В «Советской России» некто Arlekin с горечью воскликнул: «Не вытерпел! Обидно! Ну, хоть бы где-нибудь в СМИ обмолвились, что русские уже ставили Ванкувер на уши. 20 июня 1937 года здесь, в Ванкувере, экипаж Чкалова завершил беспосадочный перелет СССР— Северный полюс — США. В Ванкувере есть улица Чкалова, музей. Мало побед на Олимпиаде, так хоть бы Чкаловым догнали!»
Не совсем так, дорогой товарищ. Отчасти разделяя ваши чувства, должен заметить, что есть два Ванкувера. Герои Советского Союза Валерий Павлович Чкалов, Александр Васильевич Беляков и Георгий Филиппович Байдуков в названный вами день поставили на уши не один город, а весь мир от Северного полюса до Южного. На одномоторном самолете АНТ-25 конструкции Анатолия Николаевича Туполева, впоследствии трижды Героя Социалистического Труда, академика, лауреата Сталинских и Ленинской премий, они, три советских летчика, на рассвете 18 июня 1937 года поднялись с московского аэродрома и взяли курс на север. Сталин не хотел пускать: самолет-то одномоторный, если выйдет из строя — верная гибель. Но Туполев и Чкалов были так уверены, что после долгих раздумий Сталин согласился…
Трасса очень трудная и совершенно неизведанная. Самолет обледенел, но все же прошел над Северным полюсом, пересек всю Канаду и через 63 часа 25 минут, преодолев за это время 9130 километров, приземлился на аэродроме американского Ванкувера, что на правом берегу реки Колумбия, километров 400 южнее канадского. Мировой рекорд дальности полета! Вот там, в американском Ванкувере, в честь великого подвига наших летчиков и созданы мемориал, музей, именем Чкалова названа улица, там устраивают юбилейные торжества в честь перелета.
А тогда не успел мир Божий очухаться, привести в порядок свои затекшие уши, как через три недели тем же маршрутом, но дальше (11500 километров) и быстрее (за 62 часа 17 минут) на том же одномоторном АНТ-25 в город Сен-Джасинто прилетели Герой Советского Союза Михаил Громов и его друзья — А.Б. Юмашев и С.А. Данилин. Опять вставай на уши! Новый мировой рекорд держался 9 лет. В этом городе тоже почтили память исторического перелета. Вы только подумайте! Это же семьдесят с лишним лет тому назад, а какие расстояния, какая скорость, какое время беспосадочного лета!
Словом, американский Ванкувер 1937 года, на землю которого сошли с небес три наших летчика, — символ Советской славы и величия, а канадский Ванкувер 2010-го — символ позора и ничтожества нынешних правителей и созданного ими режима. И подтверждая это, все шестнадцать дней, пока шли соревнования, в небе над городом днем и ночью клином барражировали три самых ярких символа этого режима-тени: Собчака — впереди и Гайдара с Чубайсом — по бокам. Иногда они тоскливо зависали над Русским Домом, где на халяву бражничали наши безмедальные спортсмены, личности из «группы поддержки» и все, кому ни вздумается. С земли теням приветливо махали ручками лучшие представители «группы поддержки» — Познер, Хазанов, Лариса Долина и Макаревич…
* * *
Перед началом Олимпиады от того самого Мутко и других чинов его ведомства мы слышали, что 31 медаль, из коих 11 золотых, — это реально. Помянутый президент Олимпийского комитета Тягачев тоже вдохновлял: будем бороться за место в первой тройке! Прекрасно… И вот с этими словами на устах они отправились за океан. Кто? 560 человек, из коих самих спортсменов только 175, а остальные — те, кто просто убежден, что одно лишь их присутствие на Олимпиаде имеет сакральный победоносный смысл. Таких набралось 385 гавриков, т. е. по два с лишним сакрального на одного реального. Кажется, были среди гавриков и представители РПЦ. Уже тут возникли первые сомнения.
И вот началось… На четвертый день побоища председатель Думы Грызлов взмолился: «Хотя бы не ниже четвертого места…» А сам Мутко залепетал: «В России за последние годы мы воспитали поколение болельщиков, которые признают только первые места». Целое поколение! Но за какие такие «последние годы» — путинские или медведевские? Нет, это утка, дядя Мутко. Не в эти благоуханные годы, а в Советскую эпоху мы часто и во многом были первыми, например, хотя бы в таких любимых народом видах спорта, как хоккей, коньки, бег, шахматы, фигурное катание, художественная гимнастика, тяжелая атлетика, борьба…
Известный Виктор Ерофеев из племени эфирных корифеев бросил через губу в «Известиях»: «Да, у советских спортсменов были результаты…» Результаты, дружок, есть даже у покойников — нулевые. «Но ведь в Советском Союзе, говорит, мы все были солдатами. А сейчас мы не солдаты». Демобилизовался, отслужив 25 лет, и, став маркитанткой демократии, тут же возопил: «Русских надо размазать!» Сам-то он родился, кажется, в Сенегале, где отец был послом. «Слово «я», — говорит, — приобрело больший смысл, чем слово «мы»… Кто это «мы»?»
Ему, телевизионному пустоплясу, непонятно. Придется разъяснить. Например, мы — это те, от имени которых в свое время говорил Пушкин:
Мы не признали наглой волиТого, под кем дрожали вы.
Разъяснить еще и кто такие «вы»? А это то самое «цивилизованное сообщество» того времени, которое, как вы, видело смысл жизни в слове «я», но покорно легло под Наполеона, как через сто с лишним лет их внуки-правнуки — под Гитлера. И тогда, и теперь МЫ вызволяли ВАС, якалки, дрожащих под ними. И Лермонтов хорошо знал, от лица кого говорил его герой:
Уж мы пойдем ломить стеною,Уж постоим мы головою За родину свою!..И клятву верности сдержалиМы в Бородинский бой.
Ну, конечно, встречается и такое «мы»:
Мы живем, под собою не чуя страны…
К этому «мы» Ерофеев и принадлежит. Абсолютно не чует! И трусливо пользуется словом «мы», чтобы лихо критиковать что-то, но никого конкретно не задеть: «Мы что-то кому-то хотим доказать, мы понимаем, что мы лучше всех, но другие этого не понимают. Мы оказываемся в ловушке, повторяя, что мы самые гениальные, приближенные к Богу… С таким заявлениями мы выглядим провинциально…» Господи, да о ком это он, если не о себе? Кто делает подобные заявления, если не он? Ну какой провинциально-местечковый ум!
* * *
Однако вернемся к тому, что эта якалка называет «результатами» советских спортсменов. Приведу лишь несколько примеров. За полвека с 1948 года семь советских шахматистов, начиная с великого солдата Михаила Ботвинника, сменяя друг друга, были чемпионами мира. А сколько раз они занимали первые места в международных турнирах! Тут один Анатолий Карпов чего стоит. Десять лет был чемпионом мира, получил девять шахматных «Оскаров». На весь белый свет в могучей оратории Социализма рядом с именами маршала Жукова и Шолохова, Шостаковича и Улановой, Королева и Гагарина гремели имена наших футболистов и хоккеистов— Всеволода Боброва, Льва Яшина, Анатолия Фирсова… Ведь хоккеисты восемь раз становились олимпийскими чемпионами! А сколько раз чемпионами мира — знают ли Мутко с Путиным и Медведевым? А какие восторги в стране и за рубежом вызывали замечательный бегун Владимир Куц, наши сказочные богатыри Юрий Власов, Леонид Жаботинский… А я помню еще Григория Новака, с 1946 года неоднократного чемпиона и рекордсмена мира.
Мы принимали участие в десяти зимних Олимпиадах. И за это время 12 наших спортсменов стали трехкратными чемпионами, 6— четырехкратными, лыжницы Лариса Лазутина — пятикратной, конькобежки Лидия Скобликова и Любовь Егорова — шестикратными! И в этих десяти Играх семь раз наша команда первой и три раза — второй.
А новая и новейшая Россия в шести Олимпиадах, начиная с Лиллехаммера (1994), только один раз была первой, когда еще жив был Советский Дух, а потом все хуже, и вот ныне докатились до 11-го места. Вот какие результатики-то, сенегалец!
К слову сказать, почти все неоднократные и многократные советские чемпионы были членами коммунистической партии, при одном имени которой ныне всех идиотов земного шара, а прежде всего — кремлевских, прошибает сокрушительный приступ диареи. Но, между прочим, будучи членами партии, никто из них не сидел в Верховном Совета, и никто не спекулировал их именами, их успехами, не использовал как эффектную декорацию власти. Это ныне отцы родимые насовали и в Президентский совет, и в Думу, и в Общественную палату спортивных красоток, в том числе, и второй свежести. Мало вам там таких, красавцев умом и ликом, как Исаев и Сванидзе.
А ведь любимая тема кремлевских вещунов — «Долой политику!». Никакой политики не желают они терпеть в торговле, культуре, науке и, разумеется, в спорте. Но поглядите, как вырядили драгоценных олимпийцев. Вот красуется вратарь Набоков. У него на груди музейный герб — золотой двуклювый орел. Ну и хватит — ведь все сказано: новая Россия. Нет, еще один такой же двуногий орел на шлеме. А на пузе написано «Россия», и не как-нибудь — славянской вязью: мы, дескать, и в этом, мы до последней точки патриоты! Такая же вторая «Россия» и на шлеме. Мало того, вся олимпийская форма вратаря — чередование трех цветов государственного флага: брюки и грудь куртки — красные, подмышки — синие, воротник, перчатки и щитки на ногах — белые. Вот сколько назойливых воплей: «Россия, вперед!»
