— Я отказываюсь, — заявил Дилвиш. — Проси что-нибудь другое.
— Другого не будет, такова плата. Дилвиш повернулся, зашагал по комнате, но вдруг остановился.
— Что там за дверью? — неожиданно спросил воин, указывая рукой на другую дверь.
— Священный предел для избранных… Дилвиш направился к двери.
— Ты не можешь войти туда! Он распахнул дверь.
— Особенно с мечом! — выкрикнул жрец.
Дилвиш вошел внутрь. Горели маленькие масляные светильники. На полу валялась солома, пахло сыростью и чем-то, что Дилвиш не смог распознать. Помещение было пусто. Напротив виднелась полуприкрытая огромная тяжелая дверь, за которой, как ему показалось, слышались постепенно затихающие скрежещущие звуки.
Из-за спины вынырнул Таек. Жрец схватил было Дилвиша за руку, но не сумел его удержать. Всадник распахнул дверь и посмотрел внутрь.
Ничего. Темнота, чувство отдаленности. Скала, пещера — Это хранилище, — пояснил жрец.
Дилвиш снял со стены светильник и ступил в пещеру. С каждым шагом запах усиливался и становилось очень сыро. Жрец следовал по пятам.
— Дальше идти опасно. Там ямы, расселины. Ты можешь поскользнуться.
— Молчи! Иначе я брошу тебя в первую же яму! Таек сразу отстал на несколько шагов. Дилвиш продвигался вперед осторожно, держа высоко лампу.
Обойдя скалу, он заметил блеснувший плеск искр.
Его взору предстало недавно потревоженное озерцо.
— Вот откуда вышло это существо, кем бы оно ни было, — сказал Дилвиш и направился к водоему. — Я подожду здесь. Рано или поздно оно появится. Что там?
— Богиня… — мягко ответил Таек. — Тебе и впрямь надо идти Я только что получил от нее сообщение, что год твоего заключения снимается. Оставь деньги.
Дилвиш рассмеялся.
— А разве богини торгуются? — спросил он.
— Порой, — прозвучал голос в его голове. — Считай, что это так.
По телу воина пробежал холодок.
— Почему ты не показываешься? — спросил он.
— Немногие смертные удостаивались чести взглянуть на меня.
— Я не люблю шантаж, исходит ли он от людей или от богов. А если я сброшу этот валун в твою заводь?
Через мгновение вода всколыхнулась. Из глубины появилось лицо женщины, внимательно осмотревшее пришельца.
У богини были огромные зеленые глаза и чрезвычайно бледная кожа. Локоны темных волос стекали волнами на шею. Острый подбородок был выставлен вперед, а когда богиня заговорила, то Дилвишу ее язык показался неестественно длинным.
— Ты увидел меня, — провозгласила Ааче, — но я хочу показать тебе больше.
Богиня продолжала вставать из воды: сначала шея, затем плечи, грудь. Ее фигура была мертвенно-белого цвета.
И вдруг, в мгновение ока все сходство с людьми исчезло, поскольку ее ноги оказались значительно длиннее, чем ожидал того Дилвиш.
Дилвиш вскрикнул и выронил меч. Лампа едва не упала из его рук.
— Я не причиню тебе зла, — донесся до ушей воина слегка пришепетывающий голос богини. — Вспомни, ведь ты сам домогался встречи.
— Ааче, кто ты? — спросил он.
— Я древнего рода, и хватит об этом. Ты причиняешь мне неудобства.
— Твой слуга пытался убить меня.
— Я знаю. Совершенно ясно, что он напал не на того. Жаль. Я испытываю голод.
В руке Дилвиша снова блеснул меч.
— Что ты имеешь в виду?
— Я ем мед.
— Мед?
— Сладкую жидкость, которую делают небольшие насекомые далеко на юге.
— Я знаю, что такое мед, однако никак не могу взять в толк…
— Мед мне необходим. Здесь, на севере, нет ни цветов, ни пчел. Я вынуждена посылать за ним, а привезти его так далеко стоит недешево.
— Поэтому ты и грабишь путешественников?
— Мне нужны деньги, чтобы платить за мед. Деньги доставляют мне слуги.
— Почему они служат тебе?
— Я бы сказала, что из преданности, но хочу быть честной. Я могу управлять некоторыми людьми на расстоянии.
— Так же, как тем призраком, что ты послала ко мне?
— Я не могу управлять тобой так, как я делала с Рогисом. Но послать тебе тяжелый сон в моих силах. Дилвиш покачал головой:
— Я чувствую, что чем дальше я буду от этого места, тем меньше будет вредить мне твоя сила.
— Ты прав. Ступай. Ты никогда не сослужишь мне добрую службу. Оставь деньги себе и покинь меня.
— Подожди. У тебя много слуг?
— Не твое дело.
— Не мое, это так, но у меня есть мысль. Знаешь ли ты, что долина богата минералами?
— Не понимаю, к чему ты клонишь.
— Много лет назад я занимался рудным делом. Проезжая вчера через твою долину, я заметил следы некоторых рудных залежей. Мне кажется, они достаточно богаты темным металлом, за который хорошо заплатят кузнецы юга. Если у тебя вдосталь слуг, чтобы наладить добычу и выплавку, то ты выручишь куда больше денег, нежели обирая прохожих.
— Ты думаешь?
— Их легко найти, особенно если ты дашь мне людей.
— Почему ты хочешь сделать это для меня?
— Возможно, чтобы сделать этот уголок земли немного безопасней.
— Странная причина. Возвращайся в святилище. Я соберу слуг и направлю их к тебе. Посмотри, можно ли организовать работы, и возвращайся сюда один.
— Я вернусь, Ааче.
Неожиданно богиня исчезла, озарив снопом искр водоем. Дилвиш повернулся и увидел раскрытые в изумлении глаза Таска.
Воин прошагал молча мимо жреца.
Шли дни. Шахта была открыта, воздвигнута плавильня, и работы закипели. Дилвиш глядел, как застывает в слитках темный металл.
Ааче улыбнулась, когда он рассказал ей об этом.
— И там много металла?
— Целая гора. Мы уже собрали достаточно, чтобы отгрузить на следующей неделе фургон.
Он наклонился над водоемом. Из воды показались ее пальцы, слегка погладившие голову воина.
Видя, что Дилвиш не отпрянул, Ааче потянулась и потрепала его по щеке.
— Как жаль, что ты не моего рода, — произнесла богиня и снова исчезла.
* * *
— Прошло много времени с тех пор, как в этих местах было тепло и могли жить цветы и пчелы, — заметил Блэк. — Богиня, должно быть, очень стара.
— Это невозможно определить, — заметил Дилвиш, когда они вдвоем поднялись на вершину холма и взглянули на долину, из которой курился дымок. — Но если мед и есть то единственное, что сделает ее честным созданием, то эта маленькая задержка оправдала себя.
— Она хочет, чтобы ты на следующей неделе отправил груз на юг?
— Да.
— А потом?
— Ее слуги смогут сами продолжить начатое дело.
— Как рабы?
— Нет, Ааче сможет позволить себе платить им, если дела пойдут на лад.
