влияние вооруженных конфликтов на экономику. В подобных ситуациях помогают «естественные» эксперименты – в них нужные для исследования группы выделяются случайным образом с другими целями.
Например, в одном известном исследовании изучалось, влияет ли военная служба на заработки в течение жизни. Однако люди, выбирающие армейскую жизнь, отличаются от тех, кто этого не делает, поэтому их нельзя было просто сравнивать. К счастью (по крайней мере, для исследователей), в 1970 году, во время Вьетнамской войны, в США еще набирали призывников. Тогда это сделали с помощью лотереи, транслировавшейся по телевизору в прямом эфире, – шары вынимали из барабана, как при игре в лото. Так сформировалась экспериментальная (мужчины, которых призвали) и контрольная (мужчины, которых не призвали) группы. Исследование показало, что бывшие солдаты за свою жизнь зарабатывали в среднем на 15 % меньше.[16]
Большинство наблюдательных исследований не относятся ни к РКИ, ни к рандомизированным или квазирандомизированным естественным экспериментам. Поэтому они могут показать лишь, меняются ли две или более переменных примерно в одно и то же время. Так можно увидеть корреляцию, но не причинно-следственную связь – это объяснит вам любой зануда из соцсетей.
А вот в публикациях СМИ эта разница часто игнорируется. Так, в одной статье рассматривалось, как освещались в прессе 77 наблюдательных исследований (то есть не являющихся РКИ и потому непригодных для обнаружения причинно-следственной связи). Оказалось, что результаты почти половины из них подавались журналистами как утверждения о наличии причинно-следственной связи. Например, в газете писали, что «дневной сон помогает дошкольникам учиться лучше», хотя в научной статье отмечалась лишь корреляция.
* * *
Вернемся к газировке. Думаю, вы не удивитесь, узнав, что это исследование было наблюдательным: ученые не давали пяти сотням подростков «Айрн-Брю»[17], а пятистам – диетическую «Райбину»[18], чтобы посмотреть, какая группа с большей вероятностью станет колошматить прохожих. Они просто проверили, есть ли связь между числом выпитых банок и уровнем агрессии.
Так что мы не знаем, провоцирует ли потребление напитков насилие или же насилие – потребление напитков (звучит, конечно, малоправдоподобно, но, возможно, уличные драки вызывают жажду). Или – как в примере из главы 7 – есть еще какая-то переменная, связанная с этими двумя. В упомянутом исследовании отмечено, что контролировались различные параметры, при этом авторы высказывают предположение, что «прямая причинно-следственная связь возможна», однако не менее вероятно «наличие неких неучтенных факторов, которые ведут и к потреблению газированных напитков, и к проявлению насилия». Хотя они и учитывали ряд факторов – пол, возраст, потребление алкоголя и другие, – их исследование все равно не может указывать на причинную связь. Так что журналисты не имели оснований объявлять, что газированные напитки вызывают насилие, раз в самом исследовании такого вывода не было.
Мы не утверждаем, что все РКИ идеальны – в них тоже все может пойти наперекосяк по целому ряду практических обстоятельств, да и в методике есть целый комплекс проблем. Тем не менее такие исследования дают наиболее эффективный способ выявления причинной связи.
Для читателей есть очень простое базовое правило: если исследование, упомянутое в новостях, не относится к категории РКИ, остерегайтесь утверждений о наличии причинной связи. Несмотря на самые убедительные доводы в пользу того, что связь носит причинно-следственный характер, исследование вряд ли это подтвердит, если не проводилась рандомизация.
Вам нет необходимости читать эту врезку, но, если вы хотите больше узнать о причинно-следственных связях, можете ее не пропускать.
Иногда для установления причинно-следственной связи с помощью наблюдательных исследований ученые прибегают к хитрому приему – методу инструментальных переменных. Представьте, что вы экономист и хотите вычислить, как экономический рост влияет на войну в Африке. Конфликт, безусловно, может снизить экономический рост, замедлив торговлю, инвестиции и бизнес. Но тут есть и оборотная сторона. Вполне может оказаться, что замедление экономического роста повысит вероятность конфликта: учитывая массы озлобленных, оставшихся без работы людей, легко поверить, что насилия станет больше.
Как опознать причину и следствие, если вы видите, что войны и экономические кризисы идут рука об руку?
Если, как вам кажется, А служит причиной B, а выясняется, что B – причина или одна из причин A, это называется обратной причинностью. Возможно, все еще сложнее: А служит причиной B, а B в свою очередь является причиной A, и возникает петля обратной связи. Ситуация с насилием и экономическим ростом – яркая иллюстрация этого. И если такое происходит, то это влияет на ваши измерения точно так же, как искажающий фактор.
Так как же понять направление причинной связи? A → B, или B → A, или петля? Один из способов – воспользоваться инструментальной переменной, которая коррелирует с одним из двух показателей. В случае с насилием и экономическим ростом такой инструментальной переменной может служить количество осадков.
В одном исследовании 2004 года пытались выяснить, приводит ли замедление роста экономики к войне. Оказалось, что 5 %-ное снижение экономических показателей вело к 12 %-ному увеличению вероятности войны в следующем году. При этом, как отметили авторы исследования, хотя война и начиналась после кризиса, это не доказывает причинной связи. Вдруг граждане, чувствуя растущую напряженность, стали иначе вести себя, что и отразилось на экономике.
Тогда исследователи решили посмотреть на количество осадков. Это может показаться странным, но в аграрных странах погода влияет на экономику: засуха может привести к катастрофе, а чем в среднем обильнее осадки, тем выше экономический рост. А вот с войной осадки, предположительно, связаны слабо – только через экономику. Поэтому если в годы с повышенным числом осадков войн меньше, то можно предположить, что экономическая ситуация действительно влияет на вероятность конфликта, а через нее на войну (и только так) влияет дождь.
Подумать только: исследование показало, что в годы с хорошей погодой войн меньше – видимо, экономика и правда может стать причиной конфликтов.
Конечно, как обычно, все несколько сложнее. Вы стараетесь найти такую инструментальную переменную, которая влияет на один параметр, не затрагивая другой, – но где гарантия, что ваш выбор правильный? Для данного примера другой экономист указал, что трудно воевать, когда дороги затоплены. Исследователи попытались это учесть, но неясно, удалось ли им. Тут все очень сложно. Многие ученые, даже если ищут лишь корреляции, ошибаются, и их результаты оказываются неверными.
Глава 9
Это большое число?
Помните, как в первой половине 2016 года на одном автобусе [19]красовалось число? Довольно впечатляющее: 350 млн фунтов. Эти деньги Великобритания якобы еженедельно перечисляла ЕС. «Давайте лучше отдадим эти деньги на здравоохранение», – призывал автобус.
Не беспокойтесь: мы не собираемся возвращаться к спорам вокруг этого числа. Многие энтузиасты, занятые проверкой фактов и Статистическое управление Великобритании пришли к выводу,
