В ушах загудело, перед глазами поплыло, Фрэнк вырвал руки из карманов, развернувшись лицом к стене дома, схватился за камень. Его стошнило: сильно, с болью от спазмов в горле. Он сплюнул розовато — желтую слюну, утерся и глубоко задышал. Постояв минуту, медленно двинулся вдоль улицы.
Дождь прекратился, но легче не стало — в лицо дул холодный северный ветер, он тащил тучи в противоположную от Гарлема сторону. Навстречу по тротуару спешили в подземку переселенцы, обходили, приняв за пьяного, покачивающегося Фрэнка. Майк не соврал насчет особого положения в городе: обитатели резервации в Бронксе вынужденно покидали Манхэттен.
Фрэнк покосился на часы — вскоре улицы опустеют. На перекрестке показалась патрульная машина, он снова сунул руки в карманы и зашагал как можно увереннее, непринужденно глядя по сторонам, расправил плечи. Полицейские проехали мимо, не обратив на него внимания.
Как только машина свернула на поперечную улицу, Фрэнк перешел на другую сторону, где было много прохожих, миновал перекресток и встал в конец очереди на автобусной остановке, пока не представляя, зачем так поступает. До бесконечности кататься на автобусе не получится — водитель или пассажиры им заинтересуются, узнают и заявят в полицию.
Очередь впереди зашевелилась — за размышлениями он не заметил, как подъехал автобус. Фрэнк поднялся в него последним, протянул в качестве платы за проезд пятидолларовую купюру. Водитель нисколько не удивился наличным и, даже не взглянув на пассажира, отсчитал сдачу. Близость Бронкса и толпы переселенцев, не имевших в электронных браслетах чипов для безналичных расчетов (с таким чипом достаточно провести рукой над сканером на входе в автобус — и с личного счета спишется нужная сумма за билет), были здесь делом привычным. Протиснувшись к ближайшему выходу, Фрэнк взялся за поручень над головой и уставился в тонированное окно автоматической двери.
Автобус плавно набирал ход; двигатель едва слышно гудел в задней части салона, слегка подвывая, когда сменялись переключаемые передачи; пшикала сжатым воздухом тормозная система.
Надо что — то решать… Фрэнк потер висок, потрогал ссадину на подбородке и замер, провожая взглядом афишу на стене газетного киоска. До боксерского турнира на кубок Пятьдесят девятой улицы оставалась неделя. Сбоку от Фрэнка два темнокожих парня обменивались мнениями о прошлом турнире, один оживленно начал вспоминать, как некий Рыжий Джек в финальной встрече на двадцать второй секунде отправил Руди Новака в нокаут.
Фрэнк слушал вполуха и пытался сориентироваться. Он обернулся, тронул говорившего за рукав и спросил:
— А до клуба Макса Догерти отсюда далеко?
Парни переглянулись. Один, похоже, был метис или индус, другой — афроамериканец.
— Ты его знаешь? — прищурился метис — индус.
— Да.
Автобус затормозил слишком резко, люди в салоне качнулись вперед, в адрес водителя полетела пара недовольных возгласов. Фрэнку пришлось схватиться второй рукой за перекладину сбоку от лестницы, чтобы не упасть.
— Выйдешь здесь, — чернокожий парень, державшийся за плечо приятеля, указывал по ходу движения автобуса, — пройдешь два дома и свернешь на север. Дальше примерно квартал…
— Спасибо. — Фрэнк отсалютовал, спускаясь к двери. — Теперь вспомнил. — Он улыбнулся, не скрывая радости.
— Ты занимался у Макса? — Метис перегнулся через поручень и тронул Фрэнка за плечо. — Мы с тобой примерно одного возраста, я многих помню, а тебя…
— Нет, просто знакомы, — быстро ответил Фрэнк и поспешил на улицу, не дожидаясь, пока дверь откроется полностью.
Жаль, не удалось расспросить про тренера побольше, узнать, работает ли клуб как прежде и участвуют ли воспитанники Макса в состязаниях.
Автобус обогнал его, обдав напоследок едким грязно — серым облаком выхлопных газов. Фрэнк свернул за угол и быстро зашагал на запад, в сторону Седьмой авеню.
Через четверть часа он будет на месте, увидит тренера. Как можно было забыть про него, про человека, фактически заменившего ему отца?! Фрэнк с досадой ударил кулаком по раскрытой ладони. Тренер всегда говорил, что на ринге, как и в жизни, безвыходных ситуаций не бывает. Главное оружие любого человека — разум. Да, да, и еще раз да! Поэтому Фрэнк побеждал на турнирах, поэтому попал в колледж и с успехом окончил его. Да, из — за травмы, не смог выступать дальше, но разве сейчас это так важно? Он сделал блестящую карьеру юриста, вошел в аппарат правительства штата, и все благодаря наставлениям тренера, прибегая к силам разума.
Когда Фрэнк перебрал в памяти события за прошедший год, ему стало стыдно: изменив привычке, он позабыл обо всем, влюбился без оглядки, полностью доверился Кэтлин… Фрэнк резко остановился на краю тротуара, едва не выскочив на дорогу на красный сигнал светофора. Ему прогудело клаксоном свернувшее на перекрестке такси, светофор мигнул и зажегся зеленым.
Фрэнк быстро перешел улицу. Если бы раньше выяснить, кем являлась Кэтлин на самом деле, узнать, что такого стряслось в ее судьбе, — возможно, не пришлось бы сейчас бегать от полиции и неизвестных в черной униформе. Конечно, сожалеть о былом уже поздно, зато самое время воспользоваться силами разума, получить дельный совет от тренера и найти убийцу Кэтлин.
Фрэнк остановился напротив темного переулка, в конце которого виднелось приземистое здание клуба. Глянул по сторонам. По другой стороне улицы шла женщина, торопилась, кутаясь в пальто. Навстречу ей проехала машина, ослепив Фрэнка фарами. Он заслонился рукой и отвернулся. Снова начал накрапывать дождик. Проводив взглядом удалявшийся автомобиль и убедившись, что женщина далеко и не оборачивается, Фрэнк шагнул в переулок.
В боксерский клуб Макса Догерти можно было попасть двумя путями: зайти с главного входа, но для этого надо обогнуть здание с северной стороны и постучаться в обшарпанные двери, либо взять ключ от черного хода в тайнике и проникнуть в здание со стороны переулка. Фрэнк предпочел более знакомый и рациональный в его ситуации способ.
Ключ оказался на месте — в нише за водостоком. Фрэнк остановился, раздумывая, правильно ли поступает, явившись в клуб без предупреждения. Вдруг тренер давно побывал в «Мемории» и забыл о своем лучшем воспитаннике?
Он тряхнул головой и вставил ключ в замочную скважину на тяжелой железной двери. Даже если Макса не окажется на месте, можно передохнуть и утром решить, что делать дальше, затем уйти, вернув ключ на место.
Как только щелкнул замок, Фрэнк дернул ручку на себя и нырнул в открывшийся проем, в темноту. Сразу хотел закрыть дверь на задвижку, но тут под потолком вспыхнули лампы. Стоя вполоборота к залу, он лишь успел пригнуться и резко отпрянуть в сторону. Бейсбольная бита чиркнула по предплечью, с хрустом врезалась в стену, выбив приличный кусок штукатурки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
