-то, подвернувшееся под руку, и швырнул в Иллиниора. Что-то оказалось увесистым цветочным горшком. Горшок разбился о стену над головой оппозиционера. Голову засыпало землёй и листочками. Иллиниор выстрелил непонятно куда, стрела воткнулась в потолок. Диана выпнула на улицу Фиону, вслед за ними выскочил я.
Над переулком красиво кружили три факела.
Гримуэль посохом мутузил врагов: на ногах их осталось двое, обладатель кругляша и ещё один. Между факелов, выписывая шикарные восьмёрки, парил ворон и орал:
— Каррррррамба! Корррррррида!
Диана с разбегу огрела факелом «кругляша». Второму Гримуэль залепил посохом в ухо. Оба врага, один за другим, повалились на землю.
Дом пылал. Из соседних домов выскакивали люди и орали что-то про пожар и водокачку.
— Бежим! — приказала Диана.
— А потушить? — напомнил я.
— А справишься? — Диана окинула меня оценивающим взглядом. Вероятно, откуда-то знала, как принято у мальчиков тушить костры.
— Да я-то чего? — обиделся я. — Чуть что, сразу Костя! Гримуэль, вон, здоровше меня. И пива больше выхлебал. Гримуэль, ну-ка потуши костерок.
Гримуэль приосанился и вскинул посох.
От дома, в мгновение обращённого в лёд, повалил дымище. Языки пламени сбивались и тухли на глазах.
— А сразу нельзя было так сделать?! — возмутилась Диана.
Гримуэль озадаченно развёл руками.
— Ясно, — сказала Диана. Развернулась и гордо пошагала прочь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Она даже не сказала, как с нами мучается, — прошептала Фиона. — Наверное, совсем обиделась. — Повернулась ко мне. — Костя… — От неё пахло перегаром и копотью.
— Идём уже, а? — чувствуя, как всё увереннее начинают болеть отбитые спина и затылок, попросил я. — Я тебя завтра прибью. Сегодня сил нет.
Глава 10
— Ну и вот, я ему ножом меж рёбер — на! — он возьми и сдохни. Я тогда сразу задумался: а деньги-то где?
— Вовремя, — похвалил я бородатого мужика, который вертел на столике нож. Должно быть, тот самый.
— Не совсем, — поморщился мужик. — Вот если б сначала спросить, а потом уже — того… Ты, в общем, передай ему, чтоб без обид. Погорячился. И спроси…
— Это уже пакет, — заученно сказал я. — Приём и передача информации. На пакеты сейчас скидка. Я запишу на завтра, сегодня прибор перегревается. Имя?
— Артур, — вздохнул мужик.
— Артур? — переспросил я. Приготовился услышать что-то вычурно-фэнтезийное, но мужик меня удивил.
— Ага. В честь Отверженного.
И подмигнул. Хм… Наверное, тут это типа как если бы в моём мире он представился Люцифером. Да мне-то пофигу, хоть горшком называйся, только пиво не тронь.
Я глотнул пива для вдохновения и записал в книжечку имя и адрес, который продиктовал Артур.
— Только я, скорей всего, тут буду, — честно предупредил он. — Я всегда тут буду.
— Найдём, — пообещал я. — Из-под земли достанем.
Инструктаж Дианы звучал следующим образом: «На собеседования ходил? Знаешь, как там говорят: „Мы вам позвоним“? Вот всяким забулдыгам и отморозкам так и говори. А как нормальный человек — сразу ко мне. Понял?».
«Не понял, — возмутился я. — Это мне, значит, со всякой швалью тёрки тереть, а к тебе красивых мальчиков?»
«Девочек тоже. С хреновой души выхлопа — с гулькин хрен. Думаешь, почему в Нимире память после перерождения не восстанавливается? Да потому что люди рождаются дебилами и подыхают баранами, никакого развития. И энергии там — всего ничего. Многие вообще переход через портал не держат. Сознание теряют, амнезии, там, всякие, внезапная смерть… В общем, если совсем прижмёт — будем работать с таким клиентом. А пока — сливки».
«Вот вечно ты обижаешь, — сказал я. — Я, между прочим, тоже из Нижнего мира».
«Ну, бывают исключения, — развела руками Диана. — Может, ты на самом деле где-то в Средних мирах нагрешил, вот тебя и сослали на одну жизнь. А в среднем по палате… Вон, глянь».
Я глянул. Фиону, вцепившуюся в кружку с пивом, опять куда-то тащили две тёмные личности. Фиона особенно не сопротивлялась. Собственно, вообще не сопротивлялась. Кружка же вот она, причин для беспокойства нет. Подумаешь, ещё какие-нибудь оппозиционеры окажутся. Вот ведь суток не прошло, а!
«Твою мать», — вздохнул я и шагнул в её сторону.
«Я разберусь! — Диана остановила меня, сунув под нос авторучку и записную книжку со стихами. — Иди, проводи собеседования».
Я и пошёл. Работа несложная. Только вот логика немного подкачала. Если нормальные клиенты нужны — зачем было тащиться в такой жалкий кабак? Нет бы в приличное место пойти. Но, с другой стороны, в приличном месте Диане за такие выкрутасы могли бы и по голове настучать. Не посмотрели бы, что богиня.
Как объяснил Гримуэль, который сейчас исполнял при мне обязанности фейс-контроллёра, Диану поддерживали, в основном, антисоциальные элементы. Раньше, мол, по-другому было, она верховной считалась. А потом как-то постепенно всё изменилось, и Диана сделалась неофициальной покровительницей всякой швали. Ей охотно молились воры, убийцы, проститутки, да и просто бродяги.
Узнав об этом, я мысленно похлопал Дианиному бывшему, который творил этот мир. Настоящий мужчина, отомстил так отомстил! Это почти как написать на заборе «Диана Стил — б***ь», но в 5D и с размахом. Может быть, создателю Кошачьего Е@лища какая-нибудь кошкодевочка изменила, вот он и расстарался? Вполне себе вариант…
