— Ваше величество, я не вижу физических причин вашего недуга. Всё в норме… — растерянно пожал плечами очередной лекарь, к которому я обратился за советом.
— Почему же тогда я ощущаю такую слабость?
— Не знаю. Быть может, вас что-то тревожит? Иногда переживания накладывают куда больший отпечаток, чем физические недуги. Всё-таки в ваших руках сосредоточена колоссальная власть, ответственность за свой народ также тяготит. Вы не думали передать бразды правления сыну?
— Думал, и не раз. Давайте честно, Астинус, вы считаете, что Лукас справится с управлением? — со вздохом поинтересовался я.
— Откровенно говоря, я верю в него, ваше величество. Да, он редкостный разгильдяй и в некотором роде даже пакостник, не сочтите за оскорбление, но скольких девушек он перепортил?
— Сами ведь дают, не слышал, чтобы он насильничал. Или я чего-то не знаю? — приподнял бровь, смерив его выразительным взглядом.
— Я тоже не слышал, чтобы хоть одна ушла недовольной! — хмыкнул лекарь, но тут же снова посерьезнел и продолжил: — Он достоин престола, достоин стать королём, но для этого ему нужно перестать бунтовать. По сути, всё, что делает ваш сын, он делает назло вам и королеве.
Я тяжело вздохнул. И сам думал об этом не раз. Как только мы переставали его контролировать, всё было хорошо, но это продлилось недолго.
— А чего же, по вашему, ему не хватает, чтобы он перестать бунтовать? — спросил, застегивая камзол.
— Любви. Причём для начала родительской. Без каких-либо условий, без давления, как говорят люди: ему не хватает обычного человеческого тепла и дружеского плеча. Возможно, вам с ним стоит собраться и посидеть, поговорить ни о чём, пожарить мяса на вертеле. Потом, конечно же, ему нужна действительно любящая женщина, которая сумеет растопить лёд в его сердце и усмирит его нрав.
— То есть, вы считаете, София права в том, что устроила отбор? — попытался встать, но почувствовал, как мир перед глазами теряет чёткость, и остался сидеть в кресле.
— Вполне.
— И вы считаете присутствие человечек уместно, Астинус?
— Нет, ваше величество. Я считаю, что вполне хватило бы и дракониц. Но, если рассуждать с медицинской точки зрения, то союз между иномирской девушкой и драконом поможет сделать нашу кровь сильнее. Я читал старинные трактаты и уверен, что пригласить человечек — не самая плохая идея, а вот отправить их в море, как велит традиция… — он говорил предельно честно, не пытаясь юлить или скрыть от меня чего-то. Я бы почувствовал, если бы лекарь не был искренен. И мыслили мы с ним в одном направлении. Нельзя допустить, чтобы девушки пострадали…__ _ __А вот и с его величеством поближе познакомились! Как он вам?(картинка для улыбки и хорошего настроения! Визуализация короля была раньше, а сейчас речь о характере))
Глава 19
Королева София Дар или проклятье?
«Да что ж они все такие упрямые?! — думала я, активируя артефакт, чтобы переместиться к следующей претендентке. — Им такую честь оказывают! Ещё и половины не собрала, а уже замучилась так, словно собственноручно вспахала половину полей в Аруме! Если б я знала, что придётся так напрягаться…»
Впрочем, эту мысль я не додумала, прекрасно понимая, что никогда ни на что и ни на кого не променяла бы Дэвида и Лукаса… Ладно лирическое отступление. Снова сосредоточилась на мигающем кулоне, который, переливаясь разными цветами, словно не мог решить, куда ему меня направить.
Ну же! Я раздражённо тряхнула артефакт…
И оказалась в странном месте. Коридор, белые стены, одинаковые двери… до одури неприятный запах… И эманации…
«Здесь живёт смерть», — это была моя первая мысль.
А потом дверь передо мной резко открылась, и в меня чуть не влетело странное создание… Потенциальная невеста? Я присмотрелась и вздрогнула.
Да, это существо было явно женского пола. Но, если честно, больше напоминало гоблина, чем человека: сутулая, маленького роста, редкие волосёнки еле покрывают череп, слезящиеся блёклые глазки, близко посаженные к крючковатому носу, тонкие бледные губы… и пена слюны в уголках губ. Брр!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ой! — неожиданно звонким голосом воскликнул этот человеко-гоблин. — Вы к Генриху? Он говорил, что сегодня ожидает посетителей. Заходите, я сейчас вернусь. Я быстро! Не утомляйте только его сильно!
И это непонятное создание буквально силой втолкнуло меня в комнату, а само мгновенно исчезло за углом в коридоре.
Я огляделась, ожидая наконец увидеть ту, к которой меня перенёс артефакт.
Никого. Это была светлая, но скудно обставленная комната, наполненная теми же эманациями смерти… Здесь умирали.
Я сосредоточила своё внимание на человеке, лежащем на кровати у окна. Что-то словно дёргало меня изнутри.
— Ну что же ты встала, — от кровати неожиданно раздался слабый, но насмешливый голос. — Подойди. Давненько не видел соотечественников.
Я, словно зачарованная, подошла и уставилась на человека, лежащего на кровати.
Человека?.. Нет! Передо мной лежал дракон! Дракон настолько древний, что я даже не могла понять, сколько ему лет… пять сотен? Шесть? Но это точно был дракон.
— Белая… — как мне показалось, слегка разочарованно произнёс он. — Никто из моих так и не отважился…
— Кто ты? — я уставилась на существо, бессильно лежащее передо мной.
— Ну посмотри, — усмехнулся тот. — Посмотри хорошенько. Посмотри правильно! Когда-то меня звали Герион аль Курсайн.
Я отшатнулась в полном изумлении. Не может этого быть! Герри Корсар? Гер Счастливчик? Это он?! Племянник позапрошлого князя Альтаира, буян, авантюрист, пират, пошедший против семьи и устоев, многие десятилетия наводивший страх на побережья обоих морей… Любимец фортуны и невероятно сильный маг… Говорили, он мог прозревать будущее, и именно этим объяснялась его невероятная удача…
Да я же зачитывалась в детстве рассказами о его похождениях и приключениях! Он был легендой!
— Что, узнала? — усмехнулся умирающий.
Да, он умирал, сейчас, перейдя на магическое зрение (как же тяжело колдовать в этом мире без магии!) я чётко это видела. Я смотрела, и мне хотелось плакать. Легенды не должны быть такими! У легенд не бывает морщинистой, покрытой старческими пятнами кожи, туго обтягивающей лысый череп, не бывает трясущихся тощих скрюченных рук, не бывает измождённого усохшего тела, прикрытого тонким одеялом… Не бывает этой ауры смерти, сомкнувшей свои крылья над доживающем последние часы телом.
Наверное именно поэтому он ушёл из нашего мира сотни лет назад. Ушёл, чтобы остаться в нашей памяти непобедимым героем-бунтарём, а не вот этим… Я смотрела на дряхлую человеческую оболочку и видела великолепного прозрачно-голубого дракона, расправляющего крылья на пороге Вечности… Дракон обернулся, пронзая меня взглядом сапфировых глаз:
— Я позвал тебя специально, — буднично сообщил он, и меня выкинуло из транса. Я снова видела просто умирающего человека.
— Так это ты искривил вектор артефакта?! — возмутилась я. — Зачем я тебе? У меня дела!
За дверью послышались шаги. Пожалуй, мне пора уходить. Это был просто сбой артефакта.
— Знаю я твои дела, — хмыкнул старый пират. — Стой и жди!
Это было сказано настолько повелительным тоном, что я — Я! Королева! — ошеломлённо замерла на месте.
— И не вздумай вмешиваться. Прокляну! Надеюсь, ты понимаешь, чего стоит последнее проклятие аль Курсайна?
Я невольно вздрогнула. О да, это я понимала.
Дверь открылась и в комнату вбежала давешняя гоблинша. Не обращая внимания на меня, она подбежала к Гериону и присела на стул у его кровати. Нежно провела рукой по щеке:
— Всё будет хорошо, — проговорила она, и столько нежности и заботы было в её голосе, что у меня в душе что-то вздрогнуло.
— Конечно будет, малышка, — улыбнулся Герион. — Возьми меня за руку. Я ухожу.
— Нет-нет! — замотала головой страхолюдинка. — Я вызову врача!
